Читаем без скачивания Выжжено - Андреас Эшбах

Ассоциация имела свои основания. Это была операция огромного масштаба. С той же решимостью и теми же организационными средствами, с какими США выиграли материальную битву Второй мировой войны, а позднее запустили на Луну людей, было запущено перевооружение мира с бензина на спирт – намерение, тем более востребованное перед лицом хворой безнадёжности.

Первым делом следовало наладить промышленный выпуск остракционной плёнки, затем произвести в достаточном количестве аппараты и доставить их до потребителей. Надо было перестроить моторы с бензина на спирт, обучить крестьян обращению с новой техникой. И, наконец, создать инфраструктуру для накопления, хранения и распределения нового горючего.

Последний ещё уцелевший «KAPPELLING-SUPERTEX» разбирать не пришлось: одна из тайных служб сохранила чертежи. Немедленно запустили серию в десять тысяч машин.

Для некоторых деталей, которые уже нигде нельзя было достать, понадобилось построить фабрики. Построили.

Потребовалось усовершенствовать способ производства нано-порошка, чтобы иметь в распоряжении достаточное количество. Усовершенствовали.

Обязательным было согласование с правительствами, администрациями и союзами всех стран, которые будут участвовать в новой системе. Согласовали.

Недостатка в инженерах и конструкторах не было. Вскоре сотни их взялись за прибор, эскизы которого набросал Маркус, чтобы изучить его во всех мыслимых аспектах и, если возможно, усовершенствовать. Управленцы проводили учет сельскохозяйственных предприятий, их площадей и профиля, чтобы разместить аппараты оптимально. Надо было создать на всех языках инструкции по применению, учебные материалы и вспомогательные книги по проведению ремонта, напечатать их и распространить, организовать семинары, обучить специалистов. Люди из маркетинга снимали телевизионные ролики, давали объявления, планировали и проводили кампании, чтобы как можно скорее научить людей обращению с новыми технологиями.

Неправильное написание фамилии изобретателя (с одним «н»), впрочем, так и укоренилось. Цилиндрические приборы, которые вскоре наводнили США, а через некоторое время и весь мир, упорно именовались «вестерманами», и что бы Маркус ни предпринимал, ничто не помогало ввести в это название вторую букву «н». Когда это название вошло в словари, он окончательно сдался.

Впрочем, «вестерманы» захватили не весь мир: некоторые арабские страны, в первую очередь Саудовская Аравия, категорически запретили применение этих аппаратов. Ислам запрещал алкоголь – и точка.

Завоевал арабские страны другой Вестерманн…

Наконец-то Фридер понял, что показалось ему в этой праздничной церемонии таким странным: совсем не было музыки. Ни марша, ни национального гимна, ни музыкантов. Только навесы под знойным небом, невероятное количество ковров, ряды стульев и флаги всех стран, участвующих в проекте. А их было очень много. Не только почти все арабские соседи, но и некоторые европейские страны, вплоть до Словении.

Женщин среди присутствующих было очень мало. Премьер-министр Греции была единственной женщиной столь высокого ранга, и, судя по всему, она тоже маялась в ожидании, когда же праздник закончится.

Когда мусульмане удалялись в один просторный шатер на свою полуденную молитву, европейцы с журналистами из всех стран стояли в ожидании, сжимая в руках стаканы с соком. Вода с добавлением лимонного или яблочного сока, а также щепотки соли – за годы строительства это стало тайным оружием Фридера против жары.

После молитвы группы снова перемешались, арабские одеяния соседствовали с костюмами. Стулья были снабжены именными табличками, дипломаты тщательно продумали порядок рассадки.

Несмотря на смерть короля Фарука, вызвавшую глубокий траур, – он мирно почил несколько недель назад в преклонном возрасте – судьба, дарованная лишь немногим властелинам, – саудовский флаг не был приспущен. Как Фридер уже знал, он не приспускается никогда, ибо надпись на нём, белым по зелёному, есть мусульманский символ веры, а значит, Слово Божье, которое не склоняется ни перед одним смертным, в том числе и перед королём.

Исполняющий обязанности регент, Таталь Аль-Рашид, вышел к пульту, подождал, когда установится полная тишина, и затем приветствовал собравшихся на торжественное открытие Солярной электростанции имени короля Фарука.

