Но мысли эти не успокаивали. Наоборот — на душе у него становилось все тревожнее и тревожнее. Молчаливое сопение Стука за спиной тоже не способствовало улучшению настроения. А уж возможность столкнуться с людьми Волыны совсем добивала его.
«Если эти типы на нас наткнутся, непременно начнется пальба, — прикинул он. — Жаль, что Брендика нет со мной. Но оно и лучше. Он, глупый, полезет меня защищать, и его запросто пристрелят... Запросто».
* * *
— Остановимся здесь, — определила Элен. — Где-то за вон теми скалами дорога обрывается. Стук должен остановиться где-то там. Нам не стоит встречаться... Хотела бы я знать, как он вычислил Солнечный.
— Уж во всяком случае — не от звеннов, — пожал плечами Бэзил. — У тебя есть какие-нибудь соображения на этот счет?
Элен не ответила, погрузившись в манипуляции с рулевым управлением «проксимы». Она съехала с дороги и по ухабам дотянула до ближайших деревьев. Бэзил выбрался из кабины и, отойдя в сторону, критически оценил степень маскировки кара.
— Все равно машину заметят... — буркнул он подошедшей к нему Элен. — Ночь слишком светлая.
— Луна... Чертова Больная Луна, — простонала Каманера, стараясь не поднимать глаза к небу.
Но все-таки взглянула в черную пропасть над головой — исподлобья, украдкой. Она была на месте — Больная Луна. Злым, гноящимся глазом она присматривала за своей пленницей. Элен криво улыбнулась ей.
И резко повернулась к Бэзилу.
— Ты понял, что от тебя сейчас требуется? Ты — понял?
— Пока что, как я понимаю, — пожал плечами Бэз, — мне следует повнимательнее глазеть по сторонам. Сдается мне...
— От тебя сейчас требуется главное, — зло оборвала его Элен. — Ты не должен дать мне заснуть! И отстегнул бы ты напрочь это свое украшение, — кивнула она на скрипку Нолана.
Бэзила передернуло.
— Боюсь, что спать этой ночью нам не придется, — усмехнулся он. — Так что твои опасения напрасны...
Но Элен уже не слушала его. Ее внимание было целиком поглощено доносящимся с небес тихим ноющим звуком. Звук этот нарастал.
— Что до того, чтобы глазеть по сторонам, то с этим мы уже запоздали, — тихо сказала Элен. — К нам едут гости...
Теперь стал виден уже и источник звука — с неба к Каньону двигалось крошечное созвездие, составленное бортовыми огнями и пламенем посадочного движка скоростного «стратосферника». Еще пять-шесть секунд — и самолет скрылся за темным массивом леса. Звук двигателя смолк.
— Сели где-то рядом... — почему-то перейдя на шепот, констатировал Бэзил.
— Двигаемся по обочине... — приглушенным голосом отозвалась Элен. — Найдем сначала кар Стука и попытаемся сообразить, куда он двинул дальше. Наша задача — на него не напороться по дороге к Трем Водопадам...
Бэзил подумал, что первоочередная задача, скорее всего, не свернуть себе шею в чертовых буераках, но промолчал и осторожно последовал за Элен.
Обойдя нагромождение скал, за которыми скрывался последний отрезок грунтовки, компаньоны и впрямь узрели брошенный на обочине «рэмблер». В салоне кара горел приглушенный свет, одна из дверец была открыта нараспашку. Ни издали, ни вблизи никого живого в машине заметно не было.
Осмелев, Элен заглянула в кабину.
— Никого, — констатировала она. — Но здесь что-то было... Так вот машину не оставляют. Из нее не просто вышли, а выскочили. Можно сказать, сломя голову выскочили. И куда-то делись...
Бэзил осторожно почесал в затылке.
— Так или иначе, — вздохнула Каманера, — а нам надо идти к водопадам. Где-то здесь должен быть спуск...
— Там внизу заорал кто-то... — сообщил Кац. — И — слышишь — стреляют... Действительно, какая-то чертовщина начала твориться...
— Не поминай нечистого в такое время, — попрекнула его Элен, осторожно спускаясь по неверной тропинке, круто уходящей в пропасть. — Здесь есть другой путь — я помню. Короче. Главное — не свернуть себе шею...
* * *
— Не торопись этак, малек, — окликнул Орри Рыжая Борода. — Сейчас будет трудный спуск. Присядь. Сделаем маленький привал... Как раз и ручеек тут — можешь напиться...
Орри неохотно присел на небольшой выступ скалы — как раз над ручейком — больше из жалости к запыхавшемуся попутчику. Кроме того, он понимал, что сейчас и ему самому полагалось быть усталым и вымотанным. Но он ни усталым, ни даже сонным себя не чувствовал. И инстинктивно понимал, что совсем не надо этого показывать мастеру Стуку. Не надо было тому знать, что Орри Нолан — совсем уже не тот бестолковый и вполне обычный мальчишка, которым он был до того, как напился воды из Странного ручья и заснул в старой хижине, повторяя, как заклинание, загадочное слово «Мутабор»...
Но пить действительно хотелось, и он с облегчением проглотил несколько пригоршней ледяной воды из ручья. Припал к ручью и Стук. Орри подивился, что струйка воды не пересохла.
Напившись и отерев бороду, содержатель Подземных Театров выпрямился и принял довольно грозный вид.
— Слушай меня внимательно, малек. Ты, конечно, ловко карабкаешься по этим каменюгам, но шансы свернуть шею на этом спуске велики даже для профессионального скалолаза. А тем более ночь сейчас. Поэтому ты пойдешь вторым и — будь добр — иди за мною след в след. И не думай выкинуть какой-нибудь фокус. Пошли!
Спуск и впрямь был сложным, но Орри глодало сомнение в том, что Рыжая Борода не отпускает его от себя ни на шаг только лишь из опасения за его жизнь. Нет. Мастер явно опасался, что, опередив его, Орри даст деру, а он сам застрянет на опасном склоне и уже не догонит прыткого малька. И опасения эти были отнюдь не безосновательны. Орри не упускал из виду, что по мере приближения к цели их похода все более мрачнеет его то ли спутник, то ли конвоир. Видел, как все более резкими становятся его добродушные в начале окрики. Не удивительно, что Орри уже принял в глубине души решение воспользоваться любым удобным случаем для того, чтобы оторваться от Стука и первым добраться до Тайного Терминала. Конечно, рукоять пистолета, торчащая из-за пояса Мастера, внушала ему страх, но здравый смысл подсказыват ему, что нужен он, Орри Нолан, Рыжей Бороде только живым и ни в каком ином виде. А раз так, то дело будет решать не скорость выпущенных вслед ему пуль, а только скорость его ног в сравнении со скоростью ног Барри Стука. Заведомо не очень высокой.
Удобный случай представился ему в самом конце спуска к галерее, ведущей к озерцу, в который окунали свои «бороды» Три Водопада. Тропа здесь заканчивалась крутым, метра в три высотой, порожком, преодолеть его можно было только используя в полную силу все конечности, данные человеку всемогущим Создателем. Громоздкая туша Рыжей Бороды основательно застряла на этом участке пути. Орри не без удивления заметил, что громадный бородач панически боится даже небольшой высоты и не может выпустить из рук ветки кустарника, в которые вцепился, начиная свое нисхождение. Малек понял, что ждать ему больше нечего. Он зажмурился и кубарем полетел вниз. К несчастью, он зацепил в этом своем полете какую-то часть тела своего конвоира, и тот, поминая нечистого и всех его присных, обрушился следом за ним в составе небольшой лавины из камней и комьев земли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
