– Я заинтригован вашей речью, – учтиво произнес он и слегка поклонился, приложив руку к груди.
– Весьма польщен, – в тон ему и с некоторым удивлением, вызванным его несоответствующим внешности голосом, ответил я.
– Удивлены? – Нищему нельзя было отказать в проницательности. – Я – такой грязный, лохмотья, нечесаная борода – и вдруг говорю как человек высокого сословия…
Я обернулся к Варнану. Судя по его угрожающему виду, мой собеседник пришелся ему не по нутру. Великан глядел на нищего недобро, с недоверием.
– Ты кто такой? – спросил он свирепо. – Я тебя где-то уже видел. Только вот не припомню где…
– Скажите будущему начальнику королевской стражи, – сказал нищий с улыбкой, обращаясь ко мне, – что он может меня не опасаться…
– Чего?! – прогрохотал Варнан, – я?! Тебя?!
– Спокойнее. – Нищий поднял ладонь на уровень груди, что-то шепнул, и лицо моего крепкого спутника мгновенно разгладилось и стало совершенно умиротворенным. – Я только хотел спросить у вас, достопочтенный Дарт, должность придворного колдуна еще свободна?
– А ты что, колдун?
– В некотором роде да. – Он поклонился, приложив два пальца к бороде. – Мое имя Ламас, рад представиться вашему величеству…
– Что же ты умеешь, Ламас?
– Многое… – Он хитро улыбнулся из-под бороды. – Я многое могу, думаю, вы сможете в этом убедиться, если только все будет именно так, как мне сказали звезды…
– Сможешь устроить мне встречу с Алкесом?
– Но вы с ним уже встретились, – его лицо просияло, – это в некотором роде тоже моя заслуга.
– Хорошая шутка, – одобрил я, – нет-нет, мне нужна не такая встреча, я бы хотел, чтобы мы встретились на его территории и спокойно пообщались по душам. Мне кажется, он меня неправильно понял…
– Проще простого, – сказал Ламас, – я сам живу в королевском дворце и запросто смогу вас туда провести.
– Ты живешь во дворце? – недоверчиво переспросил я и покосился на Кара Варнана, но тот пребывал в самом положительном расположении духа – тупо и добродушно он глядел на колдуна с тем самым выражением лица, с каким еще недавно колдун смотрел на меня. Мне даже почудилось вдруг, что несколькими минутами раньше Ламас сам находился под воздействием этого чудесного заклятия успокоения. Возможно, он пользовался им иногда, чтобы ощутить благоприятное расположение духа.
– Дворец – мой дом, – подтвердил колдун.
– Тогда все понятно… А ты, наверное, и есть король Алкес, – поинтересовался я, осознавая, что беседую с сумасшедшим. Выглядел он соответствующе – пылающий взгляд, высокий лоб и рот, который постоянно что-то пережевывал.
– Я не король, – обиделся Ламас, – и рассудок мой в полном порядке, но я действительно живу там, потому что волею судеб знаю, как туда проникнуть, а во дворце имеется множество потайных мест…
– Да? – заинтересовался я.
– Разумеется. Этот дворец строился в старые времена, тогда о герцоге де Бонте, да и о мерзкой фамилии его еще и слышно ничего не было. В те времена борьба за власть была так сильно распространена, что военные конфликты происходили повсеместно и почти постоянно, любому замку просто необходимо было большое количество входов и выходов, потайных помещений, секретных застенков и, наконец, подземных ходов, – тут колдун поднял вверх узловатый указательный палец, – которые могли бы привести в замок и, разумеется, вывести из него. Нужно было только знать расположение этих секретных ходов, иметь их карту, и вы могли чувствовать себя во дворце в полной безопасности.
– А ты их знаешь?
– Я знаю некоторые из них, но и этого вполне достаточно, чтобы жить в королевском дворце и ничего не опасаться…
– И что, тебя там никто не замечает? – поинтересовался я.
– Точно, никто, – подтвердил Ламас, – правда, для этого у меня имеется своя, особенная метода, но, в общем-то, все именно так – я живу в королевском дворце, и меня никто не замечает…
– Понятно, – я кивнул, – надеюсь, ты не врешь, потому что я и так нахожусь в крайне расстроенных чувствах, думаю, ты понимаешь, что если наша беседа вдруг окажется пустым трепом, то я вынужден буду убить тебя, ну чтобы хоть как-то успокоить свои напряженные донельзя нервы…
Ламас вздрогнул всем телом, он сильно испугался моей угрозы, должно быть, воспринял ее всерьез, хотя я просто пошутил – я убивал только законченных мерзавцев, а не сумасшедших стариков.
