Из 2885 орудий и минометов от 76-мм и крупнее 2206 были сосредоточены во 2-й ударной армии, что обеспечивало почти четырехкратное превосходство нашей артиллерии. Таким преимуществом в артиллерии наши войска в боях под Ленинградом никогда раньше не располагали, и теперь важно было правильно его использовать. Вот почему прибывший во 2-ю ударную армию Г. К. Жуков обратил особое внимание на методику артиллерийской подготовки. В предстоящей наступательной операции войска Волховского фронта имели на направлении главного удара до 180 орудий и минометов на километр фронта[480].
Сохранить фактор внезапности в операции такого масштаба, как операция «Искра», было сложной задачей. Все перемещения артиллерии производились только ночью и строго по утвержденному графику. Только за несколько дней до начала операции «Искра» немецко-фашистское командование стало осознавать, что, возможно, здесь готовится наступление. Говоря о подготовке операции «Искра», Г. К. Жуков впоследствии писал: «В этом сражении нам удалось достигнуть тактической внезапности, хотя противник знал, что мы готовимся прорвать блокаду. Но когда именно, в какой день и час, какими силами мы начнем операцию, немецкое командование не знало»[481].
Морозным утром 18 января 1943 г. после ночных ударов нашей авиации по войскам, штабам, аэродромам и узлам коммуникаций противника в 9 час. 30 мин. началась артиллерийская подготовка, длившаяся на Ленинградском фронте 2 час. 20 мин., а на Волховском – 1 час. 45 мин. Более 4500 орудий и минометов с обеих сторон обрушили на вражеские позиции тысячи снарядов и мин. Огонь был настолько мощным, что поначалу он даже ошеломил противника. «Я до сих пор не могу забыть впечатления от губительного огня русских пушек, – показал на допросе пленный солдат 170-й пехотной дивизии немцев. – Как вспомню весь этот адский грохот и разрывы снарядов и мин, так снова меня бросает в дрожь»[482]. После артиллерийской подготовки войска обоих фронтов перешли в наступление. С запада, от Московской Дубровки до Шлиссельбурга, перешли в наступление четыре стрелковые дивизии 67-й армии, которым предстояло преодолеть ледяное поле Невы. «Когда после двухчасовой подготовки вал грохочущего огня стал откатываться в глубину левобережья, – вспоминал воевавший в составе 136-й стрелковой дивизии генерала Н. П. Симоняка будущий известный ленинградский поэт М. А. Дудин, – вот тогда на разрытый, обожженный берег, на разнесенный в щепки лес и двинулась наша пехота. Она пошла, разгоряченная и оглохшая от грохота, по скользкому льду, и в первых цепях, как всегда, – саперы»[483].
Хотя в результате мощной артиллерийской подготовки обороне противника был нанесен весьма значительный урон, разрушить полностью его оборонительные сооружения не удалось, также как и вывести из строя все его огневые точки. Это выяснилось с первых же минут наступления, когда огненный вал нашей артиллерии переместился вглубь немецкой обороны, и пехота попала под сильный огонь немецких пулеметов, минометов и гаубиц, неся большие потери. Наиболее успешно в первый день наступления действовали подразделения 136-й стрелковой дивизии, которые стремительно и с небольшими потерями форсировали Неву и к вечеру этого дня продвинулись на 3 км в глубину обороны противника. Успешно форсировали Неву и воины 268-й стрелковой дивизии. Ее командир генерал-лейтенант С. Н. Борщев позднее вспоминал: «С командно-наблюдательного пункта мы отчетливо видели, как наши артиллеристы, шедшие в боевых порядках пехоты, торопились дотащить свои орудия до левого берега. Налегая на лямки, подталкивая пушки сзади – кто руками, кто плечом, они метр за метром преодолевали торосистый лед. Падали убитые, а раненые, те, кто не мог стоять на ногах, ползком, напрягая последние силы, старались помочь товарищам подталкивать пушки вперед. Казалось, вся боль Ленинграда, вся его ненависть к врагу клокочет в сердцах этих героев, и нет такой силы, которая смогла бы их остановить»[484].
Не столь успешно развивались в первый день события на флангах 67-й армии. Действовавшая на правом фланге 45-я гвардейская дивизия под командованием Героя Советского Союза генерал-майора А. А. Краснова, начав наступление с Невского «пятачка» – плацдарма на левом берегу Невы в районе Московской Дубровки – попала под шквальный огонь противника и смогла продвинуться всего лишь на 500 м. Наступавшая на левом фланге 86-я стрелковая дивизия под командованием Героя Советского Союза В. А. Трубачева при форсировании Невы на участке между Шлиссельбургом и деревней Марьино также попала под сильный огонь противника, и два ее полка вынуждены были залечь на льду и затем отойти на исходные позиции[485].
Одновременно с войсками 67-й армии Ленинградского фронта перешла в наступление 2-я ударная армия Волховского фронта. Наиболее значимых успехов в первый день добилась 327-я стрелковая дивизия, которая при поддержке 39-й инженерной бригады овладела рощей «Круглая» – крупным узлом сопротивления, прикрывавшим дорогу на Синявино. Разгромив оборонявшийся здесь 366-й пехотный полк противника, воины 327-й стрелковой дивизии захватили около 100 пулеметов, 7 орудий и другие трофеи[486]. К исходу первого дня наступления расстояние между 67-й армией и 2-й ударной сократилось до 8 км.
С утра 13 января ударная группировка 67-й армии возобновила наступление по всему фронту. Однако на этот раз немцы с первых же минут боя оказали упорное сопротивление, яростно контратакуя наши войска. В трудном положении оказалась 268-я стрелковая дивизия, части которой в течение почти семи часов подвергались непрерывным атакам противника, поддержанного артиллерией и танками. Артиллерийский дивизион капитана Н. И. Родионова несколько часов подряд отражал атаки вражеских танков и автоматчиков. К концу боя в дивизионе осталось одно орудие, из которого стрелял сам командир дивизиона, и только когда он упал на лафет, сраженный вражеской пулей, замолкло и его орудие. Подоспевшие пехотинцы сумели вместе с артиллеристами отразить контратаку гитлеровцев, нанеся им значительный урон. Тем не менее части 268-й стрелковой дивизии были вынуждены временно отойти под натиском противника на 1,5–2 км[487]. И только 136-я стрелковая дивизия сумела и в этот день продвинуться еще на 4–5 км, а в результате двухдневных боев войска 67-й армии захватили плацдарм до 10 км по фронту и 7 км в глубину[488].
На Волховском фронте 2-я ударная армия также продолжала вести ожесточенные бои. Противник, подтянув к полосе прорыва оперативные резервы, пытался в яростных контратаках вернуть утраченные накануне позиции, но не преуспел в этом. К исходу 13 января ударная группировка Волховского фронта продвинулась в центре на 2–4 километра и завязала бои на подступах к Рабочим поселкам № 4 и № 5. За первые два дня наступления войскам Волховского фронта удалось прорвать оборону противника на 10-километровом участке от деревни Липки до населенного пункта Гайтолово, но при этом они не смогли захватить ни одного опорного пункта. Хотя к исходу второго дня наступательной операции расстояние между ударными
