Эти глупые представления необходимо изменить, однако изменить их очень трудно. Поскольку я выступаю против всех этих представлений, индийские массы настроены против меня. Они хотят, чтобы их поддерживали… Их святые продолжают говорить им, что ребенок – это божий дар, святые продолжают благословлять их. Сейчас каждый ребенок приносит новое проклятие; он больше не является благословением.
Политики боятся, что если они введут в стране контроль над рождаемостью, люди перестанут за них голосовать; поэтому они не могут его ввести. Они читают проповеди о брахмачарье, безбрачии; сами они не придерживаются безбрачия, но продолжают учить людей воздержанию. И людям нравятся эти идеи; это идеи, которые нравятся им уже много веков, и люди чувствуют себя очень хорошо: это их культура, их культуру превозносят. Это правильный способ контролировать численность населения – безбрачие.
И сколько людей будут его придерживаться? Дело совсем не в этом. Культурная идея, восхвалявшаяся веками, приносит большое удовлетворение эго.
Безбрачие не сработает. Необходимо ввести контроль над рождаемостью. Если люди примут его добровольно – хорошо. Если не примут добровольно – придется ввести его принудительно. Нельзя позволить людям разрушить всю страну. Но если вы начнете говорить о принудительном введении контроля над рождаемостью, они скажут, что вы не демократ.
Людей останавливают с помощью силы во многих случаях: ворам не позволено воровать – разве это демократично? Ворам нужно разрешить воровать, дать им свободу – демократия означает свободу! Запрещены убийства. Но производить на свет столько детей – это гораздо большее преступление, чем кража; по сути, это гораздо большее преступление, чем убийство.
Времена изменились, ситуация изменилась. Теперь произвести на свет ненужного ребенка – это гораздо большее преступление, чем убийство человека. Это не вопрос демократии, это вопрос выживания. Демократия – это хорошо, но демократия может существовать только в том случае, если страна может выжить. Страна умирает, голодает. Пока не будет введен полный контроль над рождаемостью, эта страна не сможет стать богатой.
Моя позиция очень ясна, мой подход совершенно ясен, но устаревший разум страны не готов меня слушать. Люди приходят ко мне и спрашивают: «Что ты делаешь для того, чтобы Индия не была бедной? Почему ты не открываешь больницы и почему не раздаешь бесплатную еду от ашрама?»
Это делалось и делается уже, по крайней мере, десять тысяч лет. Десять тысяч лет ашрамы раздают бесплатную пищу: это не помогло. Как это поможет, если еще один ашрам будет раздавать бесплатную еду? Есть очень много больниц – это не помогло; как это поможет, если мы откроем еще несколько больниц?
Мой подход не таков. Я хочу перерубить самый корень этой проблемы, меня не интересует обрывание листьев. Однако люди обмануты и одурачены святыми, руководителями, моралистами.
Пожалуй, Карл Маркс в определенном смысле прав, говоря, что религия использовалась как опиум для одурачивания народа и притупления его разумности. Подлинная религия – это не опиум, однако подлинная религия встречается редко. Она существует лишь тогда, когда присутствует живой мастер, – в противном случае священники продолжают притворяться, что ключи от религии у них в руках. У них нет никаких ключей; все, что они делают, – это служат политикам.
Существует заговор между организованной религией и государством – между церковью и государством. Вместе они господствуют над людьми, вместе они низводят людей до положения рабов. Если люди бедны, их проще сделать рабами; если люди бедны, им проще навязать верования, суеверия. Если люди бедны, они всегда боятся ада и всегда жадны до рая. Поскольку они так бедны, над ними могут господствовать священники и политики.
В бедности люди теряют разумность. Для разумности требуется определенное питание. Это хорошо известный научный факт, что если у вас в пище не хватает определенных витаминов, вы не будете разумными. И я по-настоящему обеспокоен, поскольку именно этих витаминов недостает в индийской пище. В индийской пище недостает очень многого – и поэтому можно заметить, что разумность находится на очень низком уровне. Даже так называемая индийская интеллигенция не производит впечатления очень разумной. А для того, чтобы преобразовать эту страну, ее бедность, нужна разумность.
И именно в этом заключается моя работа здесь: в создании большей разумности с помощью медитации; в создании более разумных людей посредством разрушения их суеверий, верований; в создании более бдительных людей, чтобы они могли лучше откликаться на реальную ситуацию, существующую в стране и в мире.
