Читаем без скачивания Сила, которая защищает - Стивен Дональдсон

Кавенант слышал в звуках голоса сочувствие, уважение, даже благодарность, но сомнения продолжали мучить его.

– Разве я был свободен? Это был не мой выбор.

– О, все это так, но ты был свободен от моих советов, моей силы, моего желания сделать тебя своим орудием. Разве я не сказал, что риск был предельно велик? Оказаться в Стране или нет – тут ты не имел выбора, это я решил за тебя. Но в самой Стране я не принуждал тебя служить моим целям. Ты свободно мог проклясть и Страну, и Землю, и само Время – если бы таков был твой выбор. Только идя на подобный риск, мог я надеяться, что мое творение будет защищено чистыми руками.

Кавенант пожал плечами:

– И все-таки я не был свободен. Эта певица.., которая назвала меня Береком. Эта девочка, на которую напала змея. Может быть, ты и предоставил мне свободу в Стране, но в своем собственном мире.., здесь ты вмешивался.

– Нет, – мягко отозвался голос. – Я не принимал участия в том, о чем ты говоришь. Если бы я сделал это.., или что-то еще в том же роде.., ты стал бы всего лишь моим орудием – и совершенно бесполезным. Если бы ты не был свободен и полностью независим, если бы тобой не руководила твоя собственная верность, ты не смог бы одолеть моего врага. Нет, даже в том единственном случае, когда я заговорил с тобой, я сильно рисковал. Но больше я не вмешивался.

Кавенанта неприятно поразила мысль о том, что его свобода в принципе позволяла ему разрушить Страну. Он был так близок к этому! Какое-то время он обдумывал слова Создателя о риске, а потом спросил:

– Что заставило тебя думать, что я не разрушу ее.., не приведу ее на грань отчаяния?

И голос тут же ответил:

– Отчаяние – всего лишь чувство, как и многие другие. Проклятием является не само отчаяние, а привычка к нему. Ты был человеком, уже знакомым и с самим отчаянием, и с тем, что к нему можно привыкнуть. Тебе был известен Закон Самовыживания, который одновременно и спасение, и проклятие. То, что ты так хорошо понимал особенности своей болезни, сделало тебя мудрым.

"Мудрым”, – повторил про себя Кавенант. Наверное, это ни в какой степени не относилось к его сердцу – иначе зачем бы оно продолжало биться?

– Дальше, в некотором роде ты сам был создателем. Ты уже представлял себе способ, с помощью которого создатель может исцелить свое создание. Часто этим способом является бессилие – именно оно подталкивает создание к отчаянию.

– А как насчет самого Создателя? Почему он не впадает в отчаяние?

– Почему он должен впадать в отчаяние? Если ему не нравится мир, который он создал, он может создать другой. Нет, Томас Кавенант, – чувствовалось, что говорящий печально улыбнулся, – Боги и создатели слишком сильны и в то же время слишком бессильны, чтобы впадать в отчаяние.

"Да, – грустно согласился про себя Кавенант. И добавил почти по привычке:

– Все не так просто”. Ему хотелось, чтобы голос замолчал, оставил его одного; но хотя тишина и не нарушалась, Кавенант знал, что говоривший еще здесь. Спустя некоторое время, собравшись с духом, он спросил:

– Чего ты хочешь?

– Томас Кавенант, – все так же мягко прозвучал голос, – хотя и против своей воли, ты в каком-то смысле мой сын. Я хочу сделать тебе подарок.., наградить тебя, чтобы выразить всю мою благодарность; словами это сделать невозможно. Твой мир подчиняется определенному закону, так же как и мой. И по любому из них я – твой должник. Ты спас мою Землю от гибели. Никакой дар не будет слишком велик, чтобы мой долг мог считаться оплаченным.

"Подарок?” – вздохнул Кавенант. Нет. Он не хотел унижать ни себя, ни Создателя, прося исцелить от проказы. Он уже собирался отклонить это предложение, как вдруг волнение охватило его.

– Спаси Великана, – сказал он. – Спаси Морехода.

– Нет, Томас Кавенант, не могу, – с чувством невыразимого сожаления отозвался голос. – Разве я не говорил тебе, что разрушил бы Арку Времени, если бы сквозь нее попытался прикоснуться к Земле? Несмотря на то что я очень-очень тебе благодарен, я ничего не могу сделать для тебя ни в Стране, ни на Земле. Если бы я мог, то никогда не допустил бы, чтобы мой враг натворил так много бед.

Кавенант кивнул – он понимал соображения, которые прозвучали в ответе. Спустя некоторое время он сказал:

– В таком случае ты не можешь сделать для меня ничего. Я сказал Фоулу, что не верю в него. Я не верю и в тебя. Я получил возможность сделать очень важный выбор. Этого достаточно. Не нужно мне никаких подарков. Подарок – это слишком просто; я не могу позволить себе этого.

– Да, но ты заслужил…

– Ничего я не заслужил. – Легкая волна гнева поднялась в его душе. – Ты не дал мне возможности заслужить что-либо. Ты отправил меня в Страну без моего согласия, даже ничего толком не объяснив. Все, что я сделал, – это научился понимать разницу между здоровьем и болезнью. Положим, с меня этого достаточно. Однако ничего особенного в этом нет.

– Не торопись с осуждением тех, кто творит миры, – прошептал голос. – Ты уверен, что герои тех историй, которые тебе предстоит написать, никогда ни в чем не смогут тебя упрекнуть?

– Я буду стараться, – ответил Кавенант. – Я буду стараться.

– Да, – продолжал шептать голос. – Возможно, для тебя этого достаточно. И все же мне хотелось бы сделать тебе подарок ради самого себя. Пожалуйста, позволь мне.

– Нет, – скорее устало, чем воинственно отказался Кавенант.

Ему казалось, что и в самом деле больше ему не надо ничего.

– Я могу возвратить тебя в Страну. Ты можешь прожить всю оставшуюся жизнь уважаемым и здоровым человеком – как и следует великому герою.

– Нет. (“Будь милостив. Господи, – подумал он. – Я не вынесу этого”.) Это не мой мир. Я не принадлежу ему.

– Я могу сделать так, что ты поверишь в реальность Страны.

– Нет. – Все не так просто, мелькнула у него мысль. – Ты сведешь меня с ума.

И вновь голос на некоторое время смолк, а потом заговорил печально:

– Хорошо. Тогда выслушай меня, Томас Кавенант, прежде чем снова отказать. Я должен рассказать это тебе. Когда родители той девочки, которую ты спас, поняли, что ты для них сделал, они попытались помочь тебе. Ты был ранен и ослабел от голода. Яд, проникший в тело через раны на губах, когда ты спасал ребенка, еще больше ухудшил твое состояние. Ты был почти мертв. Они доставили тебя в больницу. При лечении было использовано средство, которое врачи в твоем мире называют “антивенин”. Томас Кавенант, это лекарство делается из лошадиной крови. Твой организм отторг его – у тебя аллергия на лошадиную сыворотку. Ты был настолько слаб, что твой организм не справился с этим последним ударом. В данный момент ты находишься на пороге смерти. Томас Кавенант, выслушай меня, – сочувственным тоном снова повторил голос. – Я могу дать тебе жизнь.