Лахджа.
— Магам, скорее, — уточнил Андре. — С демонами… сложнее. Хотя мы, конечно, были бы очень рады сотрудничеству с любым представителем сверхъестественного мира.
Не сказали, сколько платят. Значит, мало.
— Вопрос о вознаграждении решается индивидуально, — добавил Андре.
— Мы подумаем, — дипломатично сказала Лахджа. — Что-нибудь еще?
— В общем, нет, — закрыл папку Андре. — Должен сказать, я удивлен тем, чем обернулся ваш случай. Еще три дня назад он числился среди неподтвержденных контактов с пришельцами, а это третий разряд значимости.
— Но это не помешало вам следить за домом, — заметила Лахджа.
— Да, потому что вы пропали без вести при странных обстоятельствах. Иначе разряд был бы четвертый. И однако до сегодняшнего утра мы полагали вас теми, за кого вы себя выдаете — инопланетянами.
— Доводилось сталкиваться? — заинтересовалась Лахджа. — С настоящими?
— Это разговор для другого времени и места. Мы не будем больше отнимать у вас время и портить рождественский вечер. Но я оставлю вам визитную карточку.
Лахджа взяла визитку. Простую до аскетизма — с одной стороны чисто, с другой только номер телефона.
Ишь, не будут они портить вечер. Вежливые. Сами явились, выгнали родителей на мороз, поинтересничали и уходят. Разговор для другого времени и места.
Нет, понятно, что это визит исключительно с целью знакомства. Убедиться, что с Лахджой и Майно возможен разумный диалог, а заодно предупредить — на Земле есть глубоко законспирированные службы с особыми возможностями. И они в курсе, кто такая Лахджа. Они знают, где живут ее родители.
Дверь распахнулась, впустив поток холодного воздуха и оглушительно топочущую Астрид. Она с порога провозгласила:
— Мама, мама, Вероника покакала!
— Все мы иногда какаем, необязательно об этом кричать на весь дом, — проворчал Майно.
— Мы пойдем, — поднялся из-за стола Сингх.
— Да, я тоже пойду, — поднялась и Лахджа.
Прощание получилось смазанным. Родители долго еще стояли на пороге и смотрели вслед уезжающей машине. Папа подавленно колупал краску на перилах.
— Я знал… — пробормотал он. — Они существуют… Теперь мы под колпаком…
— А не надо было трындеть в сети, — ворчала Лийса. — Я тебе говорила, анонимность в интернете — миф.
— Они нарушили мои права, — сказал Элиас. — Я буду жаловаться.
— Куда? Кому? На кого? Если они из правительства, то ты им и пожалуешься на них же.
— Они не из правительства, — уверенно заявил Элиас.
Лахджа поняла, что теперь папа еще глубже погрузится в конспирологию.
— Вот ведь… — задумчиво произнес он, глядя на звезды. — Может, и американцы правда были на Луне…
Глава 29
— Йа Йоханнес Изувер из Мпораполберг, — говорила Лахджа с нарочитым акцентом. — Сегодня мы возьмем этот жирный цыпленок и скормим его дер образец.
Она натянула латную перчатку и осторожно протянула корм Волосне. Та жадно схватила цыпленка всей поверхностью тела. Мясо она поглощала вместе с костями, зубы у нее росли уже повсюду, перемежаясь волосяными щупальцами. Она перемолола даже перья и клюв, а Лахджа фиксировала все на видеокамеру, которую купила в Хельсинки.
С другими интересными образцами она не пользовалась искусственной защитой. Просто метаморфировала саму руку, делала ее бронированной. Но с Волосней все было не очень очевидно. Плоть от плоти Лахджи, она менялась, когда ей доставались волосы, ногти или кровь хозяйки, и Лахджа опасалась к ней прикасаться.
Прекрати это кормить!
Да ладно, давай раскормим и Артуббе продадим!
А!.. хм…
Просто пусть продаст куда-нибудь подальше. А то будет, как в «Байках из склепа»: мол, мы избавились от Волосни, продали ее подальше, а дальше она освободилась, проползла по морскому дну, через поля, через леса, чтобы наконец найти меня и наброситься среди ночи.
Тля, давай ее уничтожим…
Астрид поднялась на цыпочки, рассматривая мамин научный проект. Она немного завидовала такому кудесному монстру и тайно пыталась создать собственную Волосню, но из ее волос пока что ничего не рождалось.
— Вообще, это означает, что я могу создавать монстров из своей плоти, — задумчиво произнесла Лахджа. — Правда, как-то это получилось глупо и случайно, но сам факт… Интересно, это что-то фархерримское или у всех демонов иногда случается такое… незапланированное прибавление? Или дело в сочетании моих Ме?..
Разумеется, она не воспринимала эту тварь, как своего детеныша. Астрид бы возмутилась, предложи ей считать Волосню сестрой или братом. Да и странно это.
— Интересно, что будет, если я отдам Волосне какой-нибудь палец или…
Нет!
Не подслушивай. Я ж не подглядываю, что ты там пишешь в своей монографии. Хотя ты про меня пишешь.
Вообще-то, постоянно подглядываешь. И критикуешь.
Это все добрый совет от герр Йоханнес!
Да прекрати ты!
Мы, ученый муж, должны помогайт друг другу!
Лахджа почувствовала, как Майно закипает, и на душе стало чуточку веселее. Чего он так реагирует-то? Она же прикалывается.
— Дай ей палец! Дай ей палец!.. — прыгала вокруг мамы Астрид.
Ее-то как раз не смущало, что мама превратилась в кого-то еще. Она с грудного возраста привыкла, что мама то и дело меняет форму. Но даже в самых кошмарных обличьях мама оставалась мамой, так что Астрид не видела причин переживать.
— Нет, майне кляйнер Астрид, йа не давайт ей палец, — произнесла Лахджа, превращаясь обратно в себя. — Что если он у меня не отрастет, если его поглотит Волосня? Что если я постепенно всю себя растрачу на Волосню? И тогда у тебя не будет мамы, Астрид. Только Волосня.
Астрид не понравился такой вариант, и она посмотрела на Волосню с ненавистью. Какая она злая и коварная. Не то что ее астридианцы.
Вот как раз у астридианцев все было не просто хорошо, а замечательно. К концу весны 1525 года они развились просто феноменально. Посреди террариума высился футуристический город, увитый паутиной трасс. В воздухе носились крошечные аппаратики, а подземная часть превратилась в промышленный комплекс. Гордая успехами питомцев Астрид щедро снабжала их материалами и иногда — немножко! — едой. Большую часть еды они давно производили сами, причем уже не выращивая, а синтезируя.
Более того — они начали экспедиции за пределы террариума. Тот казался полностью непроницаемым, но каким-то образом они все равно сумели выйти за его пределы. На потолке комнаты уже виднелись пятнышки плесени, а иногда по коридору проносились малюсенькие кораблики.
