ума дать не может, а ещё страной ворочал! Вот из-за таких и удлиняется наша дорога к коммунизму».
Кстати, И.К. Лебедев будет снят с должности в 1960 году за очковтирательство.
Глава XXIV
Пенсионер исторического масштаба
Из Ставрополя Николай Александрович возвращается в Москву и благодарит Хрущёва за предоставленную ему возможность вернуться. А также за выход на пенсию. Булганин просил у Хрущёва личной встречи. Тот его принял. Результатом этой встречи было именно то, о чём я написал выше. Вот фрагмент письма от 12 января 1960 года, в котором Булганин рассыпается в любезностях перед «новым» хозяином партии и даже страны. Больше всего настораживает фраза «Вы поступили гуманно и мудро». В чём состояли хрущёвский гуманизм и мудрость – понять сложно… И это становится понятным, когда через пять месяцев Булганин отправляет ему другое письмо от 12 июня 1960 года. Где рассказывает о том, что вышел из больницы, далее просит у него выделить ему на лето дачу, а также прикрепить к какому-нибудь магазину, столовой или базе, чтобы «покупать нужное по состоянию здоровья питание».
Дачу ему Хрущёв «не прописал»… Про магазин или продуктовую базу, – мне неизвестно, судить не берусь. Но вот другое письмо от 5 марта 1961 года бывшему «другу» иллюстрирует достаточно невесёлое положение бывшего премьер-министра страны.
«…Жизнь моя очень плохо обустроена. Я не имею квартиры, не имею возможности жить за городом, не имею возможности пользоваться автотранспортом (кроме такси). Я проживаю в маленькой квартире, принадлежащей Янковской Л.И… Я занимаю в общей квартире Янковской одну маленькую комнату, мне не принадлежащую.
Письмо Н.А. Булганина Н.С. Хрущёву
Жизнь здесь стала для меня очень тяжёлой. Я прошу дать мне двухкомнатную, отдельную квартиру. Далее. Опять подходит лето. Где обосноваться на лето? Не знаю…»
Жильём Булганина обеспечили. Не сразу. Дали «помучаться». А после снятия «друга» Хрущёва с поста первого лица в стране Булганину по ходатайству уже на имя нового лидера Леонида Ильича Брежнева дают в 1970 году долгожданную совминовскую дачу. Там он и проживёт до конца своих дней.
Письмо Н.А. Булганина в ЦК КПСС
Выписка из заседания Политбюро ЦК КПСС 09.09.1970 г.
А до этого Булганин обращался ещё и к А.Н. Косыгину с просьбой предоставить ему путёвку в Сочи, так как он не лечился в санаториях уже несколько лет. Путёвку Косыгин выделил.
Эти житейские «мелочи» для такой фигуры, как Булганин, всё же весьма показательны. Если ты потерял власть, ты потерял всё или почти всё. Ты пенсионер, проситель, нахлебник у власть имущих.
Тот же М.С. Смиртюков, вспоминая о последних годах Булганина, говорил: «Незавидная у него была роль на нашей политической сцене – безропотного исполнителя. Отыграл её и оказался совсем никому не нужен».
Как видим, с неким высокомерием произносит эту фразу когда-то подчинённый Булганину чиновник, который сам умел стоять на вытяжку и быть безропотным исполнителем при разных правителях. Этому нисколько не удивляюсь. Вослед другим деятелям летели отзывы похлеще… Таких судеб – тысячи.
Тут есть ещё один момент, который нельзя не уточнить. М.С. Смиртюков в интервью говорит о жизни Булганина на пенсии: «У него после возвращения (из Ставрополя – прим. Е.Ш.) жизнь как-то совсем расстроилась. Жена умерла, с детьми он что-то не очень ладил. Собственную дачу кому-то отдал. С квартирой тоже были какие-то проблемы. Но меня он просил только об одном: чтобы ему каждую неделю давали путёвку в дом отдыха «Назарьево» имени Куйбышева… Это был дом отдыха для персонала Совмина – секретарей, водителей. Сам я тоже любил туда ездить: природа там красивая, рыбалка хорошая и всё просто, без ненужных церемоний. Булганин приезжал туда утром в пятницу, а к вечеру привозили сотрудников аппарата. Булганин встречал автобус и здоровался со всеми. Люди пожимали ему руку, обнимали, перекидывались парой фраз. Такой он завёл ритуал. В столовой дома отдыха у него свой столик был. Придёшь завтракать – он всегда встанет, подойдёт поздороваться, поговорить. Пытался хоть как-то скрасить своё одиночество».
Управделами Совмина явно что-то путает. Никакая жена у Булганина не умирала прежде мужа. Под конец жизни, судя по публикациям, Николай Александрович сошёлся с единственной законной женой Еленой Михайловной, которая пережила его на 11 лет.
Она работала учительницей английского языка в знаменитой школе № 175 в Старопименовском переулке для детей «элиты» той поры. Воспоминаний о ней почти нет, вернее – есть воспоминания учеников, разные, что тоже очень естественно. Вот одно из них, ученицы, где Елена Михайловна была классным руководителем: «Елена Михайловна Булганина была, несомненно, незаурядным человеком. Она преподавала у нас английский язык. Это была женщина… среднего роста, очень легко и изящно двигавшаяся, несмотря на свою полноту. У неё был приятный грудной голос и обаятельная улыбка. Одевалась она с европейской элегантной простотой. Первые несколько лет я была у Елены Михайловны любимицей – она это и не скрывала. Позже, когда я стала старше, она ко мне охладела, но никогда не была несправедлива. Я же обратила внимание на то, как по-разному Елена Михайловна реагирует на плохие отметки и мелкие провинности моих одноклассниц.
…Отчасти я сегодня лучше понимаю всю сложность ситуации, в которую попадала Елена Михайловна: ведь с родителями некоторых учениц она была знакома домами, и, быть может, много лет.
Елена Михайловна свой класс любила и употребляла своё влияние на то, чтобы сделать для нас доступным то, о чём в те годы другие школьники не могли даже мечтать. В конце каждой четверти она водила лучших учениц во МХАТ или в Большой. За много лет до отправки в ГДР сокровищ Дрезденской галереи весь класс получил возможность посмотреть эту закрытую для всех экспозицию (насколько я помню, в каком-то хранилище без дневного света). На Новый год в наш класс приезжала кинопередвижка с лучшими фильмами Диснея, которые на экран вышли десятилетия спустя или вообще не вышли.
По окончании учебного года отличившиеся получали в награду книги, которые Елена Михайловна выбирала сама. Книги были весьма ценными, а по тем временам и редкими. Так, в пятом классе я получила собрание сочинений Пушкина в пяти томах, а на выпуске всех нас одарили уникальным однотомным изданием полного Пушкина, приуроченным к 150-летию со дня его рождения.
В более поздние годы экскурсии для школьников стали обычным делом. Но нас ещё во время войны водили на «Серп и молот», на «Красный Октябрь»,
