— В частности красное сухое вино выводит изотопы из организма, а водка обезвоживает организм, опять же выводя с водой изотопы. Мужики, которым «посчастливилось» попасть на ликвидацию последствий в Чернобыль, надирались ежевечерне. То, что послужило причиной аварии на Чернобыльской АЭС тоже знаю не по наслышке. Отцов сослуживец Жора Рейхман работал начальником смены до аварии, а после нее стал начальником саргофака, которым накрыли место аварии. Вот такие пироги. — подводит итог Лёнька.
— То есть ты в диверсию не веришь? — щурится майор.
— Причина аварии разгильдяйство, безграмотность и тому прочее. Олухи царя небесного просто заблокировали аварийную защиту и начали эксперементировать с установкой. Диверсия исключена по простой причине — они все переоблучились. То есть они самоубийцы. В массовом порядке. При нашем менталитете такое вряд ли возможно. Не шахиды, не камикадзе — отвечает курсантер спокойно. Я киваю.
— Лёнька, то, что ты сказал — обязательно учту. Насчет водки и вина обязательно запомню. Вдобавок к йодной профилактике. А вот йодная профилактика — это же по результатам Чернобыля введено.
— Ты не считаешь, что диверсию можно провести не обязательно засылая нинзю на дело? Вполне можно поставить мудаков — и немного науськать. На дурака не нужен нож. Главное-то результат. Почему раздолбаев поставили на смену? Кто отвечал за безопасность? Ведь можно Швейка с трубкой послать в пороховой погреб, тоже ведь диверсия выйдет, не обязательно самому факел кидать — замечает Брысь.
— Дело в том, что лишь бы кого в начальники смены не назначают. В смене около 10 человек только на пульте. А все проходило в плане эксперимента совместно с инстутом Курчатова. Вот только увлеклись и опыта не хватило. На энергетических станциях реакторы работают в стационарном режиме. Для них переход на другой режим настоящее событие. Составляется отдельный план и присутствует масса народа из руководства. В том числе физики. А на подлодке это такое же событие как поссать. За четырехчасовую вахту режим меняется раз до десяти, а может и чаще. Никто не считал такую мелочь. Потому считаю тезис о мудаках спорным. Малаграмотные и малоопытные — это скорее подходит. Мудаков, впрочем, тоже не исключаю. Но это чисто мое мнение — отвечает курсант.
— Сам себе противоречишь — отмечает майор — то у тебя абы кого не поставят, а в итоге поставили дураков малограмотных и малоопытных. Не стыкуется. А вот ситуация, когда на ключевые должности ставятся категорически негодные к этому субьекты — как раз вполне в диверсию вписывается. Прямо начиная с Михала Сергеевича, борца с гидрой, который тоже малограмотный и малоопытный оказался.
— Был у нас пациент. Перепихнулся с красоткой, которую ему приятель — компаньон по бизнесу порекомендовал. Потом он приятелю морду набил, потому что оказалось приятель специально так поступил, надо ему было, чтоб от красотки трипперок с трихомониазом клиент получил и на время из бизнеса выпал. Тоже вроде не сам заражал, а диверсия вона, в чистом виде — вспоминаю я давнюю историю.
— Вечно ты все не в ту степь заведешь. Русалка страшноватая вышла — критично замечает Енот недовольным тоном.
— А мне так она кажется очень тебе к лицу — не выдерживает Ильяс. Енот хмуро на него смотрит, но уловив внимательный взгляд майора не отвечает на выпад.
— Нам бы неплохо бы разжиться для бронежилетов пластинами и прочими причандалами — как ни в чем ни бывало продолжает хитрый Ильяс.
— Место знаешь, похоже? — усмехается Серега.
— Киниши наи — кивает Ильяс.
— Тогда уж и за рациями надо бы — напоминаю я про затею инженеров.
Майор кивает. Тут начинается разброд и шатание. У остальных есть тоже предложения по всяким вкусным местам. И ясное дело разговор уезжает в сторону.
