— О! С вами две женщины! — заитересовался капитан.
— Это моя жена и её сестра, — спокойно отвечал Арман-Луи, донна Луиза Германда де Колоредо Пенафлер и донна Эмануела-Долорес де Миранда Кастейо. Они должны ожидать окончания военных действий при дворе Его Светлости короля Баварии.
Все это он произнес спокойно и естественным голосом; Адриен и Диана, слышавшие все, приветствовали валлонских офицеров кивком головы. Офицеры отдали им честь и удалились. Разговор тем временем продолжался и принял непринуж-денный характер, как между людьми, деляющих одно дело. Внезапно одна интересная мысль осенила Рено.
— Дорогой капитан, — обратился он к своему спутнику, — моя лошадь немного устала, мог ли я поставить её в конюшню на день — другой? По правде говоря, ничто в мире не заставит меня отказаться от нее, но я очень спешу, как вы знаете. Дайте мне вашу лошадь, она мне кажется свежей и быстрой, я вам заплачу десять золотых дукатов.
— Хорошо, — отвечал капитан, — я с удовольствием окажу вам эту услугу.
Договор был заключен. Примеру г-на де ла Герша последовали многие драгуны. Все, у которых были худые и слабые лошади, предложили их обменять на лучших за несколько золотых монет.
Довольные друг другом, валлонцы и гугеноты совершили этот обмен в течении четверти часа. Одни предполагали, что скоро хорошие лошади опать вернуться к ним, и, к тому же они стали обладателями нескольких золотых дукатов; другие же мечтали сказать и гарцевать на свежих лошадях и, к тому же, надеялись теперь на быстрый переход.
Час или два спустя после обмена, Жан де Верт вошел в лагерь имперцев. Каково же было его удивление, когда он не увидел ни следов битвы, ни трупов, ни раненых в лагере.
— Но беглецы должны были обязательно встретить этот лагерь на своем пути, — подумал Жан де Верт про себя. — Не на крыльях же они его перелетели?
Не прошло и десяти минут, как он узнал, что произошло.
— И вы им поверили? — кричал вне себя Жан де Верт. Поверили в то, что они испанцы? Что они из окружения Паппенгейма? Но это же были гугеноты, французы!
Ответом ему был крик ярости. Целый корпус из пяти сотен всадников перешел на сторону Жана де Верта. Хорошо вооружившись, они разошлись в разные стороны, чтобы разведать дорогу, по которой ускользнули беглецы.
Это было не так-то просто сделать. Страна была наводнена многочисленными эскадронами, следы их пересекались; к тому же протестанты одели, как известно, имперские кокарды, и во главе их шел человек, отлично знающий страну и бывший в курсе военных действий. Его войско продвигалось по полям так же легко, как щука скользит в мутной воде. Некоторые точные сведения скоро помогли Жану де Верту напасть на след исчез — нувших драгун. Мадам д`Игомер, казалась более возбужденной, чем он сам, и не отдыхала даже ночью.
К концу дня, благодаря всадникам, охранявшим фланги, имперцы точно знали, где находятся солдаты г-на де ла Герша. Была надежда догнать их к вечеру. Жан де Верт обратился к своему войску:
— Гугеноты недалеко отнас. Можем ли мы им позволить вернуться в свою страну и рассказатьо том, как они нас победили?
Страшный ропот и бряцание тысячи шпаг были ему ответом. — Смерть французам! — пронеслось по рядам.
И преследование началось. Парламентарий
Как бы ни были хороши лошади, они были не в силах скакать целый день. Они находились уже в пути двенадцать миль без отдыха. Остановка была необходима. Г-н де ла Герш выбрал для этого небольшую деревеньку, расположеную у входа в ложбину по обеим сторонам деревни тянулись непроходимые болота, что делало нападение на лагерь невозможным. Пересекая деревню, дорога углублялась в густой лес, непроходимый для кавалерии. Обойти деревню для врага представлялось невозможным, если бы он вздумал атаковать — пришлось бы нападать спереди.
Чтобы укрепить подступы к деревне, г-н дн ла Герш приказал повалить десяток деревьев и перегородить ими дорогу.
— Мы сможем спокойно переночевать, а завтра провидение поможет нам, — говорил он солдатам.
Лошадей распрягли и пока они мирно паслись, протестанты кинулись на поиски провианта.
Жители деревни, увидев солдат в имперской форме и боясь быть ограбленными, живо попрятали всю провизию. Нигде не было видно ни одной живой души.
— Все как будто вымерло, деревня кажется необитаемой, — говорил Магнус.
Он пустился на поиски и вошел на постоялый двор. Хозяин трясся от страха и говорил, что у него нет ни мяса в кладовой, ни бутылки вина в погребе.
— Вчера здесь были санксонцы и все выпили, — уверял он.
Магнуса этот ответ не удовлетворил. Хозяин был большим и толстым; решено было начать поиски, и скоро нашли и хлеб, и сыр, и масло. Каркефу заглянул в амбар, где испуганные куры забились в угол. Солдаты забили их два или три десятка. Магнус обнаружил трех барашек и двух быков, спрятанных в подвале. Несколько свиней напоминали о своем существовании постоянным хрюканьем.
— Ну, вот! Теперь можно жить!
Несколько женщин, первыми случайно появившиеся возле своих жилищ, плакали и причитали, видя, как исчезает их скот и птица. Арман-Луи сделал Магнусу знак. Тот достал из кармана большой кошелек и раздал бедному люду деньги.
Слезы на их лицах сменило удивление. Эти люди вели себя миролюбиво и к тому же дали денег. Такого здесь не видывали с начала войны.
К полночи все драгуны спали, исключая десятка часовых. Оружейный залп, донесшийся с окраины деревни, вмиг разбудил солдат. Каждый направился к своим постам, указанных г-ном де ла Гершем. Часовой дал ответный залп. Вдалеке, в темноте было видно, как двигаются всадники. Слышалось ржание лошадей, бряцание шпаг.
Небольшой отряд мушкетеров приблизился незаметно к лагерю; раздался свист пуль. Несколько деревьев были разбиты в щепки.
— По-моему, к нам пожаловал Жан де Верт! Нужно его задержать! — скомандовал Магнус.
Драгуны, в свою очередь, открыли огонь. Десяток лошадей и солдат упали на дорогу, остальные, смешавшись, отступили.
Воцарилась тишина.
Коллонж пошел в разведку. Примерно через час он вернулся и доложил, что дорога завалена трупами.
— Если завтра у нас в руках не будет двух тысяч дъяволов с зелеными поясами, — добавил он, — это меня сильно удивит.
— Меня не так волнует атака, как отступление, — ответил Магнус и его взгляд встретился со взглядом г-на де ла Герша.
— Допустим, атака будет отбита, Жан де Верт оставит обльшое количество солдат на поле боя; но, покинув деревню, мы наткнемся на баварцев, и через час нам опят придется принять бой.
— Бог мой, чем мы рискуем? Нас не возьмут живыми! воскликнул Сан-Паер.
