— Но ты мне обещал помощь. Ты не посмеешь отказаться от своего слова.
Иллар улыбнулся.
— Я по-прежнему уверен, что ты поступила неправильно.
— Наверное. Я могла бы отсидеться в горах, собрать своих людей и выступить, когда придет время. — Тайлис замолчала. — Там, после битвы за Переправой, твой отец сказал то же самое. Мне надо было хотя бы объявиться, поднять свой стяг. Но мне страшно. Очень страшно. За нами была погоня, мы несколько раз еле спаслись. Я защищалась, дралась. И очень боялась.
— И сейчас?
— Сейчас мне стыдно. Я не могу возглавить людей, если я сбежала, ничего не сделав для королевства. Трусу нет места на троне.
— Лучше поздно, чем никогда.
— Потом. С твоей помощью. Ты поможешь мне победить Курхота. И тогда я вернусь.
— В Кордию, занятую Сеготом? Извини, но у меня не будет столько сил, чтобы выгнать Сегот.
Тайлис тихонько рассмеялась.
— Ты только что боялся, что не удержишь город. А теперь рассуждаешь, что у тебя не хватит сил на Кордию. Давай подождем.
— А ты не думаешь, что когда в Корде будет фальшивая Тайлис, многие вернутся в королевство. К фальшивой тебе. Под ее, а не твою защиту.
— Если это спасет людей, может пусть так и будет? — деланно равнодушно произнесла Тайлис.
— Ты так не думаешь.
— Нет, не думаю.
— Тогда объявись.
— Сейчас осада. Уже поздно. Никто меня не услышит. А Курхот разозлится ещё больше.
— Зачем ты так нужна Курхоту?
— Обменять на фальшивую? Не знаю. Мешаю. Может, у него договор с Сеготом.
Однажды в городе наступила тишина. Катапульты и «буйволы» не стреляли, не слышны были звуки бьющихся друг о друга каменных глыб, ломающегося дерева. И Кандир доложил Иллару:
— Милорд, противник прислал парламентера.
— Да? И что Курхот с Альтамом требуют? Сдаться? — поднял брови Иллар.
— Встречу. Они просят встречу.
— Просят? Даже не требуют?
— Полностью на наших условиях. Мы готовим место, время, количество сопровождающих.
— Даже так? На ловушку не похоже, — задумчиво произнес Иллар.
— Может, последнее предложение сдаться. Они близки к созданию двух брешей. И даже трех, если они готовят еще и подкоп.
— Но у нас ещё Малый город. На что они надеются?
— У нас нет четких сведений о том, что творится за стенами. Возможно, к нам идет подмога. Тогда это их последний шанс убедить, устрашить нас, заставить сдаться.
— Или наоборот, — продолжил за ним Иллар. — Поддержки не будет. Тогда тем более незачем предлагать встречу. Чего им бояться… Малый город осаждать и штурмовать легче. Территория не та. — Иллар прошелся по залу. — Легкой эта победа, конечно, не будет. Но, если рассматривать самый плохой расклад, они могут себе позволить осаждать город хоть до следующего урожая. Альтам обеспечит их пропитанием, населению без власти придется подчиниться. А через год мы будем слабы, и нас можно будет перебить простыми уколами меча.
Кандир покачал головой, Бахтин удивленно вскинул голову.
— Что с вами, милорд?
Иллар рассмеялся:
— Я же сказал, рассматриваю самый страшный вариант. Вы сами совсем недавно предлагали заняться тактической подготовкой.
— Но раньше вы со мной не согласились.
— Я пытаюсь понять, чего ждать от встречи.
— Вы пойдете?
— Да. Надо посмотреть, что у них на уме. От этого будет зависеть, какой из вариантов ближе к правде.
Встречу назначили у южных ворот. Как самых уцелевших. На равном удалении как войск Курхота-Альтама, так и стрелков на стенах столицы.
Поставив шатер, его окружили тяжелые латники илонийцев и Альтама. У Курхота их не было. Иллар на встречу облачился в кольчугу, в сделанные для него простые, но прочные доспехи. Кольчужный капюшон был накинут на голову, на нее надет шлем. Меч Отари также был с ним.
