Виктор вспомнил, как они ремонтировали застрявший на орбите автоматический челнок с туристами. Произошла разгерметизация технического коридора — всего-то! Включилась блокировка. Люди решили, что кислорода не хватит, на борту поднялась паника. Вадим решил пойти и успокоить туристов до прихода спасательного буксира. Но те, кому он хотел помочь, отправили спасателя в шлюз, оставив себе скафандр с запасом кислорода. В шлюзе Вадима и нашли. Замерзшего.
Эти лица… Показалось, что из скопища шаров глянули пронзительные голубые глаза…
Виктор не выдержал и вышел на улицу. Прохладный ветер помог успокоиться. Стало легче. К тому же склад, наверное, скоро исчезнет. Сущее залечивало рану, нанесенную людьми, но оставляло следы в их душах.
Как никогда захотелось подержаться за что-то незыблемое, материальное. Виктор потянулся было к карману, чтобы взять кубик, но отдернул руку. Там был отпечаток пальца. Рисунок, который немыслимым образом выжгла на грани капля крови одного из южан. Кровь пространства, которая не сотрется из памяти.
Виктор вышел на улицу и взобрался на платформу. В душе колыхалась серая пустота, и единственное, чего сейчас больше всего хотелось, — есть и пить. Он поднял платформу повыше и неторопливо двинулся прочь с территории. Возможно, ему посчастливится обнаружить какое-никакое заброшенное жилье с припасами или, на худой конец, колодец.
Едва машина миновала последний цех, как вокруг нее возникло бирюзовое кольцо. А буквально через мгновение платформа очутилась над дорогой, пересекающей степь. Над головой ярко пылало солнце.
Виктор огляделся. Далеко впереди и немного правее виднелось какое-то сооружение. Где-то на горизонте маячила темная полоска. Скорее всего, лес. Еще Виктор автоматически отметил, что робот так и не появился. Наверное, он теперь и вовсе не нужен…
Уже совсем было собравшись направить платформу к строению, Виктор убрал руки с пульта. Внимание инспектора привлекли синие то ли веревки, то ли куски шлангов. Виктор спустился на дорогу и присел на корточки, чтобы получше разглядеть непонятные предметы. Не сразу он понял, что видит перед собой останки существ. Они чем-то напоминали змей с заостренной граненой головой. Виктор встал и мыском ботинка подвинул одну из рептилий. Сегменты заскрежетали по дорожному покрытию с таким звуком, будто шкура у существа была каменной.
Подивившись прихоти местной эволюции, Виктор прошел дальше, к другому существу. Это, скорее всего, умело летать, хотя явно приходилась родственницей змеям, потому как его шкура тоже состояла из каменных сегментов. Никаких следов повреждений на существах разглядеть не удалось. Они просто умерли. По всей видимости, пространства стирали из памяти все лишнее. Все, что явилось следствием воздействия Эксперимента.
Да, куб не был в прошлом или будущем, он просто нарушил равновесие, тщательно отлаженное Временем. Бури, выбросы, Гости, полигоны… Все это существовало рядом, пока не возникли разрывы. А люди сочли, что есть путешествия во времени. Впрочем, откуда они там могли знать, что одно из вчера находится так же близко, как одно из завтра. Бесконечные пространства одного Мироздания…
Поднявшись на платформу, Виктор направился к строению. Когда он съехал с дороги, высокие травы зашуршали по днищу. Но инспектор решил не поднимать машину выше. Так увеличится расход энергии, а ее, если верить индикатору, в накопителях оставалось не так уж много.
Подъехав ближе, Виктор увидел, что конструкция, которую он принял за здание, — корабль! Точнее, пассажирский лайнер, морское судно, неведомо как очутившееся в степи. Платформа подплыла к глубокой борозде. Над ней торчали изрядно поржавевшие винты. Создавалось впечатление, что судно оказалось тут, когда шло полным ходом, и по инерции пропахало землю. Виктора находка порадовала: наверняка на борту отыщутся какие-нибудь съестные припасы. Уж какие-никакие консервы-то наверняка сохранились.
Вспыхнувшая было надежда несколько поугасла, едва платформа обогнула корму. Тут явно обитали люди: с борта на землю был спущен широкий трап.
