Единственная дорога из Сенги-Сенги находилась под неусыпным контролем компании, и на каждом километре стоял армейский патруль.
Четти Сингх постарается прикончить его как можно скорее. На этот счет у Дэниела не было ни малейших сомнений. Никакого оружия у него при себе не было, а это сводило его шансы почти к нулю. Здесь территория Четти Сингха, сейчас он король положения и не преминет воспользоваться этим в самое ближайшее время, подумал Дэниел.
Повернувшись к Бонни и Кейджо, Четти оживленно заговорил с ними: — Уже слишком поздно, чтобы показать вам, какие здесь ведутся работы. Совсем скоро стемнеет. Так что для начала я отведу вас в специально отведенные вам комнаты. — Улыбка не сходила с лица Сингха. — Кроме того, — продолжал он, — у меня для вас отличная новость. Я только что получил факс из Кагали, в котором сообщается, что президент Таффари завтра утром собственной персоной прилетает сюда на вертолете. Он благосклонно согласился дать вам интервью для фильма. Уверяю вас, вам невероятно повезло. Уговорить президента Таффари на такого рода предприятие очень трудно. И прилетает он не один, а в сопровождении исполняющего обязанности директора ФРУ господина Нинг Чжэн Гона. Пост этого человека говорит сам за себя. Возможно, он тоже согласится сказать пару слов перед камерой…
Глава XXV
Секретарша Четти Сингха повела съемочную группу в их временное пристанище, и в эту минуту начался дождь. Тяжелые капли колотили по тонким крышам строений, а над пропитанной влагой землей поднимались зеленоватые облачка густого, клочковатого тумана, пронизанные светом, проникавшим сквозь крону деревьев-великанов.
Гости шагали по деревянным мосткам, проложенным между домами. Секретарша снабдила каждого дешевым зонтиком с ярким коротеньким лозунгом: «ФРУ — значит лучшая жизнь для всех».
Апартаменты находились в длинном бревенчатом бараке и состояли из нескольких комнат, скорее напоминавших лошадиные стойла, чем человеческое жилье. В каждой клетушке стояли кровать, стол, стул и шкаф для одежды. Общий туалет и душ находились в центре коридора. Дэниел внимательно осмотрел свой номер. Похоже, замок здесь только для бутафории — дверь можно открыть простым пинком. Кроме того, у Сингха наверняка имелся дубликат ключей. Сетки от москитов на окне и над кроватью служили хорошей защитой от крылатых насекомых, но отнюдь не от Четти Сингха. Сквозь тонкую внутреннюю перегородку до Дэниела доносились шаги капитана Кейджо из соседней комнаты.
Судя по всему, Дэниелу предстояло провести здесь веселую ночь.
— Ладно, ребята, давайте посоревнуемся, — мрачно хмыкнул Дэниел. — Попробуем вычислить, когда Четти Сингх попытается разделаться со мной. Отгадаю и, глядишь, еще поживу! Первой премией будет неделя пребывания в Сенги-Сенги. Второй — две недели.
Гостей и персонал компании уже ждал ужин в симпатично обставленной столовой с баром.
Дэниел и Бонни с удивлением увидели, что зал полон тайваньскими и английскими инженерами и техниками. В столовой висела синяя завеса из дыма, и за гулом голосов трудно было что-либо разобрать. На Дэниела практически никто не обратил внимания, но Бонни, как всегда, произвела фурор. Очень многие, в особенности среди тех, что потягивали пиво в баре, повернули голову в ее сторону.
Сразу же бросалось в глаза, что тайванцы держатся особняком и отношения между ними и англичанами весьма натянутые. Какой-то англичанин, заговорив с Дэниелом, подтвердил, что с тех пор, как главой синдиката в Убомо стал Нинг Чжэн Гон, британских специалистов под любым предлогом старались заменить тайванцами.
Тут же несколько англичан пригласили Бонни сыграть с ними в дартс.
И когда после ужина Дэниел направился к выходу, Бонни язвительно прошептала ему: — Наслаждайся одиночеством, любовничек.
— А я никогда не любил толпу, — ледяным тоном парировал Дэниел.
Он осторожно ступал в темноте по скользким деревянным мосткам и никак не мог избавиться от мерзкого ощущения, что за ним кто-то крадется и что в любой момент ему могут всадить нож в спину.
Добравшись до своей комнаты в бараке, Дэниел распахнул дверь и выждал несколько мгновений, не шевелясь и не заходя внутрь. Вполне возможно, что его ждут. Ничего подозрительного. Затаив дыхание, он протянул руку к выключателю, зажег верхний свет и только после этого шагнул в комнату. Заперев дверь и задвинув занавеси, он плюхнулся на кровать, чтобы расшнуровать ботинки.
Дэниел отлично понимал, что у Четти Сингха масса способов прикончить его, в то время как сам он оставался практически беспомощным. И не успел об этом подумать, как почувствовал, что у него за спиной под покрывалом что-то шевельнулось. Едва заметное, скользяще-плавное движение, и тотчас Дэниела охватил дикий, животный страх, намертво сковав его члены.
Всю жизнь он панически, до жути боялся змей. Одним из самых ранних его воспоминаний было то, как в детскую к нему заползла кобра. Мальчику шел всего лишь пятый год, но на всю жизнь он запомнил жуткую, колеблющуюся тень на стене, отбрасываемую раздувшимся телом рептилии. Он ясно помнил ее злобное шипение и собственные пронзительные, полные ужаса вопли, на которые к нему примчался отец.
И сейчас, глядя на шевелившееся покрывало, он почти не сомневался, что там находится змея. И знал, что подсунул ее Четти Сингх или кто-то из его подручных. Скорее всего, это одна из самых опасных гадюк, чей яд убивает почти мгновенно. Может быть, мамба, рот которой вечно растянут в некоем подобии злобной холодной ухмылки, или черная лесная кобра — живое олицетворение смерти; может, разворачивающая свои кольца жуткая, отвратительная гадюка габун. Дэниел, мгновенно отскочив к стене, повернулся лицом к неизвестной твари. Сердце его бешено колотилось, он дико озирался в поисках подходящего оружия. Схватив стул, он ударил его о стену. Стул рассыпался на части, но теперь Дэниел вооружился толстой деревянной ножкой. Он судорожно пытался взять себя в руки и сбросить страх, чувствуя, что сам себе противен. В бытность свою объездчиком он нередко сталкивался и с разъяренными буйволами, и с огромными дикими кошками и побеждал в схватках. Однажды, еще служа в армии, он прыгал с парашютом и попал на территорию противника, ему пришлось драться с врагом врукопашную. А сейчас он дрожал от страха, размышляя, какой из гадов вот-вот атакует его.
Дэниел заставил себя подойти к кровати. Взявшись левой рукой за угол покрывала, он размахнулся ножкой и одновременно рывком сорвал легкую материю с кровати.
На белой простыне прямо по центру сидела большая лесная мышь и шевелила своими длинными усами. От яркого света темные бусинки ее глаз мгновенно расширились.
