На совместном заседании флагманов, капитанов и артиллерийских офицеров русского флота все его участники единодушно высказались против поиска столкновения с «Гебеном» (считалось, что линейные корабли не в состоянии противостоять дредноутам)51. Специалисты тогда единодушно считали, что «Гебен» несравненно сильнее нашей эскадры52. Несмотря на это, А. А. Эбергард практически немедленно приступил к поиску противника. 4 (17) ноября 1914 г. русская эскадра в составе пяти эскадренных броненосцев, трех крейсеров и эсминцев возвращалась в Севастополь после обстрела Трапезунда. В этот день была получена радиограмма с сообщением, что «Гебен» и «Бреслау» находятся в море. Поскольку запасы топлива у эскадры были уже на исходе, командующий принял решение продолжать движение на базу. Выполнить этот план не удалось. 5 (18) ноября шедший впереди русских кораблей крейсер «Алмаз» заметил по курсу два знакомых силуэта. Подав сигнал тревоги, он вернулся в строй за линкорами53.
5 (18) ноября русские корабли встретились у мыса Сарыч, в 39 милях от Херсонесского маяка, с «Гебеном». В 14-минутном морском бою немецкий корабль получил три попадания 12-дюймового и одиннадцать – среднего калибра, были убиты 12 офицеров и 102 матроса, в результате «Гебен» на две недели был вынужден стать на ремонт54. Противник воспользовался преимуществом в скорости и быстро оторвался от наших линейных кораблей55. К сожалению, русские эсминцы не смогли преследовать «Гебен», поскольку эскадра находилась в море уже семь дней и запас топлива подходил к концу56. Потери были и на «Евстафии», в который попал вражеский снаряд: были убиты три офицера и 29 матросов, один офицер и 24 матроса ранены, из них 19 человек тяжело. В бою ни один из кораблей русской эскадры ни на минуту не вышел из строя. После боя часть русских судов также прошла через ремонт, но десятидневный57. В частности, вечером 5 (18) ноября по приходе в Севастополь в сухой док был введен «Евстафий» – линкор принял около 1 тыс. тонн воды58. Этот бой убедительно продемонстрировал, как выучка и успешное командование могут компенсировать техническую отсталость59.
13 декабря 1914 г. турецкий флот понес еще одну потерю. В этот день английская подводная лодка B-11 под командованием коммодор-лейтенанта Нормана Холбрука потопила в Дарданеллах турецкий эскадренный броненосец «Мессудие». Это был устаревший корабль постройки 1874 г., прошедший модернизацию в 1901 г. Его ценность была невелика, однако этот случай показал слабость обороны, в том числе и противолодочной, на Проливах. B-11 была также устаревшей, спущенной на воду в 1906 г. Тем не менее Н. Холбрук смог выполнить поставленную перед ним задачу. Активно действовали и русские моряки. 26 декабря на минах у Босфора подорвался «Гебен». Крейсер принял через пробоину около 600 тонн воды, но все же сумел вернуться к своей базе. «Имея особый опыт в минном деле, – вспоминал командир линкора «Хайреддин Барбаросса» капитан 2 ранга, – русские ставили мины на глубинах в 180 м (590 футов), что до тех пор считалось невозможным»60.
Успехи союзников на море вызвали в Константинополе тревогу и уныние. Германское посольство начало эвакуацию архивов, в городе ходили слухи о переезде правительства в Бруссу, недовольство против немцев было столь сильным, что главная квартира германо-турецкого командования вынуждена была переехать на транспорт «Корковадо», стоявший под охраной миноносцев61. Русская разведка доносила, что в конце января – начале февраля 1915 г. турки активно укрепляли Принцевы острова, на Босфорские укрепления перебрасывались орудия, которые снимали с Адрианопольской крепости62. Это означало только одно: германо-турецкое командование не исключало возможности прорыва флота союзников в Мраморное море. Но перелом в ситуации не наступил. Ставка не была полностью удовлетворена действиями своих моряков.
О. Лиман фон Сандерс вспоминал, что ничего значительного на море в первый период войны, до декабря 1914 г., ни германо-турецким, ни русским флотом не было сделано, но это отнюдь не привело к недостатку внимания к потенциальной угрозе с севера: «Все оборонительные меры, которые казались необходимыми для отражения русского десанта, были приняты. Берега Черного моря по обоим сторонам Босфора были защищены батареями и летными подразделениями, и VI армейский корпус находился недалеко от Сан-Стефано в готовности встретить любой русский десант. Этот армейский корпус был специально подготовлен для этой задачи бесчисленными крупномасштабными маневрами»63. С началом 1915 г. ситуация на Проливах изменилась, причем явно не в пользу турок. 2 января 1915 г. на русских минах подорвался турецкий крейсер «Берк» и вышел из строя до конца войны.
