псов. После Женя узнала, что ни одного из них не удалось подстрелить, хотя ратники попадали.
– Отче! Отче! – заокликала она тревожно. Отец медленно поднял омрачённый тяжёлыми мыслями взор, и она сказала, о чём поняла ещё в плену Пастыря. – Ведь Дашутки нет в доме!
– Святый Боже… – обронил отец и немедля окликнул Василия, осматривавшего мертвеца. – Обыщите общину от восточного частокола до западных стен! Не найдёте Дарью в Монастыре, с рассветом отправляй Волкодавов искать следы на равнине, вплоть до самого леса!
– В такое-то время? Навьи выродки настороже.
Отец столько сурово поглядел на него, что Василий и спорить не стал.
– Воля твоя, Настоятель. А с этим, что скажешь делать?
Он слегка пнул сапогом лежавшего у стены Яра.
– На лёд отнесите, – приказал и отвернулся отец.
– Живьём? – удивился Василий. – Ты ведь его не убил, только дух выбил. Худой он, но крепкий, гадёныш. Лучше надо было башкой его о стенку долбить.
*************
Пленница была лёгкой и почти не давила на плечи, всё равно что нести порожний мешок. Навьи Рёбра уносили добычу в лес, Вольга бежал впереди остальных. Крестианка тряслась у него на загривке, у неё не осталось сил даже плакать, не то что кричать. Вожака рядом не было. Яр отправился за ненаглядной голубоглазкой по указанной крестианкой дороге. Может потому она и всхлипывала то и дело, что сама предала им родную сестру?
– Не скули! – пробурчал Вольга и передёрнул поудобней плечами. – Смердит от тебя, как от стервы!
– Чистенькая она, чистенькая! – оживлённо подбегал рядом Свирь. – Травяным взваром пахнет, да оседлой избою. Не то ты чуешь, Вольга. До норы она наша… скинь!
– Га, щас тебе, блудодум одноухий! – презрительно гаркнул Вольга. – Это Ярово Счастье. Вот вернётся…
– Не вернётся он! – забежал Свирь вперёд. – Наврала девка, клянусь вторым слухом! Какая же крестианка сестру родную предаст? Она Яра в ловушку сманила, в лапы к оседлым!
Вольга внезапно остановился и сбросил крестианку на землю, да так, что у той вышибло дух. Силясь вздохнуть, она громко закашлялась. Свирь подскочил к ней, перевернул на спину, распахнул пальто и с треском рванул сорочку. Сначала пленница не поняла, что с ней делают, когда же Свирь кинулся лобызать её грудь, только громче и горче завыла.
– Яр сказывал, что у неё Дух гниёт, – догнал стаю Сава. – Волк в ней порченный.
– Подержи её лучше! – прошипел Свирь, но никто из состайников не схватился. Сава отошёл караулить погоню, Вольга отдыхивался со стороны. Крестианка вытаращила на Свиря глаза и как могла отбивалась. Свирь заметил на ней янтарные серьги и жадно сорвал их. Надземница закричала, тотчас рот ей закрыла землистая пятерня.
– Тишь… тишь… – нашёптывал Свирь и стягивал с пальца янтарный перстень. В лесной подстилке что-то зашевелилось. Ещё не смея показаться под рассеянным светом луны, оно подползало под сухой прошлогодней хвоей.
– Я знаю тебя, нутро твоё зрю: в чреве пепел, очи – угли, в жилах прах вместо крови, – скользил Свирь грязными пальцами по оголённому телу подземницы. – В красную рубашку тебя наряжу, проведу в Пекло по алой нити. Обожжёшь меня, милая?
Из-под хвои показалась гладкая змеиная голова с двумя бусинами глаз. Свирь не видел, как подползало к нему дитя леса. Змея метнулась к руке, но на его счастье Вольга одним махом прикончил её и сшиб одноухого с крестианки.
– Вожака добычу не порть!
Свирь оскалился и вскочил, он приготовился к драке. Надземница сама не своя отползла к разлапистой ели.
– Уйди, Вольга! Я для себя её заглядел! – разъярился Свирь, что между ним и добычей встал кто-то третий. Он метнулся к надземнице, но Вольга оттолкнул его. Тут же сзади запричитала крестианская девка.
– Отпустите меня! Я никому-никому зла не желаю и никого не предавала! Не предавала!
– Заткнися! – озлоблено рявкнул Свирь и вытащил из сапога нож. – Ничего вы о страхе не ведаете, язвить не умеете, да я вам покажу! Живую мне её в связни дайте!
Свирь снова бросился на крестианку, будто не замечая Вольгу, жажда его была так велика, что никакие побои не унимали.
– Отлязь, полудорок! – Вольга отпихнул его пуще. – Ишь, в язвени он избрался!
Свирь напирал. Вольге пришлось схватить его крепче, и кости у одноухого затрещали. Обычно с более сильным Вольгой он не дрался, но в этот раз будто совсем обезумел. Извернувшись, он попытался резануть Волгу по груди. Вольга сбил его с ног и, пока Свирь пытался подняться на четвереньки, пинком опрокинул. Свирь упал, Вольга плюхнулся на него сверху и выкрутил руки.
– А-ай, порешу всё едино! Токмо сойди, вцеплюся ей в жерло! – орал одноухий.
На крики из зарослей выскочила растрёпанная ворожея. Она окинула взглядом охотников, передравшихся на земле, заметила их добычу в порванной одежде, с шипением выхватила атам из застёжки на юбках и встала напротив парней.
– Ошалела? – удивился Вольга. – На кой тебе девка сдалася? Чего по темени шаришься!
– Она Яра ищет, – подошёл Сава. – На ваш глум прибежала. А за надземницу заступилась, потому что сама с неё порчу сняла, вот и злится сейчас.
Сирин недобро
