— Песец, — констатировал я. — Причем полный.
— Но ведь Эрот говорил, что в этих шахтах каждые пятьсот шагов делали развилки… — начал было Шандар.
— Мы ее миновали, когда бежали сюда, помнишь? — сказал я.
— Так что, здесь нет никакого выхода? — похоже, гвардеец опять был готов сорваться в истерику.
— Спокойно, — ответил я. — Никакой паники. Паника только уменьшает количество воздуха, что у нас осталось.
Шандар опустил плечи и безнадежно спросил:
— И когда мы начнем задыхаться?
— Так, — задумался я. — Прикинем объем, отнимем время, что мы уже здесь пробыли… Получается, через часов восемь нам сильно захочется спать, потом должны появиться галлюцинации, я читал, что так бывает, ну и настанет тихая преждевременная кончина.
— Но ты же маг, сделай что-нибудь! — воскликнул парень.
— Я маг, а не бог.
Расчистив сапогами от булыжников место у стены, я присел и снова задумался.
— Но ведь ты же резал камень своей силой? — не унимался Шандар. — Так пробей дырку наружу!
— Не все так просто, — ответил я. — Над нами куча породы, навскидку тысячи четыре шагов, если не больше. Даже если я начну пробивать колодец шириной в два шага, а меньше никак нельзя — застрянем, то камни, которые будут из него сыпаться, просто не смогут уместиться в объеме этих пещер, потому что они будут неровными и займут гораздо больше места. И даже если мы их станем растаскивать и утрамбовывать, то нам все равно не хватит воздуха, чтобы закончить эту работу.
— И что, ты собираешься просто сидеть тут и подыхать? — возмутился Шандар.
— Да уймись ты! — не выдержал я. — Думать мешаешь. Я ведь пытаюсь вспомнить, куда вели соседние ходы в пещере с колодцем. Если хотя бы один из них находится по соседству, то я могу пробить ход туда и получить еще немного воздуха. Вот только я не помню, восточный шел под уклон или прямо…
— Немного воздуха… — передразнил меня Шандар. — Может тебе лучше меня убить, чтобы самому подольше продержаться?
Я взглянул на него и равнодушно ответил:
— Я думал об этом.
— И что?
— Если бы я был точно уверен, что через шестнадцать часов смогу найти выход из положения, то ты был бы уже трупом. А так — смысла нет.
— Спасибо, ваше высочество, — ехидно сказал гвардеец.
— Пожалуйста! — не менее ехидно ответил я.
Нет, все равно не знаю, какой ход находится ближе. По идее, над нами должен быть один тоннель, но его наверняка завалило. Немного южнее, вполне возможно, должен быть соседний штрек… Нет, я точно законченный кретин! Что мне мешает воспользоваться своими новыми способностями? Только теперь нужно не ограничиваться пространством в несколько десятков шагов, а копнуть дальше и глубже. Итак, какой нужно взять радиус? Думаю, полторы сотни метров будет вполне достаточно. Больше я просто не сумею пробить, потому что, как я и говорил, породу нужно будет куда-то девать.
— Ну-с, приступим, — пробормотал я, повернувшись к стене и снова тесно прижавшись к ней щекой.
Нырнув в камень, я начал поиски и тщательно осмотрел пространство сверху, но никаких тоннелей не обнаружил. Кстати, исследовать большое пространство оказалось ничуть не сложнее. Главным было не потеряться с направлением и постоянно возвращаться в тело для обновления ориентира. Осматриваясь по бокам, я обнаружил справа клочки тумана, чередующиеся с пустотой, и понял, что соседний с нами ход также завален. Для очистки совести я заглянул вниз, и вот тут меня ожидал сюрприз. Буквально в тридцати метрах прямо под собой я обнаружил пустоту. Судя по всему, это была какая-то шахта, длинная и узкая. Проверив ее на протяженность, я не смог достигнуть ни одного из ее концов и вернулся в себя.
Поднявшись с пола, я отряхнулся от каменной пыли и стал прикидывать, как мне проделать колодец в этой шахте. Лезвиями будет долго, придется использовать горный разрушитель, хотя и очень не хочется. Ох, представляю, что будет, когда я его запущу…
— Ну что? — с надеждой спросил Шандар.
— Под нами есть какой-то тоннель, — сообщил я ему. — Не знаю, куда он ведет, но все равно лишний воздух нам не помешает. Сейчас я буду пробиваться к нему, а тебе лучше отойти подальше и хорошенько замотать голову рубашкой.
Гвардеец недоверчиво посмотрел на меня, а потом сказал:
— Ну уж нет! Я лучше посмотрю.
Чудак-человек. Он думает, что я собираюсь его тут бросить? Ну, блин, и кадр! А ведь когда-то я даже хотел завести с ним дружеские отношения. Правду говорят, на пороге смерти многие меняются, так и Шандар. Ведь на поверхности был вполне адекватным парнем, хотя и предпочел видеть во мне титул, а не личность, но это понять можно. А вот в горах стал устраивать истерики, проявлять недоверие, показывать все потаенные уголки своей натуры.
— Там поймешь, кто такой, — тихо пропел я строчку из песни Высоцкого и приступил к работе.
Я слегка подкорректировал плетение горного разрушителя, чтобы он смещался не параллельно поверхности, а шел вниз, а потом увеличил его, добавив несколько дополнительных блоков. Сформированное плетение было похоже на большой пляжный мяч, ощетинившийся острыми колючками. Добавив в него энергии, я моментально закрылся защитным коконом. Плетение активировалось, завертелось и с визгом циркулярной пилы стало вгрызаться в камень. Во все стороны полетели осколки, каменная крошка и пыль. Вот последняя, к сожалению, моим коконом совсем не задерживалась, поэтому я сразу же закашлялся, а потом зажмурился, спрятал нос под рубашку и магическим зрением стал следить за действием плетения. Рядом со мной раздался удаляющийся топот, едва слышимый в шуме, издаваемом разрушителем. Шандар все-таки не выдержал и решил спасаться бегством. А ведь я его предупреждал еще в самом начале.
Работа продвигалась медленно, разрушитель двигался вниз неторопливо и основательно, а мне оставалось только подпитывать его необходимой энергией. Спустя полчаса я решил, что этого будет достаточно. Мое плетение спустилось почти на полсотни метров, оставив обнаруженный тоннель немного в стороне. Я слегка перестраховался, так как абсолютно не был уверен в точности оценки расстояния. Подождав немного, я рискнул открыть глаза. Вокруг был только серый туман, подсвеченный моим светляком, который я забыл потушить. Такое впечатление, что я вновь использовал свои способности Основателя и мысленно находился внутри породы. Вот только этот туман не был неподвижным, он клубился перед глазами, заползал в нос, рождая гадостный привкус на языке. Я решил немного подождать и опять зажмурился, чувствуя, что мне стало очень тяжело дышать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
