И здесь все в точку! «Милым человеком» для революционера Саблина на вверенном ему корабле стал лишь уголовник Шейн.
«— У каждого товарища должно быть под рукою несколько революционеров второго и третьего разрядов, то есть не совсем посвященных. На них он должен смотреть, как на часть общего революционного капитала, отданного в его распоряжение. Он должен экономически тратить свою часть капитала, стараясь всегда извлечь из него наибольшую пользу. На себя он смотрит, как на капитал, обреченный на трату для торжества революционного дела».
Речь в данном параграфе идет о «пушечном мясе» любой революции. Что касается Саблина, то роль «пушечного мяса» он отвел обманутым старослужащим матросам — «годкам».
«— Когда товарищ попадает в беду, решая вопрос спасать его или нет, революционер должен соображаться не с какими-нибудь личными чувствами, но только с пользою революционного дела. Поэтому он должен взвесить пользу, приносимую товарищем — с одной стороны, а с другой — трату революционных сил, потребных на его избавление, и на которую сторону перетянет, так и должен решить».
Это к вопросу о том, терзался ли наш «герой» муками совести, что исковеркал судьбы двух сотен ни в чем не повинных людей.
Из главы «Отношение революционера к обществу»:
«— Революционер вступает в государственный, сословный и так называемый образованный мир и живет в нем только с целью его полнейшего, скорейшего разрушения. Он не революционер, если ему чего-нибудь жаль в этом мире. Он не может остановиться перед истреблением положения, отношения или какого-либо человека, принадлежащего к этому миру, в котором — всё и все должны быть ему равно ненавистны».
Данный абзац дополняет предыдущий в том, как должен вести себя настоящий революционер с «пушечным мясом».
«— С целью беспощадного разрушения революционер может, и даже часто должен, жить в обществе, притворяясь совсем не тем, что он есть. Революционеры должны проникнуть всюду, во все высшие и средние сословия, в купеческую лавку, в церковь, в барский дом, в мир бюрократский, военный».
Именно так жил и служил Саблин, постоянно державший против своих начальников, да и всех окружавших его людей, фигу в кармане, говоривший одно, а делавший совершенно иное.
«— Все это поганое общество должно быть раздроблено на несколько категорий. Первая категория — неотлагаемо осужденных на смерть. Да будет составлен товариществом список таких осужденных по порядку их относительной зловредности для успеха революционного дела, так чтобы предыдущие номера убрались прежде последующих».
Ну, здесь все в полном соответствии с взглядами Саблина на уничтожение управленческого класса СССР, как говорится, ни убавить, ни прибавить! *
«— При составлении такого списка и для установления выше-реченаго порядка должно руководствоваться отнюдь не личным злодейством человека, ни даже ненавистью, возбуждаемой им в товариществе или в народе. Это злодейство и эта ненависть могут быть даже отчасти и полезными, способствуя к возбуждению народного бунта».
И здесь Саблин вел себя как прилежный ученик знаменитых террористов прошлого. Именно для этого он заставлял ездивших в отпуск матросов сообщать ему все недостатки, происходящие на их Родине, используя потом это в своей агитации — чем больше недостатков — тем лучше было Саблину.
«— ...Прежде всего, должны быть уничтожены люди, особенно вредные для революционной организации, и такие, внезапная и насильственная смерть которых может навести наибольший страх на правительство и, лишив его умных и энергических деятелей, потрясти его силу».
Этот пассаж полностью соотносится с будущими планами Саблина по «революционному уничтожению» политических противников, прежде всего Л.И. Брежнева и членов Политбюро ЦК КПСС.
Из главы «Отношение товарищества к народу»:
«— У товарищества (имеется в виду революционное товарищество. —В.Ш.) ведь нет другой цели, кроме полнейшего освобождения и счастья народа, то есть чернорабочего люда. Но, убежденные в том, что это освобождение и достижение этого счастья возможно только путем всесокрушающей народной революции, товарищество всеми силами и средствами будет способствовать к развитию и разобщению тех бед и тех зол, которые должны вывести, наконец, народ из терпения и побудить его к поголовному восстанию».
И снова любимый лозунг Саблина—чем больше вокруг недостатков, тем больше недовольных, а чем больше недовольных, тем больше будет у него союзников, следовательно — чем хуже, тем лучше!
«— .. .Спасительной для народа может быть только та революция, которая уничтожит в корне всякую государственность и истребит все государственные традиции, порядки и классы в России. Товарищество (революционное. — В.Ш.) поэтому не намерено навязывать народу какую бы то ни было организацию сверху. Будущая организация без сомнения вырабатывается из народного движения и жизни. Но это — дело будущих поколений. Наше дело — страстное, полное, повсеместное и беспощадное разрушение. Поэтому, сближаясь с народом, мы прежде всего должны соединиться с теми элементами народной жизни, которые со времени основания московской государственной силы не переставали протестовать не на словах, а на деле против всего, что прямо или косвенно связано с государством... Соединимся с лихим разбойничьим миром, этим истинным и единственным революционером в России. Сплотить этот мир в одну непобедимую, всесокрушающую силу — вот вся наша организация, конспирация, задача».
Данный абзац будто прямо вписан в политическую программу нашего «героя». Ведь именно он страстно желал объявить о наступлении коммунизма, уничтожив социалистическую государственность, а для этого «страстно, полно, повсеместно и беспощадно» разрушать все, что не соответствует представлениям о «саблинском коммунизме».
Ну а теперь закономерный вывод. Если «Катехизис революционера» сочинили зачинатели политического террора в России Нечаев и Ткачев и в нем провозглашен моральный кодекс будущих террористов, а наш «герой» полностью соответствует данному «Катехизису», то кем же, в конце концов, является «романтик и демократ» Валерий Михайлович Саблин? Ответ однозначен — политическим террористом. А поэтому я не вижу особой разницы между ним и боевиками Басаева, взявшим в заложники жителей Буденновска. Разница лишь в том, что Басаев захватил беременных женщин, а Саблин несмышленых мальчишек-матросов. Однако кровь у тех и у других была одного цвета и жизнь у всех была тоже только одна.
Идет время, и события, казалось бы, когда-то очень близкого 1975 года давно стали историей. Все, что происходило тогда, происходило уже в ином веке, в ином государстве и под другим флагом. Теперь мы можем рассматривать те неблизкие события уже через призму исторического процесса, который прошла за это время наша страна. А это значит, что мы имеем возможность взглянуть на историю «Сторожевого» более объективно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
