Сам секретарь Императора в этот момент находился в своем кабинете в компании Бессета, который внимательно слушал начальника, но никаких конспектов, разумеется, не вел, целиком полагаясь на память. Деррек же, напротив, во время речи сверялся с собственными записями. Когда крокодильи глаза неярко сверкнули, он прислушался и удовлетворенно кивнул:
– Прибыли! Однако подытожим.
– Да, не мешало бы заняться ближайшими задачами, – поддакнул юноша. – Конкретными.
– Это ты верно подметил. Твоя фантазия когда-нибудь подведет тебя, – недовольно буркнул Деррек, на мгновение отвлекшись от созерцания своей бумаги. – Что за представление с охраной ты устроил?
– Я хотел направить Валлента по ложному следу, – промямлил Бессет.
– Уж в сторожку мог бы и не ходить!.. Избавляйся от своего театрального пристрастия к «реалистичности». Лучше бы повнимательней следил за ним, тогда бы вовремя узнал, что ему удалось разобраться с охранной системой! Я полагал, что у него не будет желания и времени с ней копаться. Хорошо еще, что он не сумел выяснить все ее возможности.
– Да, рискованный был план, по правде говоря. Что, если бы он так и не решился применить Мегаллинову мазь?
– А как же наш крокодильчик? – хмуро улыбнулся Мастер. – Он очень удачно укусил Валлента, пробив дыру в его ауре. Как видишь, я подготовил все к тому, чтобы наш усопший друг воспользовался мазью.
Он помолчал, рассеянно глядя сквозь собеседника.
– Первым делом ты должен сделать Тиссе предложение, – наконец проговорил Мастер. – Судя по всему, у Валлента с ней все получилось, так что их будущему ребенку понадобится отец…
– Вся страна станет ему отцом! – вскричал юноша протестующе.
– Не глумись над трагедией народа, – мрачно осадил его секретарь. – Надо поддержать девочку в такую трудную минуту, одной ей придется очень несладко. О ее беременности никто не должен узнать до тех пор, пока не родится ребенок. Надеюсь, к тому времени мы сможем подготовить народ к «избавлению от проклятия». Далее, изымешь флакон с веществом и все бумаги из архива Валлента и снова спрячешь все в той же самой дыре в комнате Мегаллина. За исключением какой-то части дневника, для затравки – этот ход, признаю, оказался весьма удачным. Для этого организуй арест приятеля Наддины, – повод, полагаю, найдется, – и ее вызов в Отдел как свидетеля или пособника. Лучше свидетеля, чтобы она смогла вернуться в свой дом, пока его не разграбили.
– Но Валлент сломал шкаф, закрывавший дыру! – вскричал юный помощник. – Я сам видел… К тому же, я не смогу сдвинуть его и на локоть.
Деррек еще больше нахмурился и какое-то время сосредоточенно вырывал из своего пера тонкие волоски.
– Согласен, выберешь другое место для тайника, – кивнул он. – Но так, чтобы его смог найти только маг с амулетом. Или тот, кто воспользовался желтой мазью… Признай, что мы были близки к провалу – потому, что Валлент оказался неплохим следователем и ухитрился почти докопаться до сути «преступления». Слава Богу, что он был так уверен в собственной неуязвимости! В какой-то момент я даже испугался, что ему действительно удастся противостоять магии жизни и выжить. Интересно, каково это, в одночасье получить на свою голову живого Бога? – Деррек сделал паузу. – Знаешь, после его речей я даже засомневался – а вдруг Мегаллин и в самом деле мог нейтрализовать собственное заклятие? И просто не стал этого делать?
Он тяжело замолчал, глядя сквозь юношу.
– К чему вы клоните, Мастер?
– Чтобы Император не приказал лично мне продолжить дело развития магии жизни, – очнулся Деррек, – нам нужно подобрать следующего кандидата на отцовство, лучше обычного мага. Главное – он не должен ничего узнать о том, что когда-то существовал человек по имени Валлент… А также Маккафа и Тисса, пожалуй. И фокус с Бюшшей больше не должен пройти. Я думаю, их обеих следует пока поселить во дворце.
– Вы хотите сказать, троих?
Деррек не ответил, занятый своими мыслями.
– Может быть, вызвать кого-нибудь из провинциальных филиалов Ордена? – предложил Бессет. – Любой будет только рад. Это же очень почетная задача – разрабатывать магию третьего уровня, да еще по личной просьбе Императора, – без улыбки добавил он.
– Пожалуй… – медленно произнес Деррек и откинулся в кресле, закрыв глаза и потирая их длинными пальцами. На одном из них вновь, как и две недели назад, сидела золотая лягушка со слабо сверкнувшим в широкой пасти александритом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
