существующих на земле противопоставлений (жар — холод, сухость — влага и т. д.) Отличие от мифологемы Урана здесь в изначальной связи с огнём и многоплановости творения. Уран производит лишь первое, основополагающее разделение мира, Брахма проецирует его на всю земную реальность: и если Янус двулик, то Брахма — многолик. Как бог, близкий людям, он исполняет их просьбы, даёт советы и утешает. Но вбирая в себя всё, Брахма почти не имеет своих особенных функций, оставаясь абстрактной идеей космического закона.
КУЛЬТУРНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО И БРАК
Знак Весов формирует совершенную модель мира, основанную на том содержании, которое подразумевал природный знак Водолея. И подобно тому, как культурный творец выступает в паре со стихийным, Весы предпочитают не самостоятельную, а партнерскую роль. Поэтому боги этого архетипа никогда не занимают центрального места в мифологии, как и представители этого знака — в жизни. Со знаком Весов связано астрологическое понятие VII-го дома гороскопа — сфера партнёров: любимых и врагов, и соратников в делах — всех тех, с кем возникают отношения, накладывающие отпечаток на судьбу человека. Седьмой дом раскрывает альтер эго человека — тот, порой утопический, облик, к которому он стремится и в котором находит отражение своих достоинств и недостатков. Поэтому с седьмым домом, как и со знаком Весов, где экзальтируется Сатурн, воплощающий застывшее совершенство прежнего мира, может быть связан образ кумира, как и образ врага. Люди-Весы, подобно Дон-Кихоту, создатель которого, Сервантес, родился под этим знаком, часто обретают в жизни свою Дульсинею и, не видя отличия некоей модели действительности от неё самой, порой сражаются с мельницами, не находя другой, столь же возвышенной сферы приложения сил. Более живой образ совершенства личности раскрывает героический знак Льва, воплощающий модель Весов в реальность, где она теряет свой абсолютизм и приобретает жизненную простоту.
С седьмым домом соотносятся законы и брак, изначально мыслимый нерушимым договором: семья — это тоже искусственно творимый мир, ячейка общества, отгородившая себя от вольного разгула страстей границей супружеского соглашения. Космическим законом, объединяющим супругов, внутри неё созидается некоторая особенная реальность, которая хранит семью от прямого столкновения противоположных начал. Эго находит свою предысторию в мифологии. Легализируя договоры между людьми, Митра отвечает также за заключение брака. Вместе с Бхагой ("доля, часть", отсюда — русское "бог") он выступает хранителем брачного договора: доля-Бхага заведует материальным обеспечением молодожёнов, а Митра поддерживает мир и согласие. В Индии бог-Бхага сопутствует Солнцу-Савитару и иногда отождествляется с ним. Отношение бога мирного договора к свадьбе предстанет ещё более обоснованным, если вспомнить, что браки между царственными семьями с древности и до последних времен служили гарантией прочности соглашений между народами.
Близкий Бхаге и Митре Айрьяман, хранитель сообщества ариев и их древних ритуалов, организуя взаимодействие между людьми, также выбирает подходящих супругов — в соответствии с принятыми в обществе законами. Супружеские отношения охранял славянский кузнец Сварог (Сварожич), в христианское время передав свою функцию также паре святых — Косьме/Кузьме и Дамиану/Демьяну. Выбор именно этих святых был связан с тем, что имя Кузьмы напоминает по звуку слово "кузнец". Из образа двух братьев сформировался единый образ Кузьмодемьяна, первого кузнеца и создателя первого плуга, к которому обращались с просьбой "сковать свадебку". "Факельщиком свадеб" Эврипид называет римского кузнеца Вулкана. Учредителем брака был индийский кузнец Тваштар и многие культурные герои этого архетипа, творцы всех человеческих законов и ритуалов. Правда, со свадьбой кузнецы могут иметь связь не только потому, что охраняют порядок, а и потому, что они имеют отношение к огню недр, которые ассоциируются с плодородием и страстью. Но аналогия с огнём любви здесь вторична — и относится к противоположному архетипу Марса, связанному с образом весны.
Понятие седьмого дома, символически соответствующего времени заката Солнца, можно уподобить этому природному явлению. Закат — зеркальное отражение рассвета, но лишённое будоражащей мощи заявляющего о себе дня. В это самое спокойное время суток, когда между днём и ночью наступает временное равновесие, человеку приятно уйти от себя и найти своё отражение в альтер эго, партнерских и супружеских отношениях. Столь же естественно перестать стремиться и обрести вечернюю гармонию китайского недеяния или "деяния без борьбы" — через мягкие невидимые импульсы общего для всех закона, соединяющего людей. Китайский идеал дао соответствует гармонии знака Весов, который описывает национальный характер этой страны. Это соответствие проявилось и более материально — в Великой Китайской стене, отгородившей китайскую земледельческую цивилизацию от диких скотоводов-монголов. И хотя китайцы не создали рая на земле, в своей культуре они явили ту гармонию между внутренним и внешним миром, за которую отвечает седьмой дом в гороскопе. Человек на китайской картине идеально вписывается в пейзаж, растворяя своё "я" в духовности природы.
Мысль также есть отражение мира, и основой абстрактного мышления человека становится сравнение, в различиях мира выявляющее подобное. Различия дают мысли эмоциональный толчок, подобие развивает её, выявляя конкретные стороны того единства мысли, которое символизирует знак Водолея. Знак Весов символизирует собой универсальный закон аналогий как высший закон гармонии и абстрактного мышления, возвышающий человека над реальностью и дающий ему возможность творить свои миры. Правда, надо иметь в виду, что водолейское единство мысли не может быть до конца проявлено в мире, и поэтому аналогии, выявляемые Весами, всегда остаются только подобием, а не реальностью.
Высший закон гармонии проявляет себя в подобии Вселенной и человека, абстрактно воплощающего в себе наиболее совершенный синтез всех её потенций и возможностей. Такое идеально-возвышенное отношение к человеку свойственно знаку Весов, рождающему идею человеческого всемогущества, которую раскрывает мировоззрение Ницше, родившегося под этим знаком. В мифологии же возникает представление о создании всех предметов» и элементов Вселенной из тела универсального человека, отражённое в мифе о китайском Пань-гу, который мыслится также культурным героем, отделяющим Небо от Земли с помощью инструментов, которые создал человеческий разум — железным топором и зубилом.
В смысле подобия Вселенной универсальному существу интересен фантастический образ иранского Мифры с телом человека, головой льва, змеёй, обвившейся вокруг тела, и крыльями. Синтез Весов отличается от единства первозданного Хаоса, и бог выглядит достаточно красиво: он не являет из себя чудовища, а только гармоничное сочетание четырёх стихий (человек — земля, змея — вода, лев — огонь и крылья — воздух). Кардинальные знаки Зодиака: Козерог, Весы, Рак и Овен — изображены на его теле. Гривастая голова льва соответствует его более поздней функции солнечного божества, с которым он сливается, как планета Вулкан — с Солнцем.
К индийскому Митре обращались как к свету восходящего солнца, его колесничему на быстрой упряжке, охватывающему золотыми лучами
