— Это Дэв!!! — вскрикнула Гита.
— Кто-кто? — растерялась Арина.
— Дэв! Дэв, ну ты, что сказки в детстве не читала?
— Джин, что ли?
— Да, нет же!!! Великан из тюркских легенд! Они злобные, но тупые — посмотри какая маленькая голова, а мозгов там как у птички…
Голова действительно была слишком мала для огромного тела, Арина попыталась представить существо в полный рост — не смогла, хотя с ужасом отметила, что ему невозможно тесно в спальне, где он занял почти всё место. Между тем, Дэв тупо таращился на подруг, переводя ничего не значащий взгляд узких глазок с одной на другую. Гита улыбнулась монстру и, кокетливо сделав ножкой, помахала рукой. Дэв прищурился, издал глубокое, гортанное: "Ыыыыы!", капнул слюной из пасти с кривыми жёлтыми зубами, скорее всего — это было что-то сродни улыбки.
Гита мгновенно сориентировалась, продолжив странную игру:
— Ути-пути, мой маленький Дэв! Такой большой, такой сильный и очень-очень сообразительный, — ворковала она, незаметно боком отступая к выходу, туда, где затаилась Арина. — Какая у тебя милая улыбка, ой ты мой хорошенький, симпатичненький и совсем-совсем не злой! Дэв — лапочка, Дэв — пусичка.
Монстр, как ни странно, тащился от телячьих нежностей. Сначала он блаженно прилёг на пол, отшвырнув как соломинку целый дверной косяк, а затем, разрушая остатки мебели в спальне, перевернулся на спину, блаженно захрюкал, но не спускал глаз с Гиты.
— Дорогой мой, наверное, тебе очень одиноко живётся… Целую вечность совсем один, да ещё и без души, украденной богами и спрятанной на краю света, — ласково говорила подруга, протягивая руку к лысой голове Дэва с жидкой косичкой на макушке.
Дэв затих, ловя каждое слово. Его тяжёлое дыхание разносилось по комнате шквалистыми порывами, а лёгкие работали со звуком кузнечных мехов.
— Не бойся меня, я пожалею маленького Дэва, не дам его в обиду, всегда буду рядом! — Гита погладила его по жёлтой потной коже шеи.
Неожиданно монстр зашевелился. С невозможной, на первый взгляд, сноровкой, он снова перевернулся, в комнату протиснулась широченная ручища, настолько толстая из-за мышц, что голова скрылась в проёме — вместе они не помещались. Дэв пытался взять Гиту в ладонь.
— Это уже перебор! — возмутился Эрнст, прикрыл девушку собой, больно пнув по пальцу размером с бревно. — Нам немедленно нужно уходить!
— Ууууу? — удивился монстр, снова заглянув в зал, увидел Константина Львовича, подметившего как наполняются кровавой яростью крошечные свиные глазки чудовища, — АРРРР!!!
Жуткий гневный вопль вкупе с гнилистым запахом изо рта и настоящим душем слюней, обдали друзей, поспешивших ретироваться. О, как вовремя! В первый раз Дэв рыкнул даже не в полсилы. Когда трое выскочили на лестничную площадку и, перемахивая через три, а то и четыре ступеньки, понеслись вниз, их догнал титанический, ни с чем ни сравнимый рёв. Такое невозможно вообразить. Преломляясь в зигзагах межэтажного пространства, рёв обрёл дополнительную силу. Казалось, что они попали в центр огромного горна, в который со всей мочи дует полностью лишённый слуха идиот. Их повалило с ног. Со стен как листва облетели полоски краски, стёкла выбило, несколько стареньких дверей слетело с петель. Последние метры перед заветной дверью на свободу друзья преодолели ползком. Уже пробегая через двор, Арина обернулась: несчастная пятиэтажка за спиной мелко тряслась. Из симпатичного окна на пятом этаже вылетела рама, в след за ней пустоту схватила огромная лапа Монстра. Стонущий вой, водопад цементной крошки. Панели дома трещали по швам. Дэв снова зарычал, на сей раз от натуги, и часть крыши, поддавшись титаническому напору, взорвалась — взлетела в воздух. Железные пластины и пласты рубероида загнулись вверх, как крышка консервной банки, в образовавшемся проёме негодовал монстр, истошно вопя, грозил кулачищами самому небу. После какофонии чудовищных звуков, внезапно возникшая тишина оглушила не хуже раската грома. Арина на бегу испугалась — не случилось ли, что-то с её ушами? Оглянулась. Нет, с ушами всё в порядке — Дэв затих и сейчас со своей сторожевой башни вглядывался вниз, пытаясь отыскать беглецов. Здоровые кулачищи держались за края панелей, как за ограждение балкона. Возникло ощущение, что они — часть массовки на съёмках фильма про Кинг-Конга.