– Зачем же так… зачем же… я же со всей душой, – забормотал Ламас.
Мне стало его немного жаль, но я был убежден, что с колдунами строить общение иначе нельзя: лучше уж сразу запугать чернокнижника, пока он еще не вышел из-под контроля, уверовав, что имеет над тобой какую – нибудь власть. Чего доброго, попытается потом завладеть моим телом, а то и бессмертной душой.
– Ладно, нечего дрожать, – твердо сказал я, – если сказал правду – будешь жить долго и счастливо, обещаю…
Я повернулся и тронул Кара Варнана за плечо. Великан безвольно качнулся, глупая улыбка растянула толстые губы, полузакрытые глаза были абсолютно пусты, а по подбородку неожиданно потекла тонкая нитка слюны. Судя по выражению плоского лица, в этот момент он был безмерно счастлив.
– Э-э-э, не мог бы ты привести его в чувство, – попросил я Ламаса, – что-то мне не нравится, как он выглядит, слишком счастливый, на мой вкус.
– О, да-да, – засуетился нищий, – сейчас… Просто он несколько нервничал, даже угрожал, ну я и решил, что так будет лучше для всех. Да и мы сможем спокойно побеседовать.
Ламас подбежал к Варнану, сжал длинные пальцы в сухонький кулачок и легонько подул в него. Мне показалось, что с его распахнутой ладони что – то спорхнуло и устремилось к лицу здоровяка. Варнан весь встрепенулся, вздрогнул и вдруг громогласно запел:
– Это страааааанное чувство свобоооооды…
Услышав его сиплый баритон, я едва не подпрыгнул:
– Что это с ним?
– Да, да, да, да, да, да, это я тут чуть-чуть перепутал, пере… перепутал, да, да, да, да, да, да, – затараторил колдун, потом он нахмурил брови и поднял вверх указательный палец, – ветер дует с востока, – пробормотал он, – какое невезение… А ведь еще вчера была пятница.
Похоже, он все-таки ненормальный, решил я, с подозрением вслушиваясь в едва различимый бред.
Ламас, наконец, прекратил бормотать, набрался решительности, приблизился и, выкрикнув что-то нечленораздельное, наотмашь ударил Варнана по щеке. Тот резко прекратил петь, выбросил вперед руку и, ухватив злополучного колдуна за горло, поднял его в воздух.
– Ты что это со мной делаешь?! – взревел великан. – Вздумал мне пощечины отвешивать, подлый старикашка?!
– Паамагит… – прохрипел колдун, он бессильно дергал руками и ногами, а глаза его сначала сильно покраснели, а потом стали закатываться.
Великан тряс его свирепо, всерьез, видимо, вознамерился выбить из живущего в королевском дворце нищего дух.
– Эй, Кар, – потребовал я, – поставь-ка его на землю, он нам еще пригодится.
Варнан посмотрел на меня осуждающе, еще разок встряхнул Ламаса, а потом нехотя отпустил его, бешено вращая налитыми кровью глазами.
– Я тебе еще покажу, – пообещал он.
– Да я же ни в чем не виноват, – выдавил колдун; он кашлял и бил себя кулаком к грудь, потом кашель его стих и он принялся осторожно ощупывать горло, – ты ведь сам все это начал… А я старался только не допустить конфликта, я применил исключительно мирное заклятие. А ты…
– А я?! – Лицо Варнана стремительно краснело. – А ну говори, кто виноват на самом деле, грязный старикашка?!
Видя, что так недолго и до беды, я поспешно встал между ними и обратился к Ламасу:
– Итак, я хочу услышать ответ на вопрос. Мы попадем с твоей помощью в королевский дворец?
– И даже более того, – заверил меня Ламас, потом скорчил обиженную физиономию, – правда, некоторые, похоже, мне не доверяют…
– Ладно-ладно, считай, что ты доказал свою лояльность, он больше не будет, – сказал я. – Что ты хочешь за верную службу короне?
– Меня устроят пятьсот золотых в год, постоянное место жительства при дворце, возможность обзавестись семьей, несколько оплачиваемых из казны помощников, полное содействие в поиске составляющих снадобий, ну и двадцать серебряных монет прямо сейчас, – свои требования колдун изложил скороговоркой, словно они были подготовлены давным-давно.
