Шлёп, шлёп… шлёп-шлёп-шлёп. Пошла в обход или дожидается где-то неподалёку? Хрен её знает! Я медленно сполз по стене, не обращая внимания на нулевые цифры урона, наносимого мне агрессивной средой сквозь куртку. Отдышавшись немного и выпив воды из фляги, я уже спокойно вытащил лампу, зажёг её и приступил к осмотру трофеев. Скорее всего, жемчужница здесь одна, а раз так, я сейчас в полной безопасности. Припрётся с моей стороны – я просто пролезу обратно. Такие вот кошки-мышки. Первым делом сумка класса «обычное» вместимостью 80 слотов. Ерунда. А внутри что? Три простых зелья лечения (восстанавливает 50 здоровья. Максимальный запас здоровья снижен на 15 сроком на 1 час), ещё одна склянка с жидким огнём, простая микстура регенерации (восстанавливает 1 здоровья за 5 секунд, сроком на 120 минут), простое зелье ночного глаза (ночное зрение сроком на 30 минут), свиток телепортации к Хадарту, 125 золотых и несколько пучков кореньев и трав с ничего не говорящими мне названиями… Сказать, что глаза у меня вылезли из орбит – это ничего не сказать. Содержимое сумки безымянного воина по ценности, пожалуй, могло посоперничать со всем тем, что мне удалось насобирать за последние двое суток. Что ж там тогда за меч?
Волчий укус (Класс – именное. Тип – меч, одноручное. Урон 30-42. Особое свойство +1 к ловкости. Минимальный уровень для использования – 15).
Я вовремя сглотнул, чтобы не закапать желанный клинок слюной. Ведь именно так задание называется… Ну, Корней, ну, болван старый! Кто ж на такое задание отправляет потенциального мечника? Когда эйфория немного схлынула, я пришёл к выводу, что Волчий укус всё равно придётся отдать. Мне до него расти и расти, а навык мечного боя безнадёжно застрял на двойке, требуя тренировки. Но это так, маленькая отсрочка. Пусть клинок несколько дней повисит на стене у коллекционера, пусть… А затем я снова наведаюсь в Рыбницу и верну себе мою прелесть. Какие ещё можно сделать выводы? Ну, во-первых, штраф к максимальному запасу здоровья у более совершенных лечилок никуда не исчез и даже наоборот вырос. Значит, это не следствие «сомнительности» тех зелий, что мне уже попадались, а элемент баланса. Чтобы нельзя было сражаться с любым врагом, опорожняя всё новые и новые склянки, и чувствовать себя этаким полубогом. Во-вторых, что такое Хадарт я не знаю и попасть туда не стремлюсь, по крайней мере, пока. Ну и, наконец, в-третьих. Слава Богу, что я верно оценил обстановку и не решился встретиться в поединке с местной хозяйкой. Если уж этот парень с мечом-кладенцом и запасом зелий не справился, то мне и подавно тут ловить было нечего. В пользу этого говорило и содержимое его сумки. Такая награда! Казалось бы, приди и возьми, но что, если бы я на первом же перекрёстке свернул, скажем, в левый проход? Бродил бы здесь битый час, до тех пор, пока не напоролся бы на жемчужницу. А перемещается она по этому лабиринту довольно быстро. Значит, будем считать, что мне повезло, причём крупно, и постараемся отсюда сбежать без применения свитка. На всякий случай, я всё-таки окропил его кровью, произнёс кодовое слово «пасть» и поместил в ячейку на поясе вместо склянки с огнём. Сумка безымянного воина меня огорчила. Даже будучи пустой, она не пожелала влезать в инвентарь, и повесить её на плечо тоже не получилось – соскальзывала. То есть нужно либо бросать её здесь, либо нести в руке. Поборов жадность, я выбрал первый вариант. Кому, спрашивается, её потом продавать? Затушенная лампа отправилась в инвентарь, зелье ночного глаза – в желудок, я стянул сапоги и тихонько протиснулся через расщелину. На цыпочках подошёл к повороту, прислушался – тихо. А если принюхаться? Широко раздув ноздри, я медленно потянул в себя воздух и самым краешком уловил нотки знакомого аромата. Жемчужница была где-то там. Стояла, не шевелясь, и ждала, пока тупой человечишка высунется из своей норки. Даже на манипуляции с лампой никак не отреагировала. Ну и торчи там! А я, как любой нормальный герой, отправлюсь в обход. Подобрав с пола факел, я убедился, что он ещё не успел потерять своих свойств, и до поры до времени вернул его в сумку. По ту сторону расщелины меня ожидал коридор, а вместе с ним долгие блуждания в темноте.