— Гита, нам надо спрятаться вот там в палисаднике!!! — задыхаясь, крикнула Арина, но её не услышали, да и поздно.
Она спиной почувствовала тяжёлый взгляд. Оборачиваться не имело смысла, но она обернулась. Дэв смотрел прямо на них, ужасно огромный даже на расстоянии в пятьсот метров. Монстр снова огласил округу рёвом. Его кулаки напряглись от злобы, кроша под собой панель дома. Он перекинул ногу и спрыгнул вниз. Удар наподобие взрыва. Земля дрогнула и продолжала мелко вибрировать ещё какое-то время. Ей было так страшно, что она старалась думать только о том как бежать быстрее, чтобы ни на мгновение ненароком не представить, что произойдёт, если их догонят. Оторвавшиеся Гита и Эрнст периодически бросали назад тревожные взгляды. Если бы они знали, чем кончится эта поездка — ни за что бы, не бросили машину так далеко от дома. Каждый шаг Дэва отдавался гулом и буханьем земной тверди. Слышалось карканье испуганных ворон, треск ломающихся деревьев. Арина опять обернулась. Теперь она увидела Дэва во всей красе. Около шести метров в высоту, нелепый, нереальный, противоестественный. Целая гора мышц блестящих от пота, широченные плечи, но в тоже время, узкая талия с единственным элементом одежды — набедренной повязкой. Не верилось, что эта махина, сплошь покрытая тысячами узорных татуировок, может передвигаться на двух ногах, но она двигалась — ещё как! Дэв настигал беглецов слишком быстро. Впереди в плотном ряду припаркованных машин, замаячило красное пятно её Audi, но Арина уже понимала — они не успеют уехать. Что делать? "Лучшая защита — это нападение" — говорила бабушка. Лунный камень сам прыгнул в руку. Монстр в трёхстах метрах сзади неожиданно остановился, набрал полную грудь воздуха, развёл руки в стороны и зарычал. Справа крупный куст сирени порывом зловонного ветра прижало к земле. Арина споткнулась, упала. Подняла голову. Эрнст заводил машину. Рядом решительно стояла Гита, сжимая в руках серп. Какой же смешной смотрелась тёмная полоска металла в сравнении с мифическим гигантом. Из окон, с балконов соседних домов высунулись сотни лиц, люди показывали пальцем на чудовище, кричали. Из-за громогласного рыка сработали сигнализации у всех автомобилей одновременно. Дэв замолк, ярость на его лице сменилась удивлением, он задумчиво почесал затылок — завывания сигналок его явно сбивали с толку. Воспользовавшись передышкой, Арина схватила слиток, удобно лёгший в ладонь рукояткой пистолета-автомата. Честно говоря, она никогда не видела этого оружия, просто, его название само собой пришло в голову. Рассмотрев странную форму, короткое дуло и оценив лёгкость, Арина успела внутренне пожалеть, что представила именно его — случай не подходящий. Будь, что будет. Пистолет-автомат с приятным стрекотанием выпустил первую очередь, почти погасив отдачу — приятно. Она криво ухмыльнулась, приподняв руки — её целью стала мерзкая морда тупого чудища. Оружие застрекотало без остановки. К величайшему сожалению, пули не причинили никакого вреда Дэву, скорее наоборот подействовали как лишний раздражающий фактор. Дэв снова вспомнил о людях, за которыми гнался. Рыкнул, разозлился. Без видимого труда схватил ближайшую машину (старенький Volvo) и швырнул в их сторону. Автомобиль, крутясь в воздухе, промчался мимо, всего метре от подруг. Он ударился об асфальт, подпрыгнул, теряя мелкие запчасти и стекло, снова упал, взлетел и с невыносимым скрежетом, рассыпая искры, прокатился ещё метров двадцать вдаль по улице. Арина посмотрела на собственное оружие — так смотрят на жалкие сто рублей, стоя перед витриной бутика с шикарным платьем за несколько тысяч долларов. Перевела взгляд на врага. Дэв хмурился, осознав, что промазал, недовольно пробурчал, что-то нечленораздельное, медленно набирая скорость, побежал к подругам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
