Читаем без скачивания Огонь в его ладонях. Без пощады - Глен Кук

Его гибель окончательно сломила волю и без того колеблющейся армии. Во все стороны полетели щепки. Фанатично настроенные правоверные пребывали в горе.

На них обрушился гнев Божий, и отчаяние наполнило их сердца.

Воинство Света перестало быть воинственной, опасной, настроенной на захват ордой, превратившись в толпу уставших от войны людей.

Командование принял, прискакав из Аль-Ремиша, Мауфакк Хали. Он привез мандат от самого Ученика. Но его прибытию предшествовало чуть ли не месячное исполненное хаоса безначалие.

Он застал Воинство Света в полном беспорядке. Солдаты отступали. Некоторые разбегались по домам. Командиры, вместо того чтобы сражаться с врагом, вели между собой, бесконечные свары.

Хали собрал военный совет. Кинжал культа Хариша, воткнутый в дубовую колоду, должен был послужить главным аргументом в дискуссии. Однако дискуссии как таковой не было. Говорил лишь Хали. Задать вопросы он не позволил.

Он объявил, что будет суровым командиром. Он повелел им коренным образом изменить ход кампании. Он сказал, что не потерпит ни пораженческих настроений, ни небрежности. Он также заверил их в том, что Творец остается с ними даже в этот час отчаяния. Доказательством этого является то, что Создатель снизошел в Святилище Мразкима, и Ученик вновь обратился к правоверным. Заканчивая речь, он приказал им не болтать, слушать его и делать то, что им приказано, когда приказ последует. Во время выступления он легонько поглаживал кинжал, и серебряный клинок то и дело вспыхивал неярким голубым светом.

Слушатели полностью усвоили смысл его речи.

Затем Хали принялся методично изучать обстановку и решать самые насущные проблема. Он систематически отрезал от северной армии небольшие отряды и полностью их истреблял. Мауфакк не руководствовался вдохновением подобно Альтафу Эль Кадеру. Не был он и военным гением, таким как Нассеф эль Хабиб. Этот человек являл собой пример упорного труженика, прекрасно владеющего своими инструментами и знающего пределы их возможностей. В то же время Хали прекрасно понимал и ограниченность своих способностей. Однако и то, и другое он использовал до конца. Подчиняясь его воле, Воинство Света прекратило отступление и остановило врага на реке Портуне.

И снова наступила зима.

Эль Мюрид добился победы над засевшим в его теле демоном. Это была долгая, изнурительная война. Его обращенными во внешний мир ушами и глазами служил Эсмат. Впрочем, лекарь скрывал все, что могло хоть немного обеспокоить его хозяина.

Даже после того, как Эль Мюрид выздоровел, Эсмат в основном рассказывал ему о ходе ирригационных работ, затеянных Учеником еще до отшельничества.

Пыл юности давно покинул Руку Божию на Земле. Пророк, зная, что Эсмат плетет интриги, протестовать не хотел. Он хотел избавиться от роли Ученика так, как избавился от наркотической зависимости…

Безволие свое он оправдывал мыслью о том, что сможет одернуть Эсмата в любой момент, как только того пожелает.

Эль Мюрид понимал, что за время его отсутствия движение понесло большой урон. Различные политические группы в Аль-Ремише плели тысячи интриг, пытаясь заполнить вакуум власти. Не исключено, что некоторые из них стремятся поставить под свой контроль и действующих военачальников…

Но ему все это стало безразлично. Принудить себя к действию он был не в силах. После исчезновения Ясмид, ничего не зная о ее судьбе… Ради всего остального ему не хотелось жить.

Однако один человек сохранил верность Вере. Один человек сделал все, чтобы интриги и заговоры не превратились в гангрену, разъедающую тело Движения. Он один вступил в бой с силами разложения. Вступил в бой и победил. Этим человеком оказался Мауфакк Хали — Властелин Убийц.

Хали недолюбливал Эсмата, но тем не менее лекарю доверял. Больше, чем тот заслуживал. Когда Эсмат сказал ему, что повелитель продолжает бороться со своим недугом, Хали очень серьезно отнесся к его словам и поклялся себе, что не даст погибнуть движению, пока пророк не в силах выполнять свои обязанности.

Большую часть своего времени в Аль-Ремише он провел в белоснежном шатре. Из этого шатра то и дело выходили люди С суровыми лицами и горящим взором. Рядом со своим сердцем эти люди держали серебряный кинжал, которому предстояло найти путь к сердцам наиболее опасных заговорщиков.

Даже самые невинные люди, встречая Мауфакка на улице, цепенели от испуга. На Эсмата он наводил ужас.

Эль Мюрид проводил все свое время в обширных апартаментах, спрятанных в глубине Святилища. Он приказал Эсмату доставить в свои покои дюжину столов из бывшей трапезной жрецов Храма. Эль Мюрид, составив столы рядом, расстелил на них карты и поместил довольно грубый макет северной части Хаммад-аль-Накира. Изучая карту и макет, он мечтал о реконструкции своих земель.

Эль Мюрид мог часами бродить вокруг столов, делая заметки и меняя местами модели ирригационных сооружений. Перед его мысленным взором открывались видения пустыни будущего. Цитрусовые рощи. Озера. Обновленные леса. Все это породит вода вечных снегов хребта Капенрунг, путь для которой сейчас прокладывали военнопленные.

Это случилось в тот день, когда погиб Эль Кадер. Его амулет начал слегка вибрировать. Затем он стал невыносимо горячим. От изумления и боли Эль Мюрид вскрикнул. Драгоценный камень засветился сильнее. Затем он вспыхнул так ярко, что Ученик на некоторое время утратил зрение.

От громогласного голоса стены Святилища задрожали.

— Мика аль Рами, сын Сиди, получивший от моего ангела имя Эль Мюрид, где ты?!

Эль Мюрид рухнул на пол, прикрыв лицо ладонями. Некоторое время он ничего не мог произнести. От ужаса его била дрожь.

— Я здесь, о Господь, — наконец пропищал он почти по-мышиному.

— Почему ты изменил мне, Избранник Бога? Почему ты оставил меня в преддверии моего триумфа? Почему ты пребываешь в безделье, окружив себя богатством?

Ужас прижал Эль Мюрида к земле. Он извивался и скулил подобно щенку у ног жестокого хозяина. Голос гремел. Он клеймил Ученика за праздность, себялюбие и снисходительность к своим слабостям. Эль Мюрид не мог выдавить из бледных губ ни слова оправдания.

— Восстань, Мика аль Рами! Восстань и превратись в Эль Мюрида. Скинь с себя покровы безбожия и вновь неси Слово Света Избранным. Королевству Покоя угрожает большая опасность. Твой верный слуга Эль Кадер убит.

Только через пять минут Эль Мюрид осмелился отнять руки от лица.

Свет исчез. Голос затих. Амулет приобрел обычный вид. Однако запястье стало багровым и ужасно болело.

Ученик поднялся на ноги и огляделся по сторонам. Когда он попытался заговорить, голос его сорвался. Это снова был мышиный писк.