Возможно, вскоре он станет следующим королём Саудовской Аравии. Правила престолонаследования в этой стране никогда не были простыми. На сей раз маджлис аль-Шура, совет старейшин, сходился на кандидате, которому передавался королевский сан. Ему же предоставлено было решать, просто ли так принять этот сан или поставить его на народное голосование. Уже было два кандидата: один из совета старейшин, другой – со стороны. Оба пожелали пройти через народное голосование – и оба потерпели поражение. Однако после короля Фарука взойти на престол без одобрения народа было уже неприемлемо, и Аль-Рашид тоже высказался за проведение народного голосования, которое должно было состояться через две недели. А до тех пор он оставался регентом с ограниченными полномочиями.

– …а теперь я хочу дать слово архитектору, конструктору и строителю установки, господину Фридеру Вестерманну, – закончил регент с жестом государственного деятеля. Говорили, он имел хорошие шансы быть избранным. Тогда он станет первым королём, происходящим не из семейства Саудов.

Фридер встал, под вежливые аплодисменты поднялся на сцену и подошёл к пульту. Он сосредоточился, глядя на море лиц, которые смотрели на него, а позади них он видел море песка, среди которого, словно остров из света, стояла электростанция. Сотни квадратных километров полированного солнечного отражения, сверкающего, словно жидкое серебро, и кажущееся отсюда миражом.

– Я с радостью принимаю звание архитектора, – начал Фридер. – Строитель я тоже, но всего лишь один из тридцати шести тысяч тех, кто работал на этом проекте, и каждый из них внёс свой вклад.

Аплодисменты, вежливые. Ну да. Видимо, он слишком начитался Брехта.

– Конструктором же я был бы никудышным без советов и помощи моего коллеги Ахмада Аль-Мансура, который научил меня строить в пустыне. – Кряжистый старый инженер-строитель сидел в третьем ряду и сиял, как масляный блин.

Фридер перешёл к техническим пояснениям – той части своего выступления, которая предназначалась в основном для журналистов. Присутствующие политики либо давно знали его аргументы наизусть, либо в очередной раз не хотели их слушать.

– Перед тем как разразился Peak нефтедобычи, потребление энергии в мире составляло шестнадцать терраватт – это шестнадцать тысяч гигаватт, или шестнадцать миллиардов киловатт. Производилось такое количество энергии по большей части из ископаемых носителей – таких, как нефть и уголь, затем из расщепления атома и частью из силы ветра, воды и так далее.

Вот, один уже задремал. Не султан ли Омана?

– Это было всё равно что перебиваться сухими крошками, – невозмутимо продолжал Фридер, – тогда как за спиной у нас стоял богато накрытый стол. Ибо что такое жалкие шестнадцать терраватт по сравнению со ста восемьюдесятью тысячами терраватт, которыми солнце облучает нашу планету? Эта энергия, более чем в десять тысяч раз превышающая ту, что мы с трудом отнимаем у земли, облучает нас постоянно, и дело даже не в том, что её много, она, по нашим масштабам, дана нам на все времена и никогда не иссякнет. Решением короля Фарука было принять этот дар небес.

Снова аплодисменты, достаточно громкие, чтобы задремавший султан встрепенулся.

– Тем самым Саудовская Аравия выбрала путь, который сделает эту страну и в будущем важнейшим в мире поставщиком энергии – даже когда запасы нефти будут исчерпаны полностью. Мы собрались здесь сегодня, поскольку проект, каким он был задуман, завершён. Но на этом ничего не кончается. Электростанция в любое время может быть расширена. Могут строиться и дополнительные электростанции этого типа – пустыня ещё велика.

Настало время передать слово регенту, чтобы тот торжественно включил рубильник. На самом же деле этот рубильник ни на что не влиял, если не считать лампочки, которую он зажигал. Электростанция давно уже действовала, обеспечивая электричеством весь регион Персидского залива и поставляя изрядный объём энергии в Европу. Несмотря на неизбежные потери в сетях. Несмотря на потери в гидроаккумулирующих электростанциях, которые были необходимы, чтобы обеспечить равномерное снабжение. Таких гидроаккумулирующих станций было две: в горах Асира они целыми днями качали огромные количества воды снизу в высокие водохранилища, а ночью эта вода через турбины стекала назад. К северу от электростанции примерно то же самое делали пневмоаккумуляторы, нагнетая воздух в подземные каверны.