супруга впустили во дворец всех страждущих.
Поля с урожаем и все стада, были уничтожены, фабрики разрушены. Правитель Орсии, в знак признательности за то, что мы не позволили армии монстров даже к границам его подойти, направлял в Ессению целые караваны с зерном, тканями, скотом и любыми необходимыми для жизни людей вещами. Орсийцы добровольно прибывали на земли Ессении, чтобы помочь восстанавливать города и обрабатывать еще не мертвую землю. Умелые земледельцы обучали ессенианцев тому, как помочь почвам подготовиться к следующей весне, чтобы она снова могла выращивать урожай.
Три дня назад состоялся суд над Хорном и его людьми. Поскольку он окончательно лишился рассудка, его отправили доживать свой век в Огнис. Шон, Кром, а так же Рант последовали за ним. Законы доброты велят прощать своих врагов, но я не могла. Из четырех тысяч воинов, которые отправились навстречу смерти, выжило около восьмисот человек. А скольких мы потеряли помимо этого, было страшно представить. То тут, то там, я слышала, что эти жертвы оправданы и не напрасны, но я была не согласна.
Мой брат был тяжело ранен, но выжил, благодаря Ноксу, который рискуя собой, вывел его из битвы. Аарон обещал Натану, что зачислит его в армию правителя и сам займется его обучением. Моя дорогая Мэл и ее семья вернулись в свой дом, который был разрушен лишь наполовину и все члены команды Норда принялись за его восстановление. Я заняла домик Норда, а он переселился во дворец. После того, как мы обсудили, все, что произошло между нами, я никак не могла примириться с тем, что он так поступил со мной, оставляя в неведении. Головой я понимала, что так было нужно, но сердце кровоточило. Аарон смиренно дал мне время.
– Ты часто бываешь здесь в последнее время. – Клай очень медленно, поддерживая изувеченную руку, присела рядом со мной.
– Это место манит меня своим уединением и красотой, – горько улыбнулась я. – Как ты?
Подруга очень долго восстанавливалась и только недавно начала подниматься с постели.
– Разве лекарь уже разрешил тебе преодолевать такие расстояния?
– Ой, ну ты еще не ворчи. Этот старый пень, если бы мог, привязал бы меня к кровати и не позволял даже есть самостоятельно. – Я вопросительно посмотрела на нее, и мы засмеялись. – Эйв.
– Да?
– Я так и не сказала тебе спасибо.
– За что? – изумилась я.
– За то, что спасла всех нас. – Клай смотрела на закат, и ее лицо ласкали последние лучи.
– Это не я. Это Аарон, – тихо ответила я. Мне было тяжело произносить его имя и это не ускользнуло от внимания подруги.
– На что ты так злишься?
– Он предпочел отдалиться от меня, а не посвятить в детали плана. Мне сложно передать, как я жила все эти дни, думая, что больше не нужна ему. Мне казалось, что он утратил ко мне интерес.
– Но он сделал это не нарочно! Ты же знаешь теперь. – Клай переживала за меня и очень хотела, чтобы мое счастье стало таким же полным, как и ее. Эш был рядом, живой и здоровый.
– Да, так было задумано. – Я сама себе напоминала капризного ребенка в мире взрослых людей, но что-то мешало мне простить Аарона окончательно.
– Расскажи мне подробнее, пожалуйста, я слышала лишь обрывки и не все поняла. Что же это был за план?
– Той ночью, когда Кронус вызвал к себе капитана, он рассказал ему все, что удалось выяснить. Просто прочесть заклинание, находясь рядом с Хорном, было недостаточно. Самым важным было то, что он сам, именно Хорн, должен был озвучить его. Он был повелителем «неживых», ему и предстояло их уничтожить. Добровольно он бы ни за что этого не сделал, значит, нужна была сильная магия. Кронус сказал, что единственным выходом было призвать тьму. – Я перевела взгляд со своих сапог на линию горизонта и продолжила. – Тьма помогла поработить разум Хорна и заставить его прочесть заклинание. Но тьма не дается даром, она вызывает все потаенные страхи и опасения. Чтобы постоянно ее подпитывать, Аарон отстранился от меня и делал все то, что ему самому было чуждо.
– Но почему он не мог рассказать тебе все?
– Это тоже было велением Кронуса. Я должна была искренне поверить, что Аарон выбрал зло. Только так Хорн принял бы капитана в свои ряды и ни разу не усомнился в нем. А это дало возможность Аарону приблизиться к гвардийцу достаточно для касания магии.
– А Крист? Я слышала, что он предал вас, а потом снова переметнулся.
– Не совсем так. Он не предавал нас. Магистр всеми возможными способами взращивал тьму внутри Аарона. Он уговорил кузнеца пойти на этот шаг только для того, чтобы капитан еще больше озлобился. Редкая, немногословная дружба, что возникла между ними, была очень важна для обоих.
– Но Крист ужасно рисковал, отправляясь прямо к Хорну. – Клай искренне восторгалась кузнецом, и я хорошо ее понимала.
– Это так, но зная Криста, думаю, он бы выкрутился из любой передряги. – Эта мысль заставила меня улыбнуться. Я на самом деле была счастлива, что не потеряла такого друга, хоть все еще немного злилась на него.
– Получается, что у каждого была своя роль, которую вы блестяще исполнили. И вся эта тайна была лишь необходимостью, не более того. Все это гораздо больше и важнее твоих обид. Тебе не кажется?
Я понимала это, Клай была права абсолютно. Мои обиды настолько мелочны и несправедливы, но что-то все равно останавливало меня от немедленного примирения с любимым.
– Кажется. Более того, я согласна с этим. Но может это на самом деле не обида, а просто страх?
– Чего же ты боишься? – Клай заглянула в мое лицо и положила свою руку на мою ладонь.
– Кто я для него теперь? Наш союз завершился, и нет больше сражений. Я снова обычная девчонка, а не воин спасающий всю Ливитию…
– Но ты и была простой девчонкой, когда я впервые увидел тебя. Ты оставалась ею, когда я тебя полюбил. – Аарон медленно приближался к нам, устремив ко мне взгляд своих сияющих глаз. Я сразу встала на ноги. – Что заставляет тебя усомниться во мне и моих чувствах к тебе?
– Неуверенность в том, что я тебе подхожу. Я ведь помню о том, что королева Лусия подыскивает тебе супругу. Твой статус и твое
