Внезапно англичане обратились к российскому послу в Лондоне, молодому выдвиженцу из «калифорнийцев», отставному полковнику Платову с предложением, которое нельзя отклонить.
Платов тут же сорвался в Петербург и 30 декабря стоял в приёмной Хозяина Земли Русской…
— Без церемоний, Алексей Алексеевич, проходи. Чего желаешь с дороги? Ром, пунш, глинтвейн, овсянка?
— А, ваше величество, э…
— Не бойсь полковник, про овсянку пошутил. Поди там надоела?
— Не злоупотреблял, ваше величество. Ни овсянкой, ни ромом!
— Молодец! Сразу видно — дипломат! А то Горчаков всё брюзжал, мол, обставляю его «своими» людьми. Мезенцев в Ричмонде, ну там ладно — «половинка» Америки всего лишь. Но чтоб в Лондон да новичка! Артиллериста Платова! В отставку грозился подать неистовый наш Александр Михайлович, насилу уговорил старика ещё послужить России. Да, что джентльмены, шутят ещё про Горчакова?
— Если о падении канцлера с экипажа, то первый вал злословья давно прошёл, но прискорбный факт регулярно обыгрывается и в среде творческой — театральная богема, художники, написатели критических стихов.
— Хм, «написатели» значит, острословят против канцлера Российской империи. Сами критикуют, по порыву душевному, или заказ исполняя?
— Ваше Величество, — Платов поднялся с кресла, вытянулся во фрунт, — по моим сведениям такие стишки заказывает французская партия. У меня только сейчас глаза открылись!
— Вот видишь, Алексей Алексеевич, как полезно с государем встретиться. Бах — и озарение тебя посетило!
Платов с благоговением уставился на собеседника. Эх, полковник. Молодо зелено! Тебе 35 лет, а мне, с учётом двух жизней, уже за 80. Да и информация стекается отовсюду…
— Ладно, это всё лирические отступления. К делу, посол. Чего эдакого англичане предложили, что ты самолично в Петербург ринулся, курьерам не доверяя?
— Ваше величество!
— Сиди, Алексей Алексеевич. Если же эмоции переполняют, не можешь кресло давить — подойди к карте и глядя на очертания островов Британских, для успокоения и мыслей концентрации, докладывай.
Платов послушно подошёл к огромной карте и, уставившись на кружок Лондона, начал…
— Ваше величество, я имел двухчасовую конфиденциальную беседу с премьер-министром Великобритании, Генри Пальмерстоном.
— И чего же захотела от России старая сволочь лорд Генри?
— Пальмерстон предлагает поделить Азию.
— Индия и Афганистан — им. А Хиву и прочих нам покорять дозволяет?
— Да, ваше величество, но откуда…
— Зная немножко британцев, предположу, что лорд Генри «набросал» предложений о разделе половины глобуса.
— Так и есть, ваше величество. Премьер-министр выразил готовность пойти навстречу нашим притязаниям в Китае, гарантировал благожелательное отношение британской короны и правительства её величества к российским судоходству в северной части Тихого океана, посредничество в урегулировании проблем с Османской империей.
— Как считаешь, Алексей Алексеевич, отчего такая спешка непонятная? Мы ж с Британией и без того союзники, воюем вон заодно против САСШ, братство по оружию, всё такое.
Платов подобрался, принял строевую стойку. Понял «дипломат Константинова разлива» — экзамен ему предстоит на понимание текущей ситуации и обстановке в мире в целом.
— Ваше величество, полагаю Пальмерстон спешит потому, что Наполеон Третий начал сколачивать коалицию среди европейских держав, для упрочения позиций Франции в средиземноморье и на Панамском перешейке.
— Гм, интересно…
— Да, ваше величество. В Лондоне были весьма разочарованы, когда бригада генерала Новикова передислоцировалась в Техас. Полагаю, британцы рассчитывали на оставление российского воинского контингента на перешейке, что непременно привело бы к обострению отношений Парижа и Петербурга. А их лордства известные любители сыграть на противоречиях. К тому же, ваше величество, через три-четыре года запустится Суэцкий канал, что кратно сократит путь из Европы на Дальний Восток. А канал принадлежит Франции. Далее, Наполеон два месяца тому назад принимал в Париже вашего брата, короля Польского Александра Николаевича. По сути приём прошёл полноценный, как будто Польша независимое государство, не связанное унией с Россией. И это внезапное объявление войны Польше со стороны Северо-Американских Соединённых Штатов. Оно изрядно переполошило Лондон.
