большую часть несчастий на земле приносит невежество». Думается, что титанические усилия, направленные представителями упомянутой партии власти на обострение этнических чувств и обид, натравливание украинцев на другие этносы и народы как ничто иное способствует консервации менталитета нашего населения в густом рассоле невежества и отсталости.
Подлинная беда, когда глава возникшего в пределах подобного пространства государства, на словах заявляя о приверженности конституционным ценностям, на деле стремится возглавить ту или иную партию этнической нетерпимости, приспосабливая последнюю к своим политическим амбициям. При этом упускается из виду, что, когда такая организация становится партией власти, в качестве платы за поддержку она требует привилегий, первыми жертвами которых неминуемо становятся эти же самые конституционные ценности. Тем самым возникает порочный политический круг, эпицентром которого выступает институт главы государства. Как отмечал всё тот же Наполеон, «хартии хороши только тогда, когда их пускают в ход: но нет нужды в том, чтобы глава государства становился во главе какой-либо партии» (напомним при этом, что хартиями в те времена именовали конституции или, по крайней мере, акты конституционного характера). В последнем случае государство обслуживает не национальные интересы всех своих граждан, а этнические чувства, эмоции и оценки узкого круга власть предержащих лиц. Насущные, фундаментальные, основополагающие вопросы бытия людей при этом остаются за бортом государственного корабля.
Многие эксперты сходятся на той точке зрения, что в условиях отсутствия опыта государственного строительства и непонимания нужности своего государства у украинской нации выработалась особенная черта — уникальная приспособляемость к условиям проживания в любых странах и в среде любого народа. Может быть, поэтому, несмотря на лозунг строительства этнического государства, столь многочисленная украинская диаспора, общая численность которой превышает 11 миллионов человек, продолжает жить в других странах. По данным одного из комитетов ООН, наша страна отнесена к вымирающим государствам. Вроде бы зов крови и патриотизма требует срочного восполнения убывающего населения страны. Однако, судя по ряду признаков, выходцы из Украины не горят желанием возвращаться в ту экономическую, политическую, культурную и нравственную реальность, которая образовалась в стране за годы её независимости. Не признак ли это того, что, ощутив хоть раз на Западе вкус культуры достоинства, эти люди предпочли безопасно пользоваться ею в чужом государстве, а не с неимоверным трудом и риском для жизни созидать её в родной Украине?
По некоторым источникам, наши трудовые мигранты умудряются ежегодно переводить своим родственникам в Украину что-то около 21 млрд. долларов США — ни много ни мало, порядка четверти бюджета страны. Таким образом, становится неоспоримым прискорбный факт: при выборе между жизнью в независимом государстве в формальном статусе титульной нации и пребыванием в других странах на положении национального меньшинства или, что ещё хуже, нелегальных мигрантов предпочтение явно отдается последнему. Напрашивается удручающий вывод, что в иных странах даже и в подобном унизительном статусе украинцы чувствуют себя более полноценно, чем пребывая в ранге титульной нации в независимой державе, даже если таковая и носит столь милое их сердцу наименование. Видимо, все эти люди всё же отдают себе отчёт в том, что, для того чтобы действительно состояться в качестве суверенного государства, Украина прежде всего должна стать психологически комфортным домом для всех своих граждан. В противном случае её уделом останется лишь надпись на бортах правительственных самолетов, вывесках официальных учреждений и щитах пограничных столбов.
На практике нашим соотечественникам гораздо легче поменять государство проживания, чем строить своё Отечество. Иными словами, легче адаптироваться, раствориться и жить в среде другого, чужого народа, чем что-либо созидать в кругу своего. Причины этого очевидны: невыносимо тяжко созидать совместный Дом в среде людей, которые в каждый удобный момент с готовностью демонстрируют неуважение к чувству собственного достоинства своего соотечественника. Специфика менталитета населения страны привела многих к психологическому состоянию презрения, неприязни и взаимного недоверия друг к другу. Причем последнего не удается избежать даже в эмиграции, в кругу которой люди должны, как никогда и нигде, держаться вместе, оказывая друг другу всяческую, и прежде всего морально-психологическую, поддержку. Выходцы из Украины не могут найти общий язык между собой даже в цивилизованных странах. По грустным наблюдениям второго Президента Украины, они «до сих пор сводят счеты друг с другом, делятся на недружественные и просто враждебные партии: бандеровцы, мельниковцы, оуновцы. Вместе с тем многие из них считают, что только они являются истинными украинцами…». По всей видимости, здесь просматриваются некоторые черты национального характера, которые в Украине, уже ничем не замутненные, играют определяющую роль при формировании политической системы и институтов публичной власти. Речь идёт опять же о нетерпимости к другим людям.
Эта вакханалия агрессивности в отношении к другим народам не прошла мимо внимания политологов, журналистов и наших соотечественников из ближнего зарубежья. Так, один из них — армянский политолог Артем Хачатурян заметил, что «происходящее сегодня на Украине можно охарактеризовать как процесс зарождения принципиально новой нации — нации русофобов, смысл существования которой заключается во вражде с Россией». С этим замечанием трудно не согласиться, поскольку русофобия действительно стала основой внешней политики Украины в период засилья её внешнеполитического ведомства выходцами из партии этнической нетерпимости.
На активное нагнетание русофобских настроений в ряде регионов нашей державы с грустью обратил внимание писатель В.А. Коротич. В частности, сравнивая настроения людей в разных частях бывшего СССР, он писал, что «в других республиках бывших (я часто бываю в Киеве), особенно в Западной Украине, сильно насаждается идея о том, что все плохое подстроили москали. Там еще живет миф о том, что американцы хорошие, они придут и дадут много денег. Все плохое — это от России. Везде идет мифология внешнего врага, который это все устроил. Плохо все это». Это наблюдение знаменитого писателя, журналиста, экс-главного редактора журнала «Огонек», обеспечившего своей небывалой популярностью процесс перестройки в СССР и, в итоге, суверенитет Украины, должно было бы остудить пыл многих горячих голов одиозной партии власти. Но не тут-то было. Именно бывшие члены КПСС, которые со временем оказались во главе гуманитарной политики, внешнеполитических ведомств и спецслужб Украины, стали ретиво разжигать русофобские настроения в обществе, как бы замаливая тем самым свои грехи прошлого в деле «непримиримой» борьбы с «украинским буржуазным национализмом» в рядах местного филиала советской партийной номенклатуры. На эту особенность национального менталитета бывших советских функционеров украинского происхождения обратил внимание автор статьи «Комплекс титульной нации»: «Мы говорим о взрослых людях, в свое время успевших сделать карьеру в СССР и хорошо знакомых со всеми достоинствами и недостатками советской системы. На что жаловаться бывшим советским функционерам? За что ненавидеть Россию, СССР? За звание народного артиста СССР, за членский билет Союза писателей? За комфортабельную квартиру в центре города? За кабинет в обкоме, райкоме? Ведь большинство нынешних «украинских патриотов» хорошо себя чувствовали при советской власти и занимали приличные должности. Но в один прекрасный момент жизни в уже независимой Украине что-то произошло в их головах… Выходит, всё время они лукавили, врали и притворялись? Что же было у них в головах до 1991 года…» («Руська Правда», 26.02.2010 г.). На мой взгляд, не просто «лукавили,
