– Запоминаю, – ответил Ютланд послушно.
– В озеро можно посмотреть только один раз, – сказал старик раздельно.
– А второй раз когда?
– Никогда, – отрубил он. – Всего один раз в жизни, сколько бы ты ни прожил!
– Ого! – сказал Ютланд.
– Второй раз, – пояснил старик, – увидишь только свое глупое лицо, понял?
– Понял… А как? Какие слова нужно говорить?
– Подойди к воде, – сказал старик, – взгляни в нее и скажи себе мысленно, кого именно ты очень хочешь увидеть… Или что.
– И все?
– Все, – заверил старик. – Ты увидишь его. Увидишь, где он, что делает, услышишь, что говорит.
Глава 4
Скоро Ютланд понял, почему старик с такой легкостью указал дорогу и ничего не потребовал взамен. Дорога еще на подходе к горам превратилась в тропку, а потом и вовсе исчезла. Пришлось перебираться через огромные глыбы, идти по краю пропасти, перепрыгивать трещины, при виде которых любой конь завизжит в ужасе и попятится, уворачиваться от падающих с вершин огромных камней.
Однажды дорогу преградила настоящая пропасть с отвесными стенами, а главное – широкая настолько, что перепрыгнуть нечего и думать. Во всяком случае, вот так, без разгона.
В сотне шагов левее обе стороны соединяет длинный и очень ветхий висячий мостик. Даже отсюда видно, что доски давно прогнили, вряд ли выдержат даже прыжки сытого воробья.
Ютланд торопливо соскочил на землю. Хорт выжидающе уставился в его лицо преданными глазами.
Ютланд покачал головой.
– Вы остаетесь. Ждите. Я быстро: туда и обратно.
Хорт обиженно взвизгнул, Алац ударил в землю копытом и недовольно фыркнул.
Ютланд развел руками и, спеша побыстрее удалиться от укоризненных взглядов, ринулся бегом к висячему мостику.
С первых же шагов тот начал раскачиваться, а прогнившие дощечки моментально рассыпались под ногами в труху. Он едва успевал хвататься обеими руками за веревки, наконец помчался с такой скоростью, что дерево разлетелось в ржавую пыль сразу же за спиной…
Повезло, мелькнула мысль, нет вблизи злых горцев, что могли бы поджечь мост с этой стороны. Прогнившие и пересушенные на солнце дощечки вспыхнут, как сухая солома, пришлось бы не бежать, сломя голову, а вообще лететь…
Последние рассыпались под его подошвами, но он прыгнул, уцепился за каменный выступ и кое-как вскарабкался на узкую площадку, а там сердце охнуло в страхе и остановилось.
Дальше пути нет, но взбираться по отвесной стене сможет разве что муха или преследующий ее паук…
…или человек, который очень хочет попасть к намеченной цели.
Пальцы его покрылись кровью, а затем и ладони, он хрипел, стонал, перед глазами проплывает вниз отвратительно серая стена, кое-где покрытая инеем. Дважды рядом пролетали крупные птицы, отвратительно и злорадно кричали, он вздрагивал и едва удерживался на онемевших кончиках пальцев.
Взобравшись, долго отсапывался, в горле и в груди надсадно хрипит, а когда поднял голову, увидел, что впереди стена еще выше и страшнее.
Дальше двигался, как в горячечном бреду, в памяти остались ошметки воспоминаний, что дрался с какими-то чудовищами, разбивал головы харнам и тархорам, сбрасывал в пропасть что-то совсем уже громадное и злобно ревущее, на вершину взобрался совсем измочаленный, когда начала мелькать трусливенькая мысль: а не повернуть ли назад?
И в это время, как награда, открылась впадина на вершине горы, а в ней, как в аккуратно выложенном бассейне, дивной чистоты озеро, даже не озеро, а небольшой бассейн.
Хотя вокруг все покрыто льдом, вода не замерзла, он видел, как в ней отражаются низкие облака.
– Я, – прохрипел он обугленным ртом, – сумел…
Ноги подгибались, когда он спустился к самой воде, цепляясь за камни, чтобы не свалиться от изнеможения. От нее веет холодом и чистотой, сердце вздрогнуло, встрепенулось и пошло нагнетать в жилы кровь, заставляя очнуться, взбодриться.
Он приблизился к кромке воды, осторожно опустился на колени. Сквозь прозрачную воду видны мелкие камушки на дне, округлые, обкатанные, похожие на мелкие птичьи яйца.
– Хочу, – произнес он, – увидеть Всадника Ночи… великого Патуту, властелина загробного мира… Хочу увидеть, где он сейчас, где его отыскать…
В неподвижной воде вроде бы появилось нечто, но это просто краешек облака, Ютланд всматривался зло и пристально. Вода лишь на миг покрылась рябью, следом появилось бесцветное изображение, сперва туманное нечеткое, затем все обрело резкость, хотя осталось черно-белым, даже все цветы, окружающие увитую розами лавочку, бесцветные, словно в лунном свете.
Мелизенда сидит в глубокой задумчивости, платье на ней блещет множеством искорок, как Ютланд понял, от драгоценных камней, на ногах изящная обувь, тоже в блестяшках, а волосы убраны под расшитый бисером платок.
К ней робко приблизилась девушка в нарядной одежде, поклонилась и сказала просяще:
– Принцесса, меня прислали прислуживать вам с прической, но вы мне так понравились, что я вас уже люблю и буду вам помогать во всем…
Мелизенда досадливо отмахнулась.
– Мне помогать не нужно…
Она сказала что-то еще, совсем тихо, Ютланд не услышал, наклонился к самой воде. Служанка сказала торопливо:
– Но вам нужно подготовиться к свадьбе!
Мелизенда покачала головой.
– Не хочу я никакой свадьбы.
– Нас не спрашивают, – ответила служанка невесело. – Как меня отдали, не спросив согласия, так и вас отдадут. Только меня за конюха, а вас за Цеденгула, он сын великого вождя.
Мелизенда потрясла головой.
– Не хочу! Какой же я дурой была… Могла бы…
– Что? – спросила служанка встревоженно.
– Если бы не моя дурость, – ответила Мелизенда с тяжелым вздохом, – я ехала бы сейчас с одним отважным и благородным юношей… Он заботился обо мне, защищал, спасал, а я держалась с ним как редкостная заносчивая дура! А он все благородно терпел, пока я совсем не освинела от безнаказанности… Что я за дура такая?
Служанка сказала утешающе:
– Зато красивая!
Мелизенда вздохнула еще тяжелее.
– Он и так меня долго терпел. Если бы сейчас мне довелось его увидеть, я бы попросила прощения за свою дурость, надменность, высокомерие… Он хоть и простой пастух, но благородства в нем на десять таких принцев, как Цеденгул Золотые Штаны!
Служанка сказала настойчиво:
– Наша судьба подчиняться мужчинам. Сейчас вас выдают за принца Цеденгула. Что вы можете сделать? Ничего.
– Ничего, – согласилась Мелизенда убито. – Вот был бы здесь Ют…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
