Дартениксу для этого приходилось поворачиваться, а крутить головой, покуда самодержец не прервал своей бессвязной речи, было бы непочтительно. Впрочем, он и так знал, кто сидит рядом с ним, и даже мог догадаться, какое мнение у кого сложилось о последних событиях.
– Неслыханно! – повторил император. – Дикие ши устраивают бойню под стенами замка Коннегейльт, посреди стольного града, не озаботясь покоем и благополучием жителей Андилайте! Чье небрежение привело к тому, что не смиренные клятвою демоны разгуливают по стране, как по своим преисподним?!
Было бы довольно странно, мелькнуло в голове у Дартеникса, если бы дикие ши, перед тем как устроить кровавое побоище, вначале интересовались у городского головы, где бы им лучше это сделать, чтобы не потревожить сон мирных обывателей.
– Все это, само собой, весьма возмутительно, – пророкотал старшина Вермидеракс, – но возмущаться злобством демонов я могу и у себя в постели, откуда вытащил меня гонец. Что могут рассказать нам о природе этих ши те, кому Серебряным законом предписано блюсти покой жителей Эвейна Благословенного?
Дартеникс ухмыльнулся – про себя, конечно. Глава гильдии кузнецов уловил самую суть противоречия. Собрав в столь неурочный час малый совет и вот уже добрых полчаса оскорбляя уши и рассудок наивысших людей страны едва ли не площадной бранью в адрес распоясавшихся демонов, император покуда ни единого слова не сказал по существу.
– Прошу, коун Неаракс, – раздраженно бросил император, усаживаясь.
Сосед Дартеникса неспешно поднялся на ноги, позвякивая алыми бляхами на серебристой кольчуге. Воевода собственной дружины императора отвечал, помимо прочего, за порядок в стольном граде.
– Уцелевших в бою демонов мои дружинники пленили, – проговорил он не спеша. Дартеникс, даже не поднимая головы, ощущал, как соскальзывает в его сторону взгляд воеводы, точно в поисках поддержки. – И допросили при посредстве дружинных провидцев.
– Что же вы разузнали? – нетерпеливо осведомился Вермидеракс.
– Эти ши принадлежат к двум враждебным друг другу племенам, – ответил воевода. – И те, и другие проникли в Эвейн около трех месяцев назад… через стоячие камни близ восточного и западного рубежей. Сражение у Межевой скалы устроили… – воевода замялся, – передовые дозоры. Оба племени желали привести своих посланцев пред взор раахварракса и склонить его слух к своим обманным речам. А пуще этого – стремились не позволить того же врагу.
– И как же так вышло, – полным яда голосом осведомился владетель Тарьюс ат-Баларайн, – что безумные ши месяцами шляются по эвейнской земле, не встречая ни отпора, ни препятствия?
В который уже раз Дартеникс убедился, что со стороны императора ввести в малый совет этого склочника было ошибкой. Да, коун Тарьюс прекрасно понимал, кому обязан возвышением, и всегда поддерживал своего покровителя, случись голосам в совете серьезно разделиться, – но дурные манеры и сутяжная натура баларайнского владетеля сводили на нет всякое дополнительное влияние, какое мог бы получить император через своего ставленника. Вот и сейчас – не кто виноват надо выяснять, а дело делать!
– Почтенный владетель Баларайна, – ответил старшина Брейлах, не дожидаясь, пока император предоставит ему слово, – не прав. Он не прав трижды! – Чародей предупреждающе вскинул руку, останавливая готового перебить его владетеля. – Он не прав, говоря, что ши появились в Эвейне неведомо для нас, ибо еще два месяца назад вести об их появлении достигли столицы. Он не прав, говоря, что ши не встретили отпора, ибо благородный владетель Торион ат-Дейга пал в бою с ними, и тогда же – наследник и родич его Бран, так что сиденье владетелей Дейга пустует ныне, и род сей пресекся, и дар сей утрачен! – В потрескивающем голосе чародея звучал жаркий гнев. – И в-третьих, владетель Баларайна не прав, задавая свой вопрос, ибо все сказанное мною сейчас уже известно тем, кто имеет уши.
«Так его», – довольно подумал Дартеникс.
– Если эти вести уже обошли весь Эвейн, – напористо проговорил владетель Тарьюс, – почему же армия среброрукого не сокрушила безумных ши, едва провидцы донесли их до Андилайте?
– Потому что это не дело раахварракса, – отозвался Брейлах. – Чародей огневого талана Линдан ит-Арендунн, служащий ныне земле Дейга, предпочел не взывать в этот раз к Серебряному закону. Вместо того он обратился к совету гильдии за помощью… и мы, разумеется, ее оказали. Точней сказать, оказываем, – поправился он.
«Вот сейчас, – отрешенно подумал Дартеникс, – император должен сказать «с моего согласия и благословения». Или нечто вроде того. Но он не скажет, вот в чем беда. Тяжелые времена ждут Эвейн… да еще эти ши…»
Император не сказал. Трое владетелей ошарашенно примолкли, не зная, радоваться такому обороту событий или огорчаться. Конечно, хорошо, что дело не дошло до всеобщего ополчения… но если император с таким безразличием отнесся к судьбе одного владения – что станется с остальными?
– А чего хотят эти демоны? – поинтересовался надзиратель дорог коун Ториш. – Возможно, справедливее было бы договориться с ними, а не начинать, не разобравшись, войну, в которой погибнет, без сомнения, немало добрых чародеев и дружинников.
Дартеникс поморщился. Надзиратель дорог был, на его взгляд, слишком уж тесно связан с имперским казначеем. Люди склонны преувеличивать важность своего ремесла – воины полагают, будто добрый меч способен решить любую проблему, а торговцы столь же трепетно относятся к деньгам.
– С теми, кто вырезал целую деревню, кто пресек чародейный род, кто притесняет попавших в их власть? Разве может быть мир с подобными существами? – выразил всеобщее мнение Брейлах.
Ответа советник не услышал. В голове его прозвучал тихий, бессловесный голос: «Позвольте воспользоваться вашими глазами, коун».
«Будь так добр. – Он едва не ответил провидцу вслух. – Негоже заставлять Альтерикса ждать».
Чародеи торопились. Не успела мысль отзвучать в голове Дартеникса, как обок скромного трона распахнулся створ и из обрамленного лиловыми сполохами провала выступил Ратвир.
Губы императора стянулись в нитку.
– Приветствую тебя, племянник, – процедил он. – Верно, у тебя есть веская причина врываться столь дерзко на собрание Десяти?
– Воистину так, дядя. – Ратвир поклонился почти небрежно. – Ваше величество… почтенные коуне… я рад сообщить всем вам, и в первую очередь – вам, старшина Брейлах, что орда ши, угрожавшая западным рубежам Эвейна, сокрушена. Немногие уцелевшие, к стыду моему, скрылись за стоячими камнями.
Малый зал Совета огласился слитным торжествующим кличем. Даже сомневавшихся захватил общий порыв. Лишь император молча хлопнул ладонью по столу, то ли в радости, то ли от гнева.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