Поводом для ухода в сторону разговора служит и одна циклопическая идея. Которая то всплывает, то опять уходит вроде как бы в тень, но в общем достаточно будоражит публику. Так уж получилось, что многие живут сейчас на воде — на кораблях, суднах, баржах и прочих суденышках. Таких много и в Кронштадте, не говоря про более опасные районы — например тот же Ораниенбаум. Вода хорошо защищает от зомби. Не любят мертвяки водных просторов, боятся большой воды. Даже к берегу стараются не лезть, дистанцию держат. Потому тут хоть и не Голландия с Францией, где такое жилье давно уже в моде, даже специальные дома были со всеми удобствами и с постоянным адресом, только стояли они не на улице, а на каналах и реках, но в общем наши догонять стали. К сожалению жилье такое хоть и достаточно безопасно, но комфорта в нем негусто. Особенно в холодное время, не делали у нас плавучих домов как-то и без того земли достаточно было для жилья. А вот теперь несколько все иначе, на земле опаснее. И потому здоровенный лайнер — паром «Талллинккк», достаточно комфортный многоквартирный дом, набитый мертвой командой и неупокоенными пассажирами, стоит на якоре и привлекает внимание публики своей мнимой доступностью. То, что там зомби несколько тысяч охлаждает горячие головы, а то, что это практически городской микрорайон на воде, да еще и вполне автономный — горячит холодные. Вот сейчас очевидно очередной виток обострения темы. Мне кажется, что майор наш снюхался с инженерами разноволосого Эха, особенно после Ропши это заметно. Видно они и предложили что-то, что позволит очистить лайнер от нежелательных хозяев без разгрома и разрушения всего и вся, как нередко было в самом начале, когда в суматохе попортили массу полезных вещей, забыв на минутку, что пуля — она все же дура. Особенно, когда поразив нужную цель, летит дальше уже как придется. В общем, конечно не дошло до такого, как было в старом фильме не стреляйте, тут цистерны с бензином! А черт, говорил же не стрелять! Вот теперь все взорве…, но более мелких аварий и проблем сгоряча насоздавали. Все-таки лупить от живота из автомата — оно для корабля не годится. И не только потому, что эстетически некрасиво получится, что все стенки в пулевых дырах, тьак ведь и всякое оборудование пострадает. И смысл захватывать всю эту махину, если в ней канализация, например, не фурычит, или воду надо ведрами из-за борта поднимать? Никакого смысла.
Вот и сейчас в который раз заходит речь об этой операции. И мне кажется нашему майору хочется принять в ней участие. Понятно, что в одиночку наша команда не справится, но как спецы по деликатному обращению с тонкой аппаратурой мы на хорошем счету. Есть правда явный конкур — группа коронштадтских моряков удачно взяла на абордаж десантный корабль, деталей я не знаю пока, но скоро его приведут в порт, тогда и уточнится что да как. Я напоминаю, что неплохо бы все-таки по старой памяти и алебардщиков пригласить, да и моряки нам так и так будут нужны — мы в лабиринте этого громадного судна заплутать можем. Но меня не очень слушают. Потому как разгорается диспут на тему — а кто потом жить в этом лайнере будет. Тут мнения разделяются от Ильясовского — что там не худо было бы сделать поощренческий рай с блекджеком и этими самыми девушками нетяжелого поведения, до скучного утверждения Сереги, уверенного, что там в безопасности разместится именно всякое начальство и хитрые жулики из тыловых деятелей. Ловлю себя на том, что вроде как достаточно рутинная зачистка только из-за того, что будет идти на судне, приобретает некий романтический отблеск. Вообще-то идеи давно обсуждались — в первую голову обеспечить выход зомби из внутренних помещений, чтобы они собрались на открытом пространстве, а оттуда их можно выманить за борт, Андрей помнится здраво толковал, что вполне себе отработана метода. Достаточно хорошего сочного звука и чего-нибудь типа большой мышеловки, чтобы неупокоенная публитка сыграла в старую пиратскую игру "погуляй по доске". Конечно хорошо бы кроме любителей холодного оружия еще и их коллег из "мокрой роты" привлечь, те тоже наловчились абордажить и вполне привыкли к холодному вооружению, благо ПР в принципе не шибко лучше абордажного тесака, да и стесняться особ нечего, как-то в нынешнем мире исчезли правозащитники и адвокаты… В принципе тут в общем сложность только одна — очень большое судно и очень много на нем мертвяков.
— Собственно заманчиво это сделать. И будет что вспомнить — говорит обычно не романтичный Ремер.
— Ты ли это говоришь, сухая счетная машина немецкого производства? — удивляется Енот.
— А что, ты бы отказался? — усмехается в ответ капитан. Хромой неожиданно задумывается. Потом наивным голоском заявляет:
— Как говорит наш общий друг и дальний знаток тонкого Востока в таких ситуациях: "Куноичи кавайикунэ коросу коно кийуукитсуки конеко!
— Ильяс похоже Енота покусал — уверенно говорит Серега.
— Нет, он просто у меня бумажку упер, где были разучиваемые слова на букву «К» — мрачно сверлит взглядом обидчика замкомандира.
