– Нет, она местная, – встрял я. – Только с юго-востока. Там нравы странные даже по адмарским меркам, северянам не понять.
– Так вы расскажите, вдруг разберусь?
Я начал говорить и так увлекся, что не сразу расслышал фырканье лошадей и человеческие голоса. Впрочем, говорили приглушенно, едва ли не шептали – явно опасались колдовства. И то – вряд ли хоть кто-то прежде видел осенний листопад посреди пустыни!
– Шади, гости пожаловали, – доложил Ургуш и убрался в сторонку, а из конных носилок со всеми предосторожностями слуги под руки вывели… а вернее, не без труда вынесли почтенного Ларсия, главного советника рашудана.
Глава 9
Присмотревшись к нему, я счел, что советник вполне может передвигаться самостоятельно: он был толст, но не до такой степени, чтобы не суметь сдвинуться с места без посторонней помощи. Неделя в седле, умеренная пища и даже простая работа живо согнали бы с него лишний жир, как с меня – утренние вылеты с Аю. Может, не так быстро, потому что Ларсий был кастратом, а они часто склонны к чрезмерной полноте, но все же…
Впрочем, этот человек явно не привык утруждать себя сверх меры, а потому, ступив наземь с услужливо подставленных спин, устало выдохнул. Затем огляделся по сторонам, увидел Фергию и изобразил нечто вроде поклона. Со стороны это выглядело так, будто Ларсий уронил платок и попытался поймать его в полете, не преуспел и бросил это глупое занятие.
– Доброй ночи, странник! – сказала Фергия, хотя я бы на ее месте понаблюдал за представлением. С другой стороны, она права: незачем злить главного советника рашудана. – Что привело тебя в Проклятый оазис?
– А кто ты такая, чтобы задавать вопросы?
Я тяжело вздохнул, понимая, что за этим последует, и угадал: Фергия захохотала на всю округу и ответила:
– Мы с подругой – хозяйки этого оазиса, странник! И если тебя вдруг заинтересует, по какому это праву мы тут обосновались, я покажу тебе бумаги, которые мы с вдовой Маддариша, покойного хозяина этого дивного местечка, честь по чести выправили в Адмаре. И печать на них самая что ни на есть подлинная, можешь спросить своих чародеев.
– Однако…
– Моя подруга купила эту землю на свои деньги, а я навела здесь порядок, – отрезала Фергия. Верно, она же записала оазис на имя Лалиры, как и обещала, я узнал от нечего делать. – Ничто иное тебя волновать не должно, даже если ты чиновник и явился проверить, не развожу ли я тут тайком золотых фазанов или еще какую-нибудь дичь!
– Гость мог бы и назваться, – подала голос Аю. – Нехорошо оставаться безымянным после заката. Мало ли кто бродит окрест.
И будто откликнувшись на ее слова, неподалеку громко завыл… нет, не зверь. Во всяком случае, даже у пустынных падальщиков не настолько гнусные голоса!
Лошади незваных гостей занервничали, да и люди, мягко говоря, не обрадовались.
– Приветствуй Ларсия, главного советника рашудана, да живет он вечно! – проговорил один из слуг, получив пинка от хозяина.
– Кто? Ларсий или рашудан? – уточнила Фергия. – Точнее нужно формулировать, а то такие оговорки кое-кому жизни стоили.
– Оба! – вышел из щекотливого положения слуга.
– Тебя-то как звать?
– Таргиш, шади…
– А других?
Остальные назывались шепотом – будто снова ветерок пронесся по саду. Никто не смолчал, я следил: боялись, наверно, злых ночных духов…
– Вот славно, – сказала Фергия, игнорируя Ларсия. – Теперь бери лошадей, Таргиш, и веди их за дом – там есть конюшня. Остальные бездельники пускай идут с тобой. Где-то там болтался мой слуга, увидишь – скажи, что я велела помочь вам. Пока расседлаете коней, обиходите, напоите, уже и ночь пройдет, а?
Слуга опасливо покосился на господина, но тот лишь величественно кивнул, действуй, мол. Если он и опасался чего-то, то не выказывал страха.
– А ты присядь с нами, Ларсий-шодан, – медовым голосом выговорила Фергия, ногой подвинув свободный стул на видное место. – Думаю, ты приехал по важному делу, раз не стал дожидаться утра, а потому мы отложим дружескую беседу, и я выслушаю тебя со всем почтением.