Носить доспехи он так и не научился, драться в них тем более, но хотя бы не выглядел в них увальнем, как в первые дни. Он сомневался, что на встрече он будет драться, были приняты все меры предосторожности. Но от предательской стрелы доспехи смогут защитить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Именно так и расценили его одеяние и сопровождение Альтам и Курхот. Альтам тоже был в своих доспехах. Но в них он чувствовал себя намного уверенней, чем Иллар. Уж он-то привык в них и сражаться, и быть во главе своего войска. Курхот же был одет так же, как и в прошлый раз. В дорогие, но добротные одежды. Прочные кожаные и металлические накладки были скорее украшением одежды, хотя и могли защитить от стрелы, пущенной издалека.
Они все трое одновременно зашли в шатер. Пологи не были опущены, но сопровождавшие их воины в тяжелом облачении стояли вне зоны слышимости. Со стороны Иллара, их возглавляли Фаркус и Латин.
Простые стулья вокруг стола, три кубка с разбавленным вином, сыр, мясо, фрукты.
После объявления знаменосцами титулов своих господ, трое мужчин остались в шатре одни.
Иллар рассматривал своих противников. Курхот не изменился. Такой же самодовольный и с виду даже добродушный. Альтам также казался спокойным. Ожог на щеке приобрел уродливую форму, герб Торогии угадывался в нём с трудом. «Не слишком была хорошая идея», — подумал Иллар, но тогда ему ничего более умного не пришло в голову.
Курхот с Альтамом также с неподдельным интересом рассматривали его. Перед ними сидел воин. Твердый, спокойный взгляд на загрубевшем лице. Бровь рассечена осколком камня, на подбородке след ожога.
— Ты не отсиживался во дворце, мой мальчик, — задумчиво прервал молчание Альтам.
— Нет, — спокойно подтвердил Иллар.
Встречу просили они. Пусть первыми и начнут.
— Не завтра, так послезавтра мы войдем в город, маленький Брайт, — добавил Курхот.
— Там и останетесь.
— Да, конечно, нам ещё предстоит много работы, чтобы взять весь город. Но мы всё равно его возьмем, мой мальчик. — Альтам продолжал задумчиво рассматривать его.
— Я думаю иначе.
Альтам и Курхот переглянулись.
— Ты достойный противник, Брайт, — произнес Курхот. — Отличный воин. Твои люди идут за тобой. Мы решили не убивать тебя…
Иллар ждал.
— У Его Величества Альтама имеется наследник. Но у меня его нет, — продолжил Курхот. — Мои сыновья убиты в этой войне… Храбрые, сильные юноши, хотя и не все выполнили свое предназначение. Но они убиты как воины. Хорошая смерть…
Иллар не произнес ни слова. Он понял, к чему клонит Курхот.
— Мои люди привыкли уважать сильных противников. Любая из моих дочерей сочтет за честь стать твоей женой.
Иллар не смог удержать мимолетной улыбки, вспомнив рассказ Стенли, как Курхот пытался вручить ему одну из своих дочерей.
Курхот нахмурился, заметив улыбку, но не стал прерываться:
— Став моим зятем, ты будешь наследником огромной державы. И Илония будет твоей, как и предполагал для тебя твой приемный отец, король Альтам. Но теперь ты будешь владеть и Арилазой, и Кордией, и моими островами. Люди примут тебя. Не могут не принять королевскую кровь и великого воина.
Иллар повернулся к Альтаму:
— Что будете иметь с этого вы, ваше величество?
— Доброго соседа, как и планировалось раньше, мой мальчик. Я оставлю тебе почти всю Илонию. Но мы договоримся, какие именно земли я потребую взамен.
— Выход в Мадарис?
— Это естественно, мой мальчик. Весь восток Илонии, твои корабельные леса. Глупо отказываться от них, если у меня теперь будет прямой путь в Мадир, — развел руками Альтам. — У тебя будет Кордия, у меня Мадарис. Все справедливо.
— И не будете управлять мной, как собирались?
— Ты взрослый мужчина, мой мальчик. И у тебя будет уже другой покровитель. — Альтам показал на Курхота. — Я отступаюсь от притязаний на твою преданность. Только на дружественное для наших обоих королевств соседство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Иллар молчал. Курхот и Альтам не прерывали его молчание, но и не спускали с него взгляда. Иллар чувствовал, что это еще не все.
— Ты назвался лордом Илларом, когда пришел сюда, — продолжил Курхот. — Но ты ошибаешься. Согласно илонийским законам, ты теперь носишь титул принца.
