не хочу, чтобы ты из-за них пострадала, так, как твоя старшая сестра в своё время.
Арина молчала. Её взгляд был опущен на руки, и я не могла понять, что за мысли кроются в её крохотной голове. Но мне также не хотелось торопить сестру с ответом, ведь подобное сложно переварить за пять секунд. Да и за десять не просто.
В ожидании, я начала теребить подол больничного одеяла, пока сестрёнка не подняла голову и не выдала:
— Я знала, — моя челюсть отвисла до самого пола. — То есть, я узнала вчера. Мне очень жаль.
Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри закипает лава и что-то тонкое обрывается. Я подняла на сестру полные слёз глаза и задала лишь один вопрос.
— Как?
Посмотрев на меня, Арина снова вздрогнула. Видимо, убийственность моего взгляда её напугала. Ну и пусть, сейчас мне было не до церемоний.
Я надеялась получить ответ, но вместо этого младшая сестра заговорила о другом.
— Ты знаешь, как я попала в аварию?
— Тебя сбила машина, когда ты перебегала дорогу в неположенном месте. Большего я не знаю.
— И не нужно. Ты права. Я бежала домой, хотела побыстрее оказаться в своей комнате и позвонить тебе.
— Что? — хрипло спросила я. — Почему?
— В тот вечер Кристина позвала меня на ночёвку. Само собой Фаина и Карина были на ней тоже. Мы бездельничали, смеялись, красили ногти, да и просто сплетничали на разные темы. А потом Кристина сказала, что поругалась с Дмитрием.
Я вопросительно взглянула на сестру, та продолжила.
— Ты, наверное, знаешь, что она влюблена в Милкейна.
— Догадывалась.
— Так вот в то утро, когда ты уехала, кто-то из ребят видел тебя с Дмитрием и доложил об этом Кристине, — я автоматически закрыла лицо руками, а сестра спросила: — Это правда? Ты была с ним в то утро?
— Да, — призналась я, поднимая глаза на Арину — мы виделись.
Мне не хотелось оставлять между нами какие-либо недомолвки, но перед тем как вываливать на неё все подробности той ночи, мне было необходимо услышать всю историю до конца.
Сестра глубоко вздохнула, а потом встряхнула головой.
— Не важно. Главное, что Кристина приревновала, она хотела в тот же день выяснить всё у Дмитрия лично, но тот не появился в школе. Даже больше, его не было целую неделю. Трубку он не брал, гулять тоже не ходил, девчонки были в ярости. Они и меня спрашивали, но я честно отвечала, что ничего об этом не знаю.
— И что потом?
— Потом Дмитрий вернулся в школу. Он не подтвердил вашу встречу, но и отрицать не стал. Просто заявил, что его личная жизнь никого из нас не касается. А потом попросил держаться знаменитую троицу подальше. Обо всём этом я узнала вчера, — девушка невесело усмехнулась. — Знаешь, Кристина была такой расстроенной. Она во всём обвиняла тебя, сказала, что им нужно вновь тебя проучить. Поначалу я не поняла, о чём она говорит. Но потом девочки рассказали о том, как они издевались над тобой в прошлом году.
— Прости, Арина, я должна была тебе сразу всё рассказать.
Сестра лишь покачала головой, а затем я увидела, что её глаза полны слёз.
— Эй, ты чего? — я накрыла её ладонь своей.
— Это было несправедливо, — всхлипнула она. — А хуже всего то, что они попросили меня помочь им. Они ведь знают, что мы с тобой не в лучших отношениях.
— Еще мягко сказано, — попыталась пошутить я, но сестра лишь повторно всхлипнула.
— Я им ничего не рассказывала, лишь жаловалась пару раз. Ну на то, что ты постоянно гуляешь с Линой, а со мной вообще не разговариваешь. Но это же не значит, что я готова помогать им в этих мерзких заговорах.
— Ты отказалась? — с моих уст сорвалось скорее утверждение, чем вопрос.
— Да, но они пообещали рассказать всем… — она не договорила, спрятав лицо в ладонях и громко зарыдав.
Видимо, родители, дежурившие всё это время у двери, услышали девичьи слёзы, так как в следующий миг дверь приоткрылась и оттуда показалась половинка лица матери. Она подняла брови в немом вопросе, на что я активно замахала рукой, показывая, что всё под контролем. В ответ мама лишь коротко кивнула и вновь спряталась в коридоре.
— Что рассказать? — взволнованно спросила я, поворачиваясь обратно к койке.
Сестра продолжала лить солёные ручьи.
— Арина?
— Я не могу, не могу! — её голос перешел на стон.
— Ты можешь обо всём мне рассказать, — я принялась гладить её по спине. — Я тебя не осужу и никогда, слышишь, никогда тебя не брошу. Обещаю!
— Ты меня возненавидишь.
Я вздрогнула, боясь даже предполагать что-либо.
— Нет, солнце, я люблю тебя и буду любить несмотря ни на что.
Для пущей убедительности я наклонилась к сестре и крепко обняла её за плечи, а потом почувствовала, что по моим щекам тоже текут слёзы.
— Хватит плакать, — пропела я, успокаивая Арину.
— Ты это мне или себе? — хлюпнув носом, усмехнулась она.
— Обеим, — в ответ улыбнулась я и отстранилась.
Сестра нерешительно взглянула на меня.
— Ты обещаешь, что не будешь меня ненавидеть?
Я глубоко вдохнула и выдохнула.
— Даю слово.
Арина принялась вытирать щёки рукой, свободной от трубок капельницы.
— Сегодня ты сказала, что я не заслужила всего того, что случилось между нами в последние месяцы. Но это не так. Я заслужила этого сполна.
— О чём ты говоришь?
— Я влюблена в Дмитрия, — выпалила сестра на одном дыхании.
Замерев, я посмотрела на неё во все глаза.
— Это правда, — продолжила Арина. — И я давно в него влюбилась.
— Как…как это произошло?
— Само-собой. Всё случилось еще когда вы были вместе. Он же часто заходил в гости, чтобы повидать тебя. Но каждый раз, когда мы с ним пересекались, он был очень добр ко мне. Всегда интересовался делами в школе. Понимаю, что всё это было обычной вежливостью, но я всё равно не могла ничего с собой поделать. Для Дмитрия я была всего лишь сестрёнкой его девушки, я бы даже сказала, что он сам относился ко мне как к младшей сестре, но правда в том, что с тех пор у меня появились к нему сильные чувства. Больше, чем к брату или другу.
— Ого, — только и выдохнула я, судорожно пытаясь переварить услышанное. Видимо, имя Дмитрия Милкейна будет преследовать меня весь сегодняшний день, словно призрак.
— Казалось бы, когда вы расстались, я должна была обрадоваться. Хотя правильнее было бы поддержать тебя. Но на деле я лишь разозлилась. В общем, повела себя не лучше, чем все эти его фанаты.