Виктор заблокировал пульт платформы и осторожно ступил на трап. Инспектор не спешил. Серые доски прогибались, скрипели и потрескивали, но опасался он вовсе не за их надежность. Судя по всему, народ тут жил не самый передовой, а ресурсов в степи маловато. Вряд ли жители привечают чужаков.
Однако на палубе Виктор понял, что опасения напрасны: если кто-то здесь обитал, то довольно давно. Настил покрывала нетронутая пыль, а местами и вовсе намело барханчики. Люди ушли. И выгнать их могла нехватка продовольствия. В таком случае склады здесь будут пустыми. Вот только где искать эти самые склады? Виктор решил найти камбуз. Вряд ли склад находился далеко от рабочего места кока.
Поиски не затянулись. Очень помогли планы судна, кое-где сносно сохранившиеся на стенах коридоров. И пускай символов языка, на котором было написано в том числе и название лайнера, Виктор не знал, но пиктограммки оказались вполне понятными. Ориентируясь по ним, Виктор сперва отыскал камбуз, а затем и склад. Там нашлось несколько компактных запертых контейнеров. Вероятнее всего, обитатели судна не смогли справиться с магнитными замками. Остальные ящики, снабженные обычными механическими задвижками, стояли пустыми.
Конструкция запоров не была традиционной, но принцип оставался тем же. Спустя несколько секунд, Виктор уже рассматривал этикетки на банках. Здесь тоже были надписи на неизвестном языке, но буквы его разительно отличались от букв на планах эвакуации. А сами банки в принципе не предназначались для открывания руками. Сам контейнер и содержимое напоминало рацион звездолетчиков. Причем тот, где хранились не концентраты, а сублимированные продукты. «Свежатина», как они ее называли собой. Этой едой иногда «разбавляли» синтезированную пищу. Как консервы оказались тут — не важно. Главное, что они есть. Но консервы попали сюда, что сейчас очень кстати.
Виктор едва не поранил пальцы, пытаясь кухонным ножом вскрыть банку. Но в итоге та сдалась. Система подготовки зашипела. Виктор поставил нагревающуюся банку на контейнер и принялся ждать. Вскоре по складу пополз одуряющий запах свежего плова. Сейчас, после долгой вынужденной голодовки, он показался Виктору потрясающим деликатесом. В другой банке нашлась и вода. Точнее, натуральный сок неизвестного плода. Вкус его был необычным, но вкусным. Сок прекрасно утолял жажду.
После обильной трапезы Виктор ощутил прилив сил. Он отправился на поиски сумки, чтобы взять с собой запас еды, но едва сделал несколько шагов, как почувствовал, что пол накренился. Виктор взобрался по трапу и выскочил на палубу. Вокруг было море, в которое медленно погружалось судно. Оно все сильнее кренилось на правый борт. Все правильно. После многих лет, проведенных в степи, вода ему была противопоказана.
Морской ветер пронесся над палубой, сметая с нее пыль. Держась за перила, Виктор посмотрел по сторонам, но шлюп-балки были пусты. Зато под самым бортом покачивался деревянный трап. Веревки были оборваны.
* * *
Виктор швырнул в воду валявшуюся поблизости доску и последовал за ней. Когда, подобрав деревяшку, инспектор выбрался на импровизированный плот, крен судна был очень сильным. Казалось, еще немного, и оно опрокинется. Схватив доску, Виктор принялся остервенело грести, стараясь отойти подальше, чтобы не затянуло водоворотом, когда лайнер пойдет ко дну. Плот двигался еле-еле, но расстояние между плотом и судном все же увеличивалось.
— Быстрее, черт бы тебя! — подбадривал плот Виктор.
Но внезапно доска вылетела из рук, а сам Виктор упал ничком в траву. Причем в мокрую траву. Он сел, озираясь. В этом пространстве лил дождик. Мелкий, теплый, он шумел как-то деликатно, спокойно, словно помогая человеку прийти в себя, собраться с мыслями.
Виктор поднялся на ноги и огляделся. Опушка, полянка, беседка…
— Ты весь промок, Вик! Иди сюда.
В беседке, положив ноги на лавочку, сидела Леда и махала ему рукой. Он зашел под крышу и молча уселся на соседнюю лавку.
