Свет внезапно исчез, как будто темное облако накатилось на него.
***Лес был все еще погружен в глубокую ночь. После криков тишина зазвенела в ушах Деорнота, когжа могучий Айнскалдир помог ему подняться.
- Узирис на древе! Посмотри, - сказал риммерсман, тяжело дыша. Все еще оглушенный, Деорнот огляделся, недоумевая, что могло привлечь такое пристальное внимание Айнскалдира.
- Джошуа, - позвал риммерсман, - иди сюда!
Принц вернул Найдл в ножны и шагнул вперед. Деорнот почувствовал, как остальные сгрудились вокруг них.
- На этот раз они не просто нанесли удар и растаяли, - сказал Джошуа мрачно. - Деорнот, ты в порядке?
Рыцарь потряс головой, все еще не придя в себя.
- Голова болит, - сказал он. - На что это все смотрят?
- Оно… оно приставило мне к горлу нож, - сказал недоумевающе Стенгьярд. - Сир Деорнот спас меня.
Джошуа склонился к Деорноту, но к его удивлению, опускался, пока не коснулся земли коленом.
- Эйдон спас нас, - - мягко сказал принц.
Деорнот посмотрел себе под ноги. На земле лежала скрюченная, одетая в черное фигура норна, с которым он сражался. Лунный свет падал на лицо трупа, брызги крови темнели на белой коже. Узкий клинок был все еще зажат в его бледной руке.
- Боже! - сказал Деорнот и покачнулся.
Джошуа наклонился над телом.
- Ты нанес сильный удар, дружище, - сказал он, но вдруг его глаза расширились, и он снова выхватил Найдл из ножен. - Он шевельнулся. - сказал Джошуа, пытаясь сохранить спокойствие в голосе. - Норн жив.
- Ненадолго, - сказал Аинскалдир, поднимая свой топорик. Джошуа выбросил вперед руку, так что клинок оказался между риммерсманом и его предполагаемой жертвой.
- Нет, - Джошуа жестом приказал всем отступить. - Глупо было бы убивать его.
- Но эта тварь ведь пыталась убить нас! - прошипел Изорн. Сын герцога только что вернулся с факелом, который он зажег кремнем. - Подумай о том, что они сотворили с Наглимундом.
- Я не о помиловании говорю, - сказал Джошуа, опустив кончик меча на горло норна. - Я говорю о возможности допросить пленника.
Как будто от укола ножа норн вздрогнул. Некоторые из стоявших вокруг ахнули.
- Ты стоишь слишком близко, Джошуа! - крикнула Воршева. - Отойди!
Принц холодно взглянул на нее, но не шевельнулся. Он опустил острие ниже и уперся в ключицу пленника. Глаза норна заморгали, он судорожно глотнул воздух окровавленными губами.
- Ай Наккига, - сипло сказал норн, сжимая и разжимая свои паучьи пальцы, - о-до т'ке стадж…
- Но он же язычник, принц Джошуа, - заметил Изорн. - Он же не говорит по-человечески.
Джошуа ничего не ответил, но снова ткнул его мечом. Глаза норна, отразив свет факела, блеснули фиолетовым, скользнули по лезвию, упершемуся в его узкую грудь, и обратились к принцу.
- Я говорю, - сказал норн медленно. - Я говорю по-вашему. - Голос его был высоким и холодным, ломким, как стеклянная флейта. - Скоро на вашем языке будут говорить только мертвые. - Он сел и качнул головой, внимательно оглядывая все вокруг. Меч принца следовал за каждым его движением. Члены норна казались соединенными странным образом: те движения, которые у человека вышли бы неуклюже, у него получались плавными, а то, что без труда далось бы человеку, оказывалось недоступным норну. Некоторые из наблюдавших отшатнулись, боясь, что незнакомец достаточно силен, чтобы двигаться. Он не показывал боли, несмотря на кровавое месиво на месте носа и многочисленные раны.
- Гутрун, Воршева, - Джошуа говорил, не отрывая взгляда от пленника. Залитое кровью лицо норна светилось, как луна. - Ты тоже, Стренгьярд. Лютнист и Таузер там одни. Идите позаботьтесь о них и разожгите Костер. И готовьтесь в путь. Нам бесполезно таиться теперь.
- И всегда было, смертный, - сказало существо на траве. Воршева с трудом удержалась от резкого ответа на команду Джошуа, Обе женщины отошли. Отец Стренгьярд последовал за ними, сотворив знак древа и озабоченно прищелкивая языком.
- Ну, дьявольское отродье, говори, почему вы преследуете нас? - хоть голос его и был жестоким, Деорнот уловил своего рода любопытство в тоне принца.
- Я ничего не скажу, - тонкие губы приоткрылись в злой усмешке. - Жалкие недолговечные, вы еще не научились умирать, не получив ответов на вопросы?
Разъяренный Деорнот шагнул вперед и пнул это отродье своей обутой в сапог ногой. Норн поморщился, но никак иначе не показал боли.
- Ты дьявольское отродье, а дьяволы - мастера лгать, - рявкнул Деорнот. Голова у него страшно болела, и вид этого ухмыляющегося тощего существа был просто невыносим. Он вспомнил, как они кишели в Наглимунде, словно черви, и ярость взыграла в нем.
- Деорнот… - предупредил Джошуа, потом снова обратился к пленнику:
- Если вы так могущественны, почему вы нас просто не прирежете, и дело с концом? Зачем тратить время на тех, кто настолько вас слабее?
- Мы больше не будем ждать, не думай, - издевательский тон голоса норна приобрел нотку удовлетворения. - Вы схватили меня, но мои товарищи узнали все, что нам нужно. Можете уже обратить предсмертные молитвы человечку на палочке, которому вы поклоняетесь, ибо нас ничто не остановит.
Теперь уже не выдержал Айнскалдир и двинулся к норну с рычаньем.
- Собака! Богохульствующая собака!
- Молчи! - оборвал его Джошуа. - Он делает это нарочно.
Деорнот положил предостерегающую руку на мускулистое плечо риммера. Непросто было сдержать холодный, но быстрый нрав воина.
- Так, - сказал Джошуа, - что ты имел в виду, говоря, что вы узнали все, что нужно? Что ты имел в виду? Говори, или я разрешу Айнскалдиру заняться тобой.
Норн засмеялся, как будто прошелестел ветер в засохших листьях, но Деорноту показалось, что он заметил перемену в его лиловых глазах, когда говорил Джошуа. Казалось, принц затронул какую-то деликатную тему, коснулся чего-то особенного.
- Убейте же меня, быстро или медленно, - дразнил их пленник, - я больше ничего не скажу. Ваше время - время