разбитые плиты пола. Звуков я не слышу, но понимаю, что они должны быть: в здании множество людей. Хорошо, что есть еще и задний выход, но вряд ли пламя удастся остановить. Тело Вигбьорнсона валяется у стойки регистрации неопрятной кучей.
Тянусь к карману, чтобы достать амулет связи и предупредить Рику… резкая боль — кто-то наступает на мою руку с зажатым в ней амулетом. Хрустит разбитый амулет, его осколки впиваются в ладонь.
Перед глазами появляется довольное лицо Трюггви… нет, Агхера. Где он прятался в этом тумане? Дымовая завеса, конечно, вьюга нужна была лишь для отвлечения внимания, любимый его прием.
— Не так уж и неудачно, — бормочет он себе под нос, — все равно мне эта маскировка больше не нужна.
Он что-то чертит на моем лбу, и сознание захватывает темнота.
Глава 81. Драдрерика
Время текло медленно, словно муха, залипшая в меду. Я нервничала и крутила амулет связи с Эриком в руках, но старалась держать себя в руках. Миссис Астридсон пересела ближе к мужу и прижалась к его плечу. Глаза у нее были красные. Он ничего не говорил и не оправдывался, даже старался не смотреть на нее, но она все равно не проклинала его в гневе и не отвергала. Я заметила, как мистер Астридсон мельком прижался к ее макушке щекой, на секунду прикрыв глаза. Потом выпрямился, смерил меня заинтересованным взглядом.
— Как тебя звали в нашем мире? — спросил он на языке подлунного царства.
— Драдрерика, — ответила я. Говорить на родном языке было странно и непривычно, будто язык уже отвык от этих сочетаний звуков.
— «Рык Дракона»… занятно, — хмыкнул он, словно что-то обо мне слышал. Но ничего не сказал больше по этому поводу. — Ты знаешь, как работают рабские ошейники?
— Детские ошейники постоянно впитывают магию из ребенка, не позволяя развиться внутреннему резерву, — сказала, думая, что он об этом.
— Нет, я про тот ошейник, что дается во время клятвы.
Я нахмурилась. Никогда об этом не задумывалась. Потом окинула его взглядом, заострила внимание на шее.
— У тебя нет ошейника, хотя ты был полноценным рабом, когда попал в этот мир.
— Да.
— Как ты от него избавился? Разве это возможно?
— Ты задаешь неправильные вопросы, но я отвечу. Ошейник — это артефакт, которая усиливает энергетическую связь между хозяином и рабом. Без него передавать энергию можно только на близком расстоянии. Плюс он работает как временная батарейка и избавляет раба от лишней энергии, когда хозяин далеко. Поэтому многие рабы предпочитают продолжать их носить.
— Но не ты, — сощурилась я. Он говорил так, будто много понимал в ошейниках.
— Не я. Я знал, что по ошейнику легко найти раба и уничтожил его, как только перенесся в другой мир. Только позже я узнал, что он Закрытый, и мне ничего не угрожает. — Он тяжело вздохнул. — Но это не все. Ошейник помогает устанавливать связь, активирует магию клятвы. Если бы не ошейники… точнее, не магические кристаллы, которые в них вставляются…
— А что в них особенного? — я в этом ничего не понимала.
Маг смерил меня презрительным взглядом:
— Камни, даже магические, все разные. Те, что используются для ошейников, совершенно особенные. Их больше нигде не используют. Совершенные накопители и передатчики магии, уникальные. А еще… когда раб произносит клятву, часть камня проникает в его тело и остается там навсегда, гарантируя соблюдение клятвы.
— Что? Это невозможно — камень есть камень, это же не плоть!..
— Зря.
— Что?
— Зря вы не лишили меня сознания, — я увидела, что он смотрит на столик рядом со мной.
Перевела взгляд и увидела, что артефакт связи в виде булавки для галстука источает свечение в магическом спектре. «Мыслесвязь! — сообразила запоздало, — он получил приказ!»
Дом вдруг тряхнуло, словно землетрясением. Миссис Астридсон взвизгнула и забралась на кресло с ногами, а по полу, потолку и всем стенам поползли сотни трещин, разрывая нарисованные мною руны и разрывая наложенные Эриком заклинания защиты. Разбились окна, в комнате немедленно стало холодно. Я схватилась за секиру и окутала себя огненным щитом. И тут почувствовала, как крепко стиснул мою руку браслет-акуммулятор, который я автоматически нацепила на руку. Я попыталась его сорвать или уничтожить, но он будто впитывал магию, я только расцарапала руку.
— Вам не следовало оставлять в доступе у мага-артефактора амулеты.
— У тебя не было доступа к амулетам, — прошипела я, продолжая бороться с проклятым браслетом.
— Ошибаешься, — он приложил руку к горлу, и я поняла. Камень внутри его тела мы не могли отобрать. То, что он сказал про ошейники, было правдой.
Несколько воздушных ударов я отразила своей огненной защитой, но взбесившийся амулет лишал меня сил, оставляя только возможность очень быстро прокачивать магию по своим каналам. От этого они горели огнем, но умереть от руки артефактора хотелось еще меньше.
Он вновь глянул на булавку на столе, потом на меня:
— У меня нет времени рассусоливать, твой жених уже в плену. Мне жаль.
Я яростно полыхнула пламенем, пытаясь отбить все его атаки и перейти в контрнаступление… и тут упала на колени, задыхаясь. Запоздало увидела вокруг щит из воздушного щита, не позволяющий проникнуть внутрь воздуха.
— На твоем месте я бы убрал огонь, он сжигает последний кислород, — сочувствующим тоном произнес Астридсон.
Это было последнее, что я услышала, а потом потеряла сознание от магического истощения и удушья.
* * *
Прихожу в себя под звук женского плача. Морщусь, пытаюсь приоткрыть глаза, но свет причиняет физическую боль. Закрываюсь руками и бормочу раздраженно:
— Кейа, помолчи, умоляю, голова раскалывается…
— Вы живы! — ахает незнакомый женский голос и меня начинают судорожно тормошить, не позволяя провалиться в забытье. — Я так испугалась, я совсем не ожидала от него такого!
Воспоминания возвращаются яркими разрозненными вспышками, не имеющими связи, но я соображаю главное: преступник сбежал. Меня оставили его сторожить, а я упустила. Резко сажусь на полу и оглядываюсь по сторонам. Окна разбиты, на полу валяется стекло, кресло и ковер подпалены, но это моя «заслуга».
— Что произошло? — спрашиваю у сидящей предо мной на коленях миссис Астридсон.
— Он сбежал. Сказал, что ему приказано, и он не может… — она заревела, некрасиво кривя рот и подвывая.
— Больше ничего не говорил? — вспомнив, пытаюсь судорожно сорвать с руки амулет… а потом осознаю, что он сейчас наоборот подпитывает меня энергией — той самой, которую у меня отнял.
— Я просила его остановиться, умоляла! А он сказал, что не может…
— Он и не может, — кое-как поднимаюсь на ноги. Меня слегка пошатывает, но силы постепенно возвращаются.
— Разве такое