— Оно и Вену переполошило. Так сам как считаешь, Алексей Алексеевич, дыша воздухом лондонским, впитывая эту атмосферу чопорной и надменной Англии, — чего от нас потребуют взамен джентльмены?
— Полагаю, — военного союза против Франции. Всё остальное — для отвода глаз. Стравить Францию и Россию как полвека назад, ослабить две ведущие европейские державы, а потом отнять у нас американские владения, у французов — Суэц и Панамский перешеек. Классическая британская «высокая политика»…
М-м-м-м-м-м-м. Выдержал Платов экзамен, выдержал. У парня информации на порядок меньше чем у меня, но выводы верные сделал. А кто такого орла нашёл и продвинул? Я нашёл и продвинул! Старый хрен Горчаков может бухтеть сколь угодно долго и нудно, но мне послы именно такие нужны — молодые, энергичные, думающие как выгоду державе принести, а не как выглядеть попригляднее в глазах лондонского или там венского, парижского света и полусвета. Платова я приметил ещё в Калифорнии, как раз с мексиканцами сцепились и молодой поручик, провёл глубокую разведку и высказал немало дельных соображений по расширению российского «пятачка». Тогда скромный артиллерийский офицер, горячась, волнуясь и сбиваясь, заявил на Военном Совете, что зациклившись на форте Росс и заимке Саттера, отряд великого князя будет впоследствии обставлен блокгаузами американских переселенцев, что потенциального врага надо встречать на дальних подступах. И коль уж больше тысячи штыков российских через Тихий океан перебрались, так надо использовать такой случай.
— Алексей Алексеевич, как думаешь — какой линии британцы будут придерживаться в войне Севера и Юга, на кого сделают окончательную ставку?
— На первом этапе, ваше величество, Великобританию устроит максимальное истощение сторон, а затем они найдут повод и выйдут из соглашения с Конфедерацией.
— А почему не верят в Лондоне, что Юг и Российская империя устоят против Севера?
— Наверняка считают, что Россия увязнет в большой войне в Европе, а ресурсов у САСШ в разы больше чем у Конфедеративных Штатов.
— Ладно, козни и происки наших злейших друзей, считай, обсудили. Сам как думаешь, посол? Идти на сближение с таким ненадёжным союзником как «владычица морей», или к Наполеону качнуться? Тем более он в Мексике авантюру затевает, там без России точно не обойдётся. Байку слышал, наверное, о моём якобы бастарде, сыне Мезенцева, которого Россия в мексиканские царевичи прочит. В пику пятилетнему Эжену Луи Жану Жозефу Бонапарту. Чего глаза отводишь, мы не приятеля твоего Мезенцева обсуждаем сейчас, о деле говорим.
— Так точно, ваше величество. Слышал. Англичане эту сплетню очень активно распространяют.
— Сходится всё, Алексей свет Алексеевич. Всё сходится. Что ж, они с нами в покер хотят сыграть, а мы с просвещёнными мореплавателями в шашки партию распишем. Посмотрим кто кого.
— Когда прикажете отбыть в Лондон, ваше величество.
— Э, полковник. А торопиться не надо! Не надо торопиться! Пару недель поживи на родине. Родители же под Тулой обретаются, так? Вот и навести стариков, Рождество с ними встреть. А числа эдак 15 января одна тыща восемьсот шестьдесят второго года предстань передо мной как лист перед травой. Знаешь такую сказку, про Сивку-Бурку?
— Так точно, ваше величество! Знаю!
Глава 6
Калифорния, хоть и отстояла за тысячи вёрст от Виргинии, где сейчас шли ожесточённые бои на подступах к столице Конфедерации — Ричмонду, ничуть не напоминала глубокий тыл.
Напротив, всяк, решивший прогуляться по Константинополю-Тихоокеанскому мог убедиться — скоро ГРЯНЕТ. Очень уж серьёзные лица были у спешащих по широким улицам «именного» города военных. Даже чиновники губернского правления переоделись в форму четвёртого батальона лейб-гвардии Калифорнийского полка (дал государь «американским чернильным перьям» такую привилегию в военное время). Прочий же народ щеголял в ополченческих «комбезах», непонятно, но кратко прозванных так Константином Николаевичем в бытность его в Русской Америке ещё великим князем.