Я видел: этот человек вполне мог подняться по ступеням без помощи слуги, которого отпустил коротким жестом, однако он изо всех сил изображал немощь и одышку. Я бы поверил, если б не был драконом и не умел видеть человеческие тела насквозь: это оказалось более чем здоровым, немного испорченным излишествами и неминуемыми последствиями оскопления, но весьма крепким.
Стул Ларсия тоже не напугал – он явно видел прежде такие седалища. Ножки скрипнули, но выдержали, и советник откинулся на спинку, вдыхая прохладный воздух.
– И скажи своим чародеям, чтоб не прятались за деревьями, – между делом произнесла Фергия, поставив ему кружку и налив неведомого пойла. – Все равно от них нет здесь толку. Пускай лучше помогут лошадей успокоить, чем шарахаются в темноте и пугают друг друга.
Ларсий поднял руку – в пальцах у него был зажат тонкой работы серебряный свисток. Короткий сигнал, и лишние тени рассыпались, будто не бывало.
– Ты сильная чародейка, Фергия-шади, – произнес он наконец.
Голос у него был негромким, чуточку хрипловатым, приятным.
– Спасибо, я знаю, Ларсий-шодан, – улыбнулась она. – Что привело тебя сюда в такой час? И не косись на Вейриша-шодана и его супругу – им я доверяю так же, как себе! Впрочем, если не желаешь говорить при них, встретимся в другой раз. Можешь даже пригласить меня во дворец – никогда там не была, вот бы взглянуть! Говорят, там колонны из радужного мрамора, который не продают чужеземцам, а за попытку украсть хоть осколок сажают на кол… это правда?
– Сажают, – кашлянув, согласился Ларсий. – Об этом мы можем поговорить в другое время, Фергия-шади, но мое дело медлить не может. И я прошу Вейриша-шодана и его супругу удалиться, потому что, даже если ты доверяешь им, то я – нет, и говорить при них не могу.
– Ну так молчи, – пожала плечами Фергия и обратилась к Аю: – Послушай, что скажу… Вернее, попытаюсь описать, а ты говори – похоже это выглядит или нет?
– Аю попытается, – кивнула та, и Фергия принялась нести вдохновенную чушь. Жена моя кивала в нужных местах, а время от времени говорила: – Нет. Слишком сложно. Зачем? Чем проще, тем надежнее, сама ведь знаешь!
– Знаю, но хочется же испробовать что-то этакое… – Фергия тяжело вздохнула и покосилась на Ларсия.
Он невозмутимо тянул по капле травяной отвар. Еще и амулет в кружку окунул, я заметил. Помог бы ему тот амулет, как же…
Признаюсь, с первого взгляда его физиономия показалась мне противной, в точности, как описывал Чайка в своих стишках, но потом я присмотрелся и подумал: в юности Ларсий, наверно, был очень красив. Возможно, той же красотой, что и служанка Флоссии, открывшая дверь убийцам, но это уже другой разговор. Тем более Ларсий уже много лет служил рашудану и убивать никого не собирался. Во всяком случае, пока.
Если бы не нездоровая полнота и слишком длинные руки – этого не скрывал даже пышный наряд, – он и теперь был бы красив. Многие осудили бы отсутствие пышных ухоженных бороды и усов – на подбородке у Ларсия росло какое-то недоразумение, – ну так что ж? Я тоже не щеголяю растительностью на лице, однако на меня многие заглядываются…
Но вот если бы от советника не несло так благовонными маслами, перегретыми на жаре и соприкоснувшимися с его кожей, я был бы счастлив! Даже мой напиток, казалось, приобрел стойкий привкус пустынной розы с оттенком берегового ползня, и мне хотелось зажать нос, чтобы не обонять этот дивный аромат. По отдельности все это пахнет приятно, но смесь запахов оказалась такова, что меня так и тянуло помахать рукой перед лицом.
Видимо, Фергия тоже унюхала эту гадость, потому что чихнула раз, другой, повела рукой, и я с наслаждением вдохнул чистый прохладный ветерок с ароматом осеннего сада – я помнил его по Арастену, ни с чем не спутаешь, в Адмаре просто нечему так пахнуть!
– Хорошо, – с удовольствием сказала Аю, с шумом втянув воздух ноздрями. – Не воняет больше.
