ага, уже не ливень. Да и грохотать вроде перестало. Не, можно идти. И даже нужно. Или я за себя не отвечаю.
– Как хочешь, – пожал я плечами, встав из кресла. – Большая уже девочка, не заблудишься.
– Уверен? – зло сузила глаза девушка.
Ну да, обидно. Кто бы сомневался. Но ничего, потом сама же мне спасибо скажет. За сбережение девичьей чести.
– Уверен, – кивнул я и не оглядываясь побрел на выход.
– Рюкзак забыл!
– Себе оставь.
Ха, надо же, сумел-таки удивить. Она даже не сразу нашлась, что сказать. А когда нашлась, хватило ее лишь на банальность:
– А… а как же ты?..
– А мне не нужен, – на ходу отмахнулся я. – Больше не нужен.
– Но почему?!
Судя по голосу, Тинка едва сдерживала желание догнать меня, вцепиться в плечо и развернуть, чтобы посмотреть в глаза. Но, надо отдать ей должное, свою извечную импульсивность победила. Скорее всего, из меркантильных соображений – а ну как я передумаю?
– Я больше не катаюсь. Просто прими это как факт. Арривидерчи, дорогая.
Вот так. Чуть грубовато и одновременно загадочно. Ну нет у меня желания что-то объяснять здесь и сейчас. Слишком я перевозбужден и накачан адреналином. И с этим срочно нужно что-то делать, иначе неприятностей не избежать…
За пределами веранды было по-прежнему гадостно, хоть ветер уже и не так сильно толкал в спину, да и ливень ослаб – скорее уже просто дождь, и не самый холодный к тому же. А вот небо светлеть даже и не думало. Такое ощущение, что это надолго, до вечера как минимум. Шторм стих, остался обложной дождик, а с таким я здесь еще не сталкивался. Ну и пофиг, опять же. Главное, до спорткомплекса добрел без приключений. Хотя спорткомплекс слишком громко сказано. Очередной угрюмый параллелепипед из на сей раз фиолетово-серого биопластика, с большой вывеской «Marco’s Gym» на фасаде. Этот самый Марко являлся главным тренером казенного заведения, но занимался в основном качками, хоть и держал в зале боксерский ринг и пяток разнокалиберных груш. Еще какое-то разнообразие вносили обширные панорамные окна – верно, из прозрачного пластика. Плюс расплывчатые граффити, по этой самой причине совершенно нечитаемые. Где-то там пристроилась и моя отметка в виде короткого хайку:
Глаза вылезают на лоб,
Сто двадцать кэгэ на грифе.
Буду могучим.
Впрочем, образчик японской поэзии никто не оценил. Написал по-английски (получилось убого) и по-русски (гораздо благозвучней), но второго языка тут никто не знал. Но мне опять же было пофиг, поскольку хайку я сочинял по велению души, а не для чьего-то развлечения. Фиксировал, так сказать, магию момента. Что характерно, в полном соответствии с каноном.
Поскольку зал числился в муниципальной собственности, доступ для обитателей научного городка в него был круглосуточным – достаточно мазнуть по магнитному замку браслетом-интеркомом. Впрочем, за прошедший месяц я не заметил у данной категории населения особенного рвения к бодибилдингу. Любители тягать железо предпочитали занятия по расписанию, поскольку к ним в нагрузку шла возможность почесать языками с такими же больными, да и просто потусить в приятном месте. Особенно учитывая тот факт, что и девчонки зал стороной не обходили. А вот в выходные, рано утром или поздно вечером помещение в основном пустовало. Разве что на самого Марко можно было нарваться. Но, опять же, только не сегодня – выходной, неурочное время плюс непогода сводили вероятность такой встречи к нулю. Что меня более чем устраивало. Нельзя мне сейчас с людьми, ибо чревато. А вот груша-восьмидесятка и десятиунцовые перчатки более чем удачная компания. Бинты и саппорты голеностопа хранились в моем индивидуальном шкафчике, а больше ничего и не надо – только аквашузы стянуть с ног, чтобы ребристыми подошвами не царапать инвентарь.
В тренажерном зале было темно и непривычно пусто, но свет зажигать я не стал. Грушу видно, и ладно. А споткнуться обо что-нибудь по пути тем более проблематично. На ринг не полезу, не с кем спарринговаться, так что остается мой любимый снаряд – восьмидесятикилограммовый набивной мешок с меня ростом. Отличная штука, хоть и тяжеловата под мою весовую категорию – чуток до восьмидесяти же кило не дотягиваю, классический полутяж. И это при росте в сто семьдесят семь. В сантиметрах, естественно, не в дюймах. Но сейчас это даже плюс, можно будет от души вкладываться в каждый удар. А просто поплясать-продышаться и на ринге можно, с живым противником.
Так, пол вроде сухой, не навернусь невзначай. Понеслась, что ли?
Пробный джеб, еще один, потом хук – классика. Двоечка, левый в печень, апперкот… сильнее! Еще сильнее! Чтобы до ломоты в руках, до срыва дыхания! Лоу, мидл, хай – все с правой, еще раз, и сразу левый хай-кик. Отскок, фронт-кик, еще один хай… бэк-кик в прыжке с разворота… поймать отлетевший мешок, вбить колено… еще, и еще, и еще!.. Снова руки… отскок… хил-кик…
Элементы бокса, кикбоксинга, муай тай – все, что позволяет хорошенько вложить массу и выплеснуть подстегнутую до сих пор нерастраченным адреналином ярость. Трехминутный отрезок бездумного молотилова, минута отдыха – тут я даже без браслета справлялся, биологические часы, настроенные на нужный ритм еще в школьные годы, помогали – и снова в бой…
…примерно через час, когда я, совершенно обессиленный, сидел на сорванной с подвеса измочаленной груше, пришла Тинка. Я ее даже не сразу заметил, среагировал, только когда она уронила к моим ногам мой бывший рюкзак и попросила подвинуться. А вы как хотели? По факту, пятнадцатираундовый бой выдержал, даже хуже – на ринге и передохнуть можно, а тут все время в активном движении и исключительно силовые удары. Так что на сопротивление не осталось ни сил, ни желания.
– Что Марко будешь говорить? – начала девушка с банальности, хотя явно хотела спросить что-то другое.
И я даже догадывался, что именно. Тут не надо быть семи пядей во лбу, как говаривал дед Виктор.
Пока же я лишь безразлично улыбнулся. Тоже мне, нашла проблему. Закажем новую за мой счет, и все дела.
– Тони?..
Выглядела Тинка… даже не знаю… жалко, что ли? Попала под дождь – что немудрено, тот до сих пор по крыше колотил – но явно побывала дома, если судить по шортам, топу и сланцам. Правда, одежка тоже от хлябей небесных пострадала… или не только от них – под мокрым топом угадывался давешний лиф. Натянула поверх первое,
