и получил по голове подушкой:
— В первый день пятой десятины второго месяца весны прошлого года ты привез в храм Пресветлой города Ченга меня, Вэйльку и Найту, озвучил свою волю и связал наши жизни воедино!
— И настолько счастлив, что не ощущаю хода времени до сих пор! — взвыл я, чтобы спастись от щипков, ударов подушками и щекотки «разъяренных» фурий.
— Ну, если только так… — смилостивилась жена, уняла расшалившихся девиц, заявила, что пришло время для подарков, и что для их получения мне надо встать с пола и выйти в гостиную.
Я мгновенно оказался на ногах, влез в шорты, протянутые Ланкой, вышел из спальни, сделал пару шагов к дивану и с интересом уставился на идеально ровную шеренгу из четырех призрачных фигур, стоящую напротив двери в спальню. Сардж, Гилл и Оддар были облачены в костюмы, вне всякого сомнения «появившиеся на свет» в результате сотрудничества Амси и Дайны, а хозяйка пляжного домика — в легкое и воздушное платье все в том же «новом маллорском стиле». Но, самое главное, в одежде всех четверых искинов присутствовали вставки моих родовых цветов!
Дав мне возможность оценить их внешний вид, призрачные члены рода учтиво поздоровались, дождались ответного приветствия, сделали по два шага в стороны и зачем-то образовали проход к участку стены, на котором висел портрет моего прадеда.
— Мы долго думали, что тебе подарить… — начал Гилл.
— … ведь подарок должен быть действительно нужным… — продолжил Оддар.
— Очень нужным! — уточнил Сардж. — И поэтому мы дарим тебе…
— … домашний телепорт! — мурлыкнула Амси и взмахом руки превратила портрет в дым. — Чтобы вы могли пользоваться сетью, не тратя время на открывание и закрывание родового тайника!
Я посмотрел на стену «внутренним взором», удостоверился в том, что на ней появилась панель управления, оценил размеры полукруга, «просвечивающего» сквозь ковер и изумленно присвистнул — вместо маленькой плиты мне поставили среднюю, радиусом в три метра. Видимо, для того чтобы мы могли переходить куда-либо не по двое-трое, а сразу всей семьей.
— Спасибо, ваш подарок воистину великолепен! — склонив голову в знак благодарности, улыбнулся я. — Когда вы успели его установить?
Как оказалось, гостиную перестроили еще пять дней назад, на следующую ночь после начала обучения Койренов — договорились с Майрой, перетащили в наше владение мощный ремонтно-строительный дроид и все необходимое оборудование, а меня усыпили.
— Вот и доверяй вам после этого! — «обиженно» пробормотал я, поворачиваясь к девочкам, и не удержался от улыбки — «предательницы» потупили взгляды и «чуть не плакали» от раскаяния!
— Мы больше не будем! — срывающимся голоском пообещала Алька.
— А меньше?
— Меньше — будем… — призналась Вэйлька. — Но только через год!
— Я вас люблю! — выдохнул я.
— А мы-то тебя как! — заявила Майра и потребовала, чтобы я подошел к столу.
Я покосился на совершенно пустую столешницу, но вовремя вспомнил, как меня провели с голографическим изображением портрета прадедушки, сделал шаг и взял со скатерти «возникший из воздуха» свиток. А когда прочитал первый абзац, ошарашено уставился на старшую жену:
— Купчая⁈ На особняк Витзеров⁈
— Род растет на глазах! — довольно ухмыльнулась она. — А это владение находится прямо за нашим забором и пустует!
— Но как⁈
— После вашей с Магнусом поездки в Торр-ан-Тиль и Второго Летнего Ненастья Зейн никак не мог придумать, чем тебя наградить — по его мнению, изменение герба и объявление тебя Карающей Десницей Шандоров никак не соответствовало тому, что ты сделал для королевства. Поэтому попросил у меня совета. А когда я сказала, что давно облизываюсь на владение Витзеров, озадачил своих стряпчих. В общем, владение наше уже три дня. А со вчерашней ночи накрыто «Зонтом».
— «Зонт» — мелочь! — самодовольно улыбнулся Сардж. — Мы с Гиллом подготовили проект перестройки этого особняка. Но покажем его только послезавтра утром, ибо в противном случае нас выдернут из штатных мест, вывернут наизнанку и воткнут обратно вверх ногами!
— Они могут! — заключив в объятия тех девочек, на которых хватило длины рук, подтвердил я и рассмеялся…
На этом сюрпризы не закончились. Через два часа, когда от аппетитных запахов, которыми тянуло из коридора, уже сводило живот, девочки заставили меня облачиться в парадный костюм, потребовали не пользоваться камерами и не вслушиваться в окружающий мир, добились обещания и унеслись переодеваться. Я погасил все три Дара, принял предложение Амси послушать музыку Ушедших и так увлекся, что прозевал возвращение своих дам. Но был подхвачен под локти, поднят на ноги и препровожден к дверям большого обеденного зала.
Через порог переступил сам. И мысленно хмыкнул — кроме вассалов и домочадцев в зале обнаружились мэтр Колин с меньшицами и Мирко Подкова со старшей женой. Правда, последний, придерживающий рукой что-то, завернутое в потертую ткань и доходящее ему почти до локтя, выглядел страшно расстроенным.
— Доброе утро, арр! От имени всех ваших вассалов и слуг поздравляю вас с днем рождения! — торжественно сказал сенешаль. — Мы желаем вам здоровья, долголетия, взаимопонимания с вашими прекрасными супругами и наследников, которые будут достойны своего отца и прославят род Эвис на века! А в знак нашего глубочайшего уважения и любви мы дарим вам кубок эпохи Обретения Воли. К сожалению, имя мастера, который его создал, нам неизвестно, но кубок по-настоящему красив. И будет напоминать вам о том, что наши сердца бьются в такт с вашим!
Когда Сангор развернул тряпицу и протянул мне подарок, я потерял дар речи: на относительно небольшом кубке умещались все самые сильные боги нашего мира — Ати, Пресветлая, Торр и Деная. Естественно, со своими атрибутами. Мало того, каждый из этой четверки казался живым: покровитель Хейзерра согревал мир теплом и радостью во взгляде, самая уважаемая богиня в Маллоре одаряла любовью и надеждой, Торренец обжигал стужей и яростью битвы, а Мать Гельда обещала вечный покой и забвение…
— Работа Соткена Фиира, старшего помощника командира «Эквисса»… - сообщила Амси в личный канал. — Была подарена им одной из меньшиц накануне Исхода. А через два года девушка продала ее королю Хейзерра за восемь тысяч золотых…
— А за сколько его купили мои⁈ — «спросил» я, на миг отвлекшись от разглядывания одухотворенного лица богини любви, справедливости и удачи.
— За двести восемьдесят! — усмехнулась хозяйка пляжного домика. — Не знаю, какими путями этот кубок оказался у Жиоров и чем думал
