Ньюби получает урок; чем меньше он полагается на чужой код, тем больше работающих строк он может написать. Этот урок питает его эго. Как все молодые программисты, Ньюби считает себя умнее всех остальных. Кажется, его опыт поверхностно подтверждает это. Он начинает создавать свой собственный личный инструментарий, который лучше приспособлен к его потребностям.
К сожалению, эгоцентричные рефлексы, которые приобретает Ньюби, — краткосрочная локальная оптимизация, вызывающая долгосрочные проблемы. Он может написать больше строк кода, но фактическая ценность того, что он создает, вероятно, в значительной степени снижается по сравнению с тем, что было бы, если бы Ньюби добился успеха в повторном использовании кода. Больший код — отнюдь не лучший код. Код также не становится лучше, когда он написан на более низком уровне, где почти наверняка "изобретается колесо".
При смене работы Ньюби имеет в запасе, по крайней мере, еще один деморализующий опыт. Он, вероятно, обнаружит, что не может взять с собой свой инструментарий. Если он покинет здание с кодом, который написал в рабочее время, его прежние работодатели вполне могут рассматривать это как кражу интеллектуальной собственности. Его новые работодатели, зная об этом, вряд ли хорошо отреагируют, если он признается в использовании какого-либо старого кода.
Ньюби вполне может найти свой инструментарий бесполезным, даже если сможет украдкой внести его в сборку на новой работе. Его новые работодатели могут использовать другой набор коммерческих инструментов, языков и библиотек. Вероятно, ему придется изучать какую-либо новую группу методик и изобретать новый набор "колес" при каждой смене проекта.
Так программисты сталкиваются с повторным использованием кода (и другими хорошими практическими приемами, которые ему сопутствуют, например, модульностью и прозрачностью), которое извне систематически обусловливается комбинацией технических проблем, барьеров интеллектуальной собственности, политических и личных потребностей. "Умножьте" Дж. Рэндома Ньюби на сто тысяч, "состарьте" его на пару десятков лет и дайте ему стать более циничным и привыкшим к данной системе. В результате получится описание большей части индустрии программного обеспечения, рецепт огромных потерь времени, средств и человеческого мастерства — даже если не учитывать приемы маркетинговой тактики поставщиков, некомпетентный менеджмент, нереальные сроки завершения и все остальные факторы, которые усложняют качественное выполнение работы.
Профессиональная культура, происходящая из опыта Ньюби, ярко отражает этот опыт. Предприятия, разрабатывающие программное обеспечение, получат сильный NIH-комплекс (Not Invented Неге — изобретено не здесь). Они будут упорно противостоять повторному использованию кода, навязывая своим программистам в целях соблюдения жестких проектных рамок неадекватные, но интенсивно продаваемые поставщиками компоненты, отвергая при этом повторное использование своего же протестированного кода. Они будут создавать множество узкоспециальных, дублируемых программ. Программисты, создающие эти программы, будут знать, что результатом будет свалка программ, но покорно смирятся с невозможностью исправить что-либо, кроме отдельных частей, созданных самостоятельно.
Вместо повторного использования кода будет создан догмат о том, что однажды купленный код нельзя выбрасывать, а напротив, следует исправлять его, даже если всем ясно, что было бы лучше избавиться от него и начать работу заново. Продукты такой культуры со временем постепенно будут становиться более раздутыми и полными ошибок, даже когда каждый вовлеченный индивидуум будет напряженно пытаться сделать свою работу хорошо.
16.2. Прозрачность — ключ к повторному использованию кода
История Дж. Рэндома Ньюби была испытана на множестве опытных программистов. Если читатель относится к их числу, то он, вероятно, отреагирует, как и большинство коллег: возгласом понимания. Если же читатель не является программистом, а управляет программистами, то автор искренне надеется, что история получилась назидательной.
Большинство из нас привыкли к исходным предположениям программной индустрии о том, что могут потребоваться значительные умственные усилия, прежде чем появится возможность выделить главные причины данной проблемы. Но в конечном итоге они не являются очень сложными.
В основе большинства неприятностей Дж. Рэндома Ньюби (и крупномасштабных проблем качества, которые они подразумевают) лежит прозрачность — или, вернее, ее недостаток. Невозможно устранить проблему в коде, который невозможно посмотреть изнутри. Фактически в любой программе с нетривиальным API-интерфейсом невозможно даже должным образом использовать то, что нельзя увидеть изнутри. Документация неадекватна не только на практике, но и в принципе. Она не способна передать все нюансы, реализованные в коде.
В главе 6 отмечалось, как важна для хорошей программы центральная прозрачность. Компоненты, состоящие только из объектного кода, разрушают прозрачность программной системы. С другой стороны, неудачи повторного использования кода гораздо менее вероятно нанесут ущерб, когда повторно используемый код доступен для чтения и модификации. Хорошо комментированный исходный код сам по себе является документацией. Ошибки в исходном коде можно устранить. В исходный код можно включить средства измерения и скомпилировать для отладки, что позволяет упростить проверку его поведения в непонятных случаях, а кроме того, всегда можно изменить поведение программы в случае необходимости.
Существует еще одна жизненно важная необходимость в исходном коде. Урок, который Unix-программисгы изучали в течение десятилетий, заключается в том, что исходный код выдерживает испытание временем, а объектный — нет. Изменяются аппаратные платформы и служебные компоненты, такие как библиотеки поддержки, в операционных системах появляются новые API-интерфейсы и устаревают прежние. Меняется все, а непроницаемые двоичные исполняемые модули не способны адаптироваться к изменениям. Они хрупки, невозможно надежно обеспечить их дальнейшую переносимость, а кроме того, их необходимо поддерживать с помощью расширяющихся и подверженных ошибкам уровней кода эмуляции. Они замыкают пользователей в рамках предположений разработчиков. Исходный код необходим, ведь даже если нет ни намерений, ни необходимости изменять программу, в будущем для обеспечения работоспособности программы ее придется перекомпилировать в новых средах.
Важность прозрачности и проблема устаревания кода являются теми причинами, по которым следует требовать открытости повторно используемого кода для проверки и модификации103. Это лишь предварительный аргумент в пользу того, что сейчас называется "открытым исходным кодом". Понятие "открытый исходный код" имеет более важный смысл, чем просто требование прозрачности и видимости кода.
16.3. От повторного использования к открытому исходному коду
Компоненты ранней Unix, ее библиотеки и связанные утилиты распространялись в виде исходного кода. Эта открытость была жизненно важной частью культуры Unix. В главе 2 уже говорилось о том, как после разрушения этой традиции в 1984 году Unix утратила свою первоначальную движущую силу, и как десять лет спустя возникновение GNU-инструментария и Linux побудило сообщество "вернуться к ценностям" открытого исходного кода.
В настоящее время открытый исходный код снова является одним из наиболее мощных инструментов в коллекции любого Unix-программиста.
Понятие открытого исходного кода так же связано с повторным использованием кода, как романтическая любовь связана с размножением — описать первое в терминах второго возможно, но при этом существует риск упустить многое из того, что делает первое интересным. Понятие "открытый исходный код" не сводится к простой тактике поддержки повторного использования в разработке программ. Открытый исходный код — неожиданно возникающий феномен, общественное соглашение между разработчиками и пользователями, которые пытаются защитить несколько преимуществ, связанных с прозрачностью. Фактически существует несколько различных способов толкования данного феномена.