Только так мы сможем перерубить самый корень этой проблемы.
Последний вопрос:
Ошо,
Почему я здесь?
Это очень философский вопрос.
Есть одна история про двух студентов-спортсменов, игроков в американский футбол, пришедших сдавать свой выпускной экзамен по философии. Экзаменационный вопрос состоял лишь из одного слова: «Почему?»
Все студенты бросились писать, лихорадочно исписывая лист за листом. Два футболиста переглянулись и пожали плечами. Первый написал на своем экзаменационном листе четыре слова: «Почему бы и нет?» и покинул аудиторию. Второй написал два слова: «Потому что» и отправился вслед за своим другом.
Не зная, как поступить, профессор поставил первому футболисту «пятерку», а второму – «пятерку с минусом».
Это поистине философский вопрос: «Почему я здесь?»
Я не знаю. Почему бы и нет? Или – потому что.
Трое новопреставленных кандидата в рай сидят в приемной офиса Святого Петра. Наконец Святой Петр возвращается с обеденного перерыва и просит секретаря пригласить к нему первого кандидата.
– Как вы умерли, и почему вы считаете, что ваше место – в раю? – спрашивает Святой Петр.
– Видите ли, – рассказывает мужчина, – в течение какого-то времени я подозревал, что моя жена мне изменяет. Этим утром мне позвонил сосед и подтвердил, что все это – ужасная правда. Он сказал, что полчаса назад к нам в квартиру зашел какой-то парень, и что он до сих пор не выходил. Придя в ярость, я бросился домой, ворвался в квартиру и обнаружил, что моя жена раздетая лежит на кровати. Вне себя от ревности я начал обыскивать всю квартиру – под кроватью, в туалете, за занавесками – везде.
Я никого не нашел. В конце концов, сходя с ума от расстройства и злости, я схватил холодильник, вытащил его на балкон и выбросил с четвертого этажа во двор. Это усилие и волнение оказались для меня чрезмерными – я, должно быть, умер на месте от сердечного приступа.
– Ну что же, – произносит Святой Петр, – это, конечно, очень необычная, но вполне добродетельная смерть. Вы приняты. Пришлите ко мне следующего кандидата.
Второй кандидат рассказывает еще более удивительную историю.
– Святой Петр, – говорит он, – простите мне это выражение, но, клянусь Богом, я никого не трогал, я просто дремал в своем гамаке во дворе дома. Услышав и посмотрев вверх, я успел увидеть лишь огромный холодильник, падающий на меня с четвертого этажа.
– Хмм, – произносит Святой Петр. – В высшей степени трагическая и в высшей степени случайная смерть. Однако, вполне подобающая и добродетельная. Впустите этого человека в рай и пригласите следующего кандидата.
– Святой Петр, – заявляет третий кандидат. – Я знаю, что вы не поверите ни единому моему слову; я просто в этом уверен. Меня вызвали починить холодильник в квартире той леди. Я занимался своим делом, когда она вдруг закричала: «Сюда идет мой муж! Ради Бога, прячьтесь!» И последнее, что я помню, – это как я забираюсь в холодильник и закрываю дверь.
Я не знаю, почему ты здесь. Почему бы и нет? Потому что.
На сегодня достаточно.
Глава 27
Душа – это вопрос
Первый вопрос:
Ошо,
Почему так трудно быть в отношениях?
Потому что вас еще нет. Есть внутренняя пустота и страх, что, если вы завяжете с кем-то отношения, то рано или поздно ваша пустота будет раскрыта. Поэтому безопаснее кажется держаться от людей на расстоянии; по крайней мере, вы можете притвориться, что вы есть.
Вас нет. Вы еще не родились, вы лишь возможность. Вы еще не достигли реализации – а только два реализованных человека могут вступить в отношения. Быть в отношениях – одна из самых прекрасных вещей в жизни: быть в отношениях – значит любить, быть в отношениях – значит делиться. Но прежде, чем вы сможете делиться, вы должны иметь. И прежде, чем вы сможете любить, вы должны быть полны любви, переполнены любовью.
Два семени не могут быть в отношениях, они закрыты. В отношения могут вступить два цветка: они открыты, они могут посылать друг другу свой аромат, могут танцевать под одним и тем же солнцем и под одним и тем же ветром, они могут вести диалог, могут шептаться. Но для двух семян это невозможно. Семена полностью закрыты, лишены окон – как им общаться?