Успехи русской армии и флота, а также активизация союзников в районе Дарданелл, казалось, позволяли надеяться на близость перелома на турецком направлении. 10 марта 1915 г. адмирал Г. фон Узедом докладывал Э. фон Фалькенгайну: «Несмотря на сравнительно незначительный успех неприятеля, воспрепятствовать в течение длительного периода уничтожению всех укреплений Дарданелл не удастся, если заказанные уже много месяцев назад боеприпасы, мины, не будут быстро доставлены или если оборона не будет поддержана отечественными подводными лодками»64.
Биографический указатель
Адариди Август-Карл-Михаил Михайлович (1859–1940). Окончил Николаевское инженерное училище, прапорщик гвардии (1879). Подпоручик (1884), поручик (1885). Окончил по 1-му разряду Николаевскую академию Генерального штаба, штабс-капитан гвардии с переименованием в капитаны Генерального штаба (1888). Помощник адъютанта штаба Варшавского военного округа (1888–1892). Командирован в Оренбургское казачье юнкерское училище для преподавания военных наук (1892–1894), подполковник (1892). Штаб-офицер при управлении 56-й пехотной резервной бригады (1894–1899), полковник (1896). Начальник штаба 35-й пехотной дивизии (1899–1903), командир 98-го пехотного Юрьевского полка (1903–1905). Принял участие в Русско-японской войне 1904–1905 гг., за отличия произведен в генерал-майоры (1907). Прикомандирован к Главному штабу (1905–1906). Член Военно-исторической комиссии по описанию войны с Японией (1906–1909). Начальник штаба 12-го армейского корпуса (1909–1914), генерал-лейтенант (1914). Начальник 27-й пехотной дивизии (1914–1915), во главе которой отличился в ходе боев под Сталупененом и Гумбиненом. В 1915 г. под давлением командира 3-го армейского корпуса генерала Н. А. Епанчина вынужден был выйти в отставку. После Октябрьской революции в эмиграции в Финляндии и во Франции.
Адрианов Александр Александрович (1861–1918). Окончил 2-ю Санкт-Петербургскую военную гимназию (1880), 1-е военное Павловское училище, подпоручик (1882), поручик (1886). Окончил по 1-му разряду Военно-юридическую академию, штабс-капитан (1890). Капитан (1892), кандидат на военно-судную должность (1892–1894), помощник военного прокурора Варшавского военно-окружного суда (1894–1899), подполковник (1895), полковник (1899). Прикомандирован к прокурорскому надзору Варшавского военно-окружного суда для ознакомления на практике с военно-судебной деятельностью (1890), военный следователь Варшавского военного округа (1899–1901), помощник военного прокурора Варшавского военно-окружного суда (1901–1904). Участвовал в Русско-японской войне 1904–1905 гг., в распоряжении командующего 2-й Маньчжурской армией (1904–1905). Военный следователь Петербургского военного округа (1904–1905), помощник военного прокурора Петербургского военно-окружного суда (1905–1906), командирован в Эстляндию в качестве члена прокурорского надзора для наблюдения за производством следствий по делам политическим и о разграблении и поджогах помещичьих усадеб (1905), командирован в Свеаборг для наблюдения за производством дознаний по делу о Свеаборгском восстании, направления этих дел в суд и поддержания в суде обвинения (1906), военный судья Московского военно-окружного суда (1906–1907). Генерал-майор (1907), военный судья Санкт-Петербургского военно-окружного суда (1907–1908). Московский градоначальник (1908–1914), Свиты Его Императорского Величества генерал-майор (1912). Главноначальствующий над Москвой (1914–1915), в мае 1915 г., с назначением Ф. Ф. Юсупова главноначальствующим над Москвой, вернулся к исправлению обязанностей градоначальника, после немецких погромов в мае 1915 г. вынужден был подать рапорт об отставке, в октябре 1916 г. предан суду за бездействие власти. Умер в Москве.
Александр I Павлович (1777–1825), император Всероссийский (1801–1825), Великий князь Финлядский (1809), царь Польский (1815).
Александр II Николаевич (1818–1881), наследник цесаревич (1825–1855), император Всероссийский, царь Польский и Великий князь Финляндский (1855–1881).
Александр III Александрович (1845–1894), второй сын императора Александра II, наследник цесаревич (1865–1881), император Всероссийский, царь Польский и Великий князь Финляндский (1881–1894).