Когда истёк срок действия зелья, я снова вытащил лампу, побродил минут пять и, неожиданно для самого себя, вышел к самому первому перекрёстку. Оставленный здесь факел уже прогорел, но я всё равно узнал это место. Даром, что ли прошёл его только с третьего раза? Снаружи спокойно шумел прибой, светила луна и веяло ночной прохладой. До Рыбницы я добрался без происшествий, вломился в ближайший лодочный сарай, благо он был не заперт, и завалился спать прямо на присыпанном стружкой полу. Сон, как всегда, занял не много времени. Лог сообщил продрогшему, но отдохнувшему мне, что на часах 04:44. Вряд ли Корней обрадуется визиту в столь ранний час, а значит, уминаем очередную порцию рыбы, век бы её не видеть, и бежим в лес.
Набив сотни две с половиной опыта и отметив, что животных в окрестностях Рыбницы осталось совсем немного, я вернулся на берег. Как раз вовремя. Дюжина крепких мужчин в безрукавках и коротких штанах уже спустили на воду лодки и собирались отчаливать.
– Утро доброе, уважаемые.
– Доброе, – согласился среднего роста мужик с короткими чёрными волосами, до того следивший за моим приближением. – Кто таков будешь?
– Ник меня звать. Может, слышали, я вчера сирену убил.
– Ещё как слышали! – медведем взревел самый рослый из рыбаков. – Это ты, гад, к моей Оксанке повадился! – И он, не тратя слов попусту, бросился на меня.
От удара пудового кулачища я уклонился автоматически, будто профессиональный боксёр, просто слегка сместив корпус в сторону. Продолжая движение, сделал короткий шажок вперёд и угостил местного Отелло мастерским апперкотом. Лязгнули зубы и агрессор растянулся во весь рост на песке, а я уже был готов встречать его друзей-приятелей. Но вместо того, чтобы попытаться отходить меня вёслами, рыбаки весело рассмеялись.
– А ты неплох, – уважительно хмыкнул черноволосый. – Чтобы Ваську, да с одного удара… Такого я давненько не видел.
– Жить захочешь, научишься, – нейтрально ответил я. На самом деле, до этой минуты я и не представлял, что обладаю навыками рукопашного боя. Говорят, «память тела», но в конечном итоге за всё отвечает мозг.
– Чего хотел-то? – рыбак сочувственно поглядел на замотавшего головой Ваську.
– Узнать хотел, далеко ли до Бостани, можно ли туда добраться на лодке, а если можно, то во сколько мне это встанет, – пока я говорил, пострадавший сплёвывал осколки зубов. М-да уж. За это Оксана мне вряд ли спасибо скажет…
Наклонившись, я протянул парню руку и тот, немного помедлив, за неё ухватился, принимая помощь.
– А всё равно, к жене моей не лезь больше!
– Да не вопрос! – я понимал, что ему надо выйти из положения, не потеряв при этом лица, и охотно подыграл. Далась мне его Оксана!
– До Бостани, если морем, часа, так, четыре выйдет, – вновь заговорил всё тот же мужик, видимо, как раз староста. – Пёхом – все восемь. А что до цены… – он говорил рассудительно, будто уже давно всё обдумал. – Ты нам в беде помог, Джору, опять же, выручил. Да и не спёр ничего, пока здесь ошивался, не то я бы узнал. Так что Василий тебя отвезёт задаром.
– Сделаю, – охотно кивнул мой недавний противник. Либо здесь весьма уважали мнение старосты, либо рыбак просто радовался, что я уберусь подальше. – Сейчас поплывём?
– Дай мне ещё полчаса… Надо кое-какие дела с Корнеем уладить, – быстро добавил я, увидев, как он нахмурился.
– Валяй, только не тяни слишком. Я пока буду на берегу.
Кивнув, я поспешил на свой первый в этом мире урок.
– Принёс?! – увидев меня на пороге, коллекционер аж затрясся от нетерпения.
Вместо ответа, я многозначительно похлопал рукой по сумке. На этот, казалось бы, странный жест, непись отреагировал вполне адекватно. Всё, что для меня являлось игровыми условностями, для него составляло естественную картину мира.
