— Нет, Бенджи. Со мной все в порядке… Поговорила с Орлом и расстроилась.
— А о чем? — спросил Бенджи, беря ее за руку.
— Скажу тебе позже, — промолвила Николь, немного поколебавшись. — Когда ты вытрешься и оденешься.
Бенджи улыбнулся и, поцеловав мать, направился в ванную.
Гнетущее чувство, которое Николь испытала во время разговора с Орлом, вернулось. «О Боже, — вдруг подумала она. — Только не Бенджи. Конечно же, Орел не хотел намекнуть на предстоящую разлуку с Бенджи». Она вспомнила слова Орла про судьбу тех, кто наделен плохой приспособляемостью, и запаниковала. «Не сейчас, пожалуйста, не сейчас, после всего пережитого».
Николь вспомнила давний случай — это было годы назад, когда они впервые гостили в Узле. Она была в спальне, и Бенджи пришел, чтобы выяснить, будут ли ему рады в семье, если он решит вернуться вместе со всеми в Солнечную систему. С огромным облегчением он убедился в том, что его не ждет разлука с матерью. «Бенджи и так уже достаточно много перенес, — сказала себе Николь, вспомнив, что Бенджи жил в Авалоне все то время, пока она находилась в тюрьме. — Орел должен знать это, если он и в самом деле изучал данные».
Невзирая на все старания держаться спокойно, Николь не могла подавить страх и разочарование. «Лучше бы мне умереть во сне, — с горечью подумала она, опасаясь худшего. — Я не могу сейчас распрощаться с Бенджи, это разорвет его сердце и мое тоже».
Единственная слезинка выкатилась из ее левого глаза и поползла по щеке.
— С вами все в порядке, миссис Уэйкфилд? — взволнованно спросил Кеплер.
— Да, спасибо тебе, Кеплер, — ответила Николь, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Она улыбнулась. — Мы, старики, очень эмоциональны, — объяснила она. — Беспокоиться не о чем.
В дверь постучали. Когда Кеплер открыл ее, в комнату вошли Патрик и Наи, за ними следовал Орел.
— Мы обнаружили твоего приятеля в коридоре, мама, — проговорил Патрик, приветствуя ее поцелуем. — Он сказал нам, что вы с ним недавно беседовали… Мы с Наи встревожились…
Орел подошел к Николь.
— Есть еще один вопрос, который я хотел с тобой обсудить, — промолвил Орел. — Не могла бы ты выйти со мной наружу на пару минут?
— Полагаю, что у меня нет выбора. Но я не собираюсь изменять свое мнение…
Когда Орел и Николь оставили комнату, мимо них проехал полный вагончик.
— Итак, что же? — с нетерпением спросила Николь.
— Я хотел проинформировать тебя о том, что все различные формы сетчатых существ, а с ними и уцелевшие птицы определены в группу, которая будет переведена сегодня вечером на Носитель. Если ты по-прежнему хочешь, как говорила после своего пробуждения, вступить в контакт с сетью, пережить то, что описывал Ричард…
— Скажи мне сперва вот что, — Николь с удивительной силой схватила Орла за предплечье. — Нас с Бенджи разделят? Мы с Бенджи не окажемся в разных группах того списка, который ты собираешься зачитать сегодня вечером?
Орел помедлил несколько секунд.
— Нет, этого не будет, — наконец проговорил он, — но я не могу раскрывать детали…
Николь облегченно вздохнула.
— Спасибо, — ответила она, выдавливая улыбку.
Наступило долгое молчание.
— Сети же, — вновь начал Орел, — станут для тебя недоступны, после того как…
— Да-да. Идея прекрасная. Я очень благодарна, и мне бы хотелось пообещаться с сетью… Конечно, после завтрака…
Небольшие кубико-роботы повсюду торчали в луче, отведенном птицам и сетям. Стены, тянувшиеся от пола до потолка, делили его на несколько отдельных зон. Кирпичеголовые караулили все входы и выходы, а также каждую остановку.
Птицы и сети жили возле оконечности луча, в последнем из выделенных помещений. Вход охраняли и кирпичеголовые, и птицы. Оказавшись вместе с Николь у двери. Орел защебетал по-птичьи, отвечая на вопросы крылатого существа. Когда они вошли в помещение, к ним приблизился мирмикот. Он заговорил с Орлом высокочастотными импульсами, исходящими из небольшого круглого отверстия под овальными молочными глазами. Николь удивил уверенный посвист Орла. Она завороженно поглядывала на вторую пару глаз мирмикота, поднимавшуюся на стебельках в 10–12 сантиметрах над головой. Когда Орел закончил свой разговор с мирмикотом, застывшее на время шестиногое создание, напоминавшее гигантского муравья, отправилось прочь по коридору быстрой и гибкой походкой кошки.
— Они знают о тебе, — проговорил Орел, — и польщены тем, что ты пришла нанести им визит.
Николь поглядела на своего спутника.
— Откуда им знать меня? — спросила она. — Я лишь изредка встречала кое-кого из них в общественных местах и никогда не вступала в контакт…
— Твой муж гостил у них… и если бы не он, ни птиц, ни сетей здесь не было бы вообще. О тебе они знают по изображениям, запечатленным внутри его памяти…
— Но разве это возможно? Ричард умер шестнадцать лет назад…
— Но отчет о его пребывании с ними сохраняется в недрах их коллективной памяти, — ответил Орел. — Каждый мирмикот появляется из манно-дыни, обладая значительными познаниями в ключевых областях культуры и истории… Процесс роста эмбриона происходит не только с увеличением его физического размера, но и сопровождается передачей важной информации непосредственно в мозг еще не рожденного мирмикота.
— Ты хочешь сказать мне, — проговорила Николь, — что эти создания начинают учиться еще до рождения? И что внутри манно-дынь, которые мне приводилось есть, хранится информация, каким-то образом передающаяся нерожденным мирмикотам?
— Именно так. И я не вижу причин для удивления. Физически эти существа не столь сложны, как люди. Эмбриональное развитие человека — процесс намного более тонкий. Ваш новорожденный является в мир, лишенный многих физических возможностей и атрибутов. Ваши младенцы нуждаются в старших как для выживания, так и для образования. Мирмикоты рождаются «более умными» и потому независимыми, но наделены куда меньшим потенциалом для интеллектуального развития.
Они услышали пронзительный звук, исходящий от мирмикота, находившегося уже примерно в пятидесяти метрах от них по коридору.
— Он зовет нас, — сказал Орел.
Николь медленно направила свое кресло вперед, так чтобы Орлу было удобно идти рядом.
— Ричард никогда не говорил мне, что эти создания передают информацию от поколения к поколению.
— Он не знал этого. Ричард вычислил их метаморфический цикл и понял, что мирмикоты передают информацию сети или паутине, зови их как хочешь… Но он не подозревал, что наиболее важные элементы их коллективной информации хранятся в манно-дынях и передаются следующему поколению… Можно не говорить, как это сложно и насколько увеличивает жизнестойкость вида.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
