пришествия Палпатина, — глаза девушки расширились. Не от удивления… Скорее от того, что ее догадки совпали с моими словами. — Я не буду тратить свои ресурсы, которые могут мне потребоваться для сражения с ним, чтобы здесь и сейчас начать борьбу за права условных туземцев условного Татуина. Они ничего не могут мне предложить — и воины Доминиона не будут гибнуть за чужие интересы.
— Выходит, я напрасно потратила свое время, присоединившись к вам? — вздохнула девушка.
— Напротив, — возразил я. — Вы окончательно отбросили в сторону шелуху идеализма. Это видно по тому, как меняется ваше лицо при моих словах. Теперь вы знаете и про Палпатина. Он близок. И вот-вот начнет резню.
— Так вот зачем вам джедаи, — вздохнула тогрута. Помолчав, добавила:
— И не только джедаи.
— Мне потребуются все ресурсы, чтобы противостоять как Палпатину, так и угрозам, которые придут вместе с ним и после него, — заявил я. — Вы и остальные бывшие джедаи — это ресурс. Те, кто могут обучить других, похожих на джедаев, разумных. С философией защитников…
— Звучит как начало очень интересной истории, — заключила Тано.
— И вы ее услышите, если присягнете мне на верность, — произнес я. — А сразу после этого, вы получите корабль и отправитесь в Пространство хаттов.
— Для чего? — насторожилась Тано.
— Как я уже сказал — я не могу помочь всем, кто в этом нуждается, — тогрута подалась вперед, демонстрируя свою заинтересованность. — С другой стороны, я могу поспособствовать тому, чтобы из рабства были выкуплены ценные специалисты — которые получат свободу, гражданство Доминиона, но лишь при условии, что будут согласны работать в интересах своей родины. Насколько я помню, в вашем прошлом был эпизод, когда работорговцы напали за ваших же сородичей. И те ничего не смогли им противопоставить, так как их некому было защитить. Ведь они простые мирные труженики. А представьте себе, стало бы это возможно, если б ваши сородичи трудились на благо Доминиона, даже не в военной сфере, это не обязательно. Но в гражданском секторе. Производя товары для нужд населения, выплачивая налоги, тем самым обретая право на защиту. Всеми силами, которыми обладает Доминион. Малейшая агрессия против наших граждан — и на головы виновников прольется турболазерный дождь. Это я гарантирую. Как и то, что не каждый безумец в галактике решится на нас напасть.
Некоторое время тогрута молчала.
Она смотрела в пол, потом перевела взгляд в сторону моего небольшого тренажерного зала. Даже оглянулась, посмотрела на Рукха.
И лишь после этого посмотрела мне в глаза:
— До меня только сейчас дошло, что вы меня вербуете стать вашим агентом, — произнесла девушка. — Манипулируете моими желаниями и страхами в угоду вашим целям… Используете мое желание помогать разумным против меня же, зная, что одна я не смогу достичь того, чего хочу.
— Скорее всего вы умрете, — согласился я. — Пытаясь изменить то, что вам не под силу.
Тогрута снова посмотрела себе под ноги.
И вновь подняла взгляд на меня.
— Я согласна, — голос ее звучал твердо, взгляд не метался, руки не дрожат. Она озвучила взвешенное и здравое решение, которое приняла сердцем и разумом.
— Рад это слышать, — произнес я. Коснувшись передатчика комлинка на вороте кителя, включил устройство:
— Капитан Пеллеон, готов ли корабль для леди Тано?
— Так точно, сэр, — донесся ответ. — Заправлен, обслужен и боеспособен.
— Превосходно, — произнес я. — Переводите его в отсек хранения.
— Слушаюсь, гранд-адмирал, — Пеллеон отключился.
Тогрута посмотрела на меня с удивлением.
— Мне думалось, что вы отправите меня в полет прямо сейчас, — с толикой провокации произнесла она.
— Кажется мы уже обговаривали тот момент, что покидать борт корабля, находясь в гиперпространстве — не лучшая идея для того, кто намерен пожить и послужить своей новой Родине, — произнес я.
Асока заерзала в кресле.
— Надеюсь, вопрос с «выбрасыванием» закрыт? — спросила она. — И с моими словами… Теперь, когда мы все прояснили, убивать я вас не собираюсь…
— И на том спасибо, — слегка улыбнулся я. — Нет, наказания вы не получите за это. По крайней мере того, которое вы предполагаете.
— Уже радует, — вздохнула Асока. — Без Силы и оружия чувствую себя… — она замолчала.
— Что вы имеете ввиду под «тем, что я предполагаю»? — спросила она.
— За слова в любом случае придется ответить, — произнес я. — Но не жизнью.
— Не нравится мне этот загадочный тон, — произнесла девушка.
— Конечно, — согласился я. — То, что за ним последует, вам так же не понравится. Но, жить будете.
Тогрута издала тяжелый вздох.
— Завербовалась на свою голову, — произнесла она. — Вы же не отправите меня работать вместе с Вентресс?
В полутьме моих апартаментов, когда лицо подсвечивалось лишь отблесками света от мониторов, а глаза горели подобно вратам в преисподнюю, появившаяся на моих губах лукавая улыбка заставила тогруту вздрогнуть.
Глава 19. Тяжелые решения
Девять лет, восемь месяцев и двадцать восьмые сутки спустя Битвы при Явине…
Или сорок четвертый год, восемь месяцев и двадцать восьмые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Четыре месяца и тринадцатые сутки с момента попадания).
Впервые за долгое время Временный Совет Новой Республики собрался в полном составе.
Можно даже сказать — в несколько расширенном, потому как за время отсутствия Лейи, Мон Мотма ввела в Совет адмирала Дрейсона и генерала Кригса Мадина. Неформальный Лидер Новой Республики отчаянно нуждалась в союзниках, пока принцесса находилась в плену. Союзниках не только военных, но и политических. А кто может быть более весомыми фигурами, чем директор разведки и командующий силами специального назначения Новой Республики?
В памяти пронеслась мысль о том, что подобная встреча уже происходила.
Как раз перед тем, как гранд-адмирал Траун начал свой крестовый поход против Новой Республики.
Хан завершил доклад, посвященный обмену пленными, и сел. Он прекрасно понимал, что сейчас ему начнут задавать вопросы — и не все из них ему понравятся.
Особенно противостояние он ожидал от Дрейсона, который, пусть и залечил свою челюсть, как-то неодобрительно посматривал на генерала. Даже подальше от стола отсел, памятуя о том, что разделивший его челюсть на части хук был нанесен кореллианцем, перегнувшимся через столешницу. Что ж, этим поступком Хан не гордился, но хотя бы обозначил проблему.
Которая, хвала Мон Мотме, решилась очень и очень быстро. И теперь его супруга не торчит в одном из лагерей для бывших военнопленных, а восседает на своем законном месте во Временном Совете.
— Итак, — произнес адмирал Дрейсон, — обмен военнопленными, по вашим словам, генерал Соло, прошел без проблем.
— Все верно, — кивнул Хан. — Траун предлагал передать нашил бойцов на своих кораблях, но этот его ход уже предполагался, поэтому мы взяли достаточное
