голос был на грани паники. — Все бушует. Что происходит?
— Не знаю, — Джулиус заставил крылья двигаться. — Но Марси будет знать. Нужно к ней.
Челси нахмурилась.
— Я не знаю, есть ли…
Но он уже улетел, разогнался и сложил крылья, чтобы спикировать, пронесся мимо высохшего дня озера, сломанных стен, которые должны были защищать воду Алгонквин от Ямы. Другие последовали через миг, не отставая, пока они летели по уже не затопленному Подземелью, следуя за запахом Марси… а потом чуть не врезались в Марси, которая летела с Призраком им навстречу.
Джулиус был слишком рад, чтобы говорить. Он даже не был против ее холодного духа, когда приземлился и схватил ее своими крыльями.
— Ты в порядке?
— Сейчас? Да, — быстро сказала она. — А вообще — не очень.
— Что случилось? — спросила Челси, останавливая спуск крыльями.
— Самое глупое, — сказал раздраженный голос над ними.
Челси вскинула голову, а потом ее глаза расширились, огромный красный дракон с перьями из огня подлетел к ней и улыбнулся.
— Что? — сказала Амелия. — Без приветствия?
— Что ты тут делаешь? — заорала Челси. — Ты мертва!
— Так мне говорят, — Амелия рассмеялась. — Но придется объяснить позже. Истерика Алгонквин сломала печать Мерлинов, и на нас обрушиться тысяча лет магии, если мы не поспешим.
— Куда? — безумно сказал Джулиус. — Это не звучит как то, от чего можно уклониться.
Он смотрел на Амелию, но ответила Марси.
— Это учтено, — она забралась на спину Джулиуса. — Лети к нашему дому.
Джулиус моргнул.
— Наш дом? Ты про тот, что в городе?
Она быстро кивала.
— Помнишь все чары, которые я наложила? Знаю, кажется вечностью, но мы отсутствовали полторы недели, значит, все еще работает. Если здание еще стоит, то и моя защита там. Но нужно спешить. Призрак оценивает, что у нас пара минут до удара волны.
— Меньше, — Пустой Ветер подтолкнул Джулиуса холодом. — Хватит болтать, лети.
Джулиусу не нужно было повторять. Он полетел как ракета, прижимая крылья, чтобы Марси не упала, пока он несся по высохшей Яме.
— А другие? Мирон и остальные?
— Уже впереди, — закричала Марси поверх ветра. — Я сказала им, куда идти, пока не отправилась искать тебя.
В другой раз его сердце дрогнуло бы от этого. Но в этот раз Джулиус мог лишь лететь среди обломков Подземелья по памяти и инстинкту, пока он не добрался до спирали дороги, которая скрывала дом, который им дал Иен.
«Прошу, будь там, — молился он, нырнув в туннель, который вел среди спирали потрескавшихся дорог. — Прошу, не будь уничтожен. Прошу. Прошу».
Он вырвался из туннеля, раскрыл крылья, проверяя скорость, чтобы не врезаться в стену. Это все случилось так быстро, он ничего сначала не увидел, кроме пятна света и земли. Как только он понял, что не разобьется, он поднял взгляд и увидел то, что надеялся увидеть.
— Он еще тут, — сказал он, потрясенно глядя на их чудом уцелевший трехэтажный дом. — Он все еще целый!
— Кроме стены, которую пробил Конрад, когда Эстелла пришла за мной, — сказала Амелия, вылетая за ними. — Марси, помоги мне это исправить. Лучшие чары в мире не сработают, если спереди такая дыра.
Марси кивнула и спрыгнула, съехав с Джулиуса, чтобы побежать за Амелией. Челси, Фредрик и Цилинь тоже уже пикировали. Ворон уже был тут, еще и намного больше. Он едва влез на пострадавшее крыльцо, где он и Эмили стали быстро соединять куски стены и входную дверь, которые разбил Конрад.
— Нам это делать, сэр?
Джулиус оглянулся, Фредрик стоял за ним. И над ним, вед Ф был в пять раз больше Джулиуса в этом облике.
— Что еще нам делать?
— Для начала: вернуться на гору Хартстрайкер, — Фредрик поднял когти, которые все еще были в его Клыке. — Бетезда еще там. Наверное, в своем бункере. Потребуется несколько ходок, но я смогу всех перенести к ней. Бункер под горой намного безопаснее…
— НЕТ! — заорала Амелия, появляясь над ними вспышкой красного огня, чтобы сбить ногти Фредрика на землю. — Никаких телепортов!
— Не кричи на него! — рявкнула Челси, встав между Фредриком и сестрой. — Это было хорошей идеей.
— Может, в нормальных обстоятельствах, — сказала Амелия. — Но в этом нет ничего нормального! То, что магия еще не раздавливает нас до смерти, не означает, что она не станет хуже. Знаешь, что будет, если мы откроем портал, пока… — она застыла, глаза стали огромными. — Мне нужно предупредить Свену.
— Если ты знаешь, что так лучше не делать, уверена, и Белая Ведьма знает, — Челси с облаком дыма убрала облик дракона, осталась нагой на лестнице с малышкой-драконом размером с добермана в руках. — Если тут пока безопаснее всего, мы остаемся. Все внутрь.
Другие драконы тоже изменились, побежали за ней в дом, кроме Амелии, которая осталась помогать Марси, Мирону и Ворону с крыльцом. Джулиус должен был последовать примеру. Он был маленьким, но его облик дракона все еще не пролезал в восстановленную дверь. В отличие от Амелии, он не мог наколдовать одежду, и все же он не мог себя заставить остаться голым перед таким количеством глаз, еще и в своем доме.
Пока все были заняты, Джулиус прыгнул в воздух, залетел за дом. Он опустился на крышу, открыл окно своей спальни когтем, поменял облик и нырнул внутрь. Как только он пролез, он схватил первую одежду, какую увидел, и стал натягивать на себя. Он все еще надевал футболку через голову, когда Челси ворвалась в комнату.
Он не знал, как она его опередила, но она была в одной из футболок Марси и джинсовых шортах. Она даже не попросила разрешения, прошла к шкафу Джулиуса и стала бросать вещи Фредрику и Цилиню, которые шли за ней. Ее дочь все еще была драконом, карабкалась по стенам, как ящерица, впиваясь когтями в гипсокартон, чтобы подниматься, наслаждаясь хаосом.
— Я все восстановлю, — сказала Челси раньше, чем Джулиус мог возмутиться. — Просто спустись.
Джулиус кивнул и выбежал за дверь, минуя по три ступеньки за шаг, направляясь в гостиную. Он перепрыгнул перила под конец, когда все — Марси, Призрак, Мирон, Амелия, Ворон, Эмили и даже СЗД, ставшая большой крысой — ворвались в спешно починенную входную дверь. Амелия вошла последней, захлопнула деревянную дверь, покрытую заклинаниями, за собой как раз вовремя.
В окна Джулиус видел, как вокруг становится все ярче в их закутке. А потом, когда от яркости стало больно смотреть, свет разделился. Просто развалился на кусочки, похожие на снег. Мягкая сияющая буря бледного света всех красок, но не холодная и не падающая с неба. Кусочки поднимались с земли, и это было красиво.
