В тот же период наряду с большевистским БК РСДРП существовала бакинская меньшевистская организация – руководящий коллектив меньшевиков, – которую разновременно возглавляли С. Девдариани, И. Рамишвили, Ларин, Цедербаум (брат Мартова), Петров, Герус и др.
Для помощи меньшевистской организации в ее борьбе с большевиками в Баку часто приезжали меньшевистские лидеры – Н. Жордания, Ю. Мартов, Н. Рамишвили, Гинзбург, А. Чхенкели и др.
Бакинские большевики развенчали и разгромили меньшевиков, отвоевали у них подавляющее большинство рабочих.
О работе большевистской бакинской организации и ее руководителя товарища Сталина в этот период один из тогдашних членов Бакинского комитета П. Сакварелидзе в своих воспоминаниях пишет:
«Руководителем всей работы был Бакинский комитет и его исполнительное бюро во главе с товарищем Сталиным (в бюро входили три товарища). В районах работали районные комитеты… Центр тяжести всей идейной и организационной борьбы по укреплению и сплочению большевистской организации лежал на товарище Сталине. Он во всю работу вкладывал душу. Одновременно он руководил нелегальной газетой „Бакинский рабочий“, издание которой в этот период представляло большую трудность… организовывал работу среди мусульманских рабочих (с помощью организации „Гуммет“), руководил забастовками нефтяников и т. д. Он вел интенсивную борьбу за изгнание меньшевиков и эсеров из рабочих районов. Товарищ Сталин в первую очередь отправлялся в те районы, где меньшевики и эсеры усиливали свою работу. Наконец, он засел в Биби-Эйбате, который представлял цитадель меньшевиков в Баку. Тогда же на Биби-Эйбате было больше всего остатков шендриковщины – своеобразная разновидность полицейского социализма. Под руководством товарища Сталина большевики сломили влияние меньшевиков и эсеров и превратили Биби-Эйбат в большевистский район».
Бакинская большевистская организация руководила всеми классовыми боями бакинского пролетариата против царизма и капитализма. Бакинский пролетариат под руководством большевиков прошел славный путь героической борьбы, находясь в передовых рядах общероссийского революционного рабочего движения.
«Первая общая забастовка в Баку, весной 1903 г., открыла собой знаменитые июльские забастовки-демонстрации южных городов России. Вторая общая забастовка в ноябре – декабре месяцах 1904 г. послужила сигналом славных январско-февральских выступлений по всей России. В 1905 г., быстро оправившись от армяно-татарской резни, бакинский пролетариат вновь врывается в бой, заражая своим энтузиазмом „весь Кавказ“. Наконец, начиная с 1906 г., уже после отступления революции в России, Баку все еще не „унимается“, до настоящего времени пользуется на деле некоторыми свободами и ежегодно, лучше чем где бы то ни было в России, празднует пролетарскую маевку, вызывая в других городах чувство благородной зависти…» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 137).
Большевистский Бакинский комитет во главе с товарищем Сталиным с боем брал каждый участок у меньшевиков. Наряду с большой организационной практической работой товарищ Сталин ведет большую теоретическую и пропагандистскую работу.
В статье «Лондонский съезд Российской социал-демократиче-ской рабочей партии» (Записки делегата), напечатанной в газете «Бакинский пролетарий» в 1907 г., товарищ Сталин дает глубокую принципиальную оценку работы и итогов съезда и разоблачает меньшевистскую либерально-буржуазную оценку движущих сил и перспектив революции и тактику меньшевиков.
В своей статье о Лондонском съезде товарищ Сталин работу съезда делит на две части:
«Первая часть: прения по вопросам формальным, вроде порядка дня съезда, отчетов ЦК и отчета Думской фракции, вопросам, имеющим глубокий политический смысл, но связанным или связываемым с „честью“ той или другой фракции, с мыслью о том, „как бы не обидеть“ ту или другую фракцию, „как бы не вызвать раскол“, – и потому называемым вопросами формальными…
Вторая часть: прения по вопросам принципиальным вроде вопроса о непролетарских партиях, рабочем съезде и т. д. Тут уже отсутствовали соображения «морали», группировки происходили определенные, по строго определенным принципиальным течениям, соотношение сил между фракциями выяснялось сразу…» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 52, 53).
Товарищ Сталин, срывая маску с меньшевистского ЦК, показывает его банкротство:
«…меньшевизм, наполнявший тогда ЦК, не способен руководить партией, он окончательно обанкротился, как политическое течение. С этой точки зрения вся история ЦК является историей провала меньшевизма. И когда нас упрекают тов. меньшевики, говоря, что мы „мешали“ ЦК, мы „приставали“ к нему и т. д. и т. д., мы не можем не ответить этим морализирующим товарищам: да, товарищи, мы „мешали“ ЦК нарушать нашу программу, мы „мешали“ ему приспособлять тактику пролетариата ко вкусам либеральной буржуазии и будем мешать впредь, ибо в этом наша священная обязанность…» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 57).
В этой же статье товарищ Сталин дает классическую характеристику меньшевизма, как сброда всех оппортунистических течений.
Он пишет:
«…меньшевизм не представляет цельное течение, меньшевизм – это сброд течений, незаметных во время фракционной борьбы с большевизмом, но сразу же прорывающихся при принципиальной постановке вопросов момента и нашей тактики» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 54).
Далее товарищ Сталин вскрывает известную закономерность объединения всех оппортунистических групп и группочек, начиная от правых меньшевиков-ликвидаторов, кончая троцкистами, и характеризует троцкизм как центризм.
«…формальное деление съезда на 5 фракций (большевики, меньшевики, поляки и т. д.) сохранило известную силу, правда, незначительную, только до обсуждения вопросов принципиального характера (вопрос о непролетарских партиях, о рабочем съезде и т. д.). С обсуждения вопросов принципиальных формальная группировка была фактически отброшена и при голосованиях съезд обыкновенно разделялся на 2 части: большевиков и меньшевиков. Так называемого центра, или болота, не было на съезде. Троцкий оказался „красивой ненужностью“» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 51).
Товарищ Сталин здесь же дает яркую и убийственную характеристику «Бунду» (кстати, игравшему в Баку вместе с меньшевиками заметную роль):
«Бунд, фактически всегда поддерживавший громадным большинством своих делегатов меньшевиков, формально вел в высшей степени двусмысленную политику… Тов. Роза Люксембург художественно-метко охарактеризовала эту политику Бунда, сказав, что политика Бунда не есть политика зрелой политической организации, влияющей на массы, что – это политика торгашей, вечно высматривающих и вечно выжидающих с надеждой: авось завтра сахар подешевеет» (И. В. Сталин. Соч., т. 2, стр. 51–52).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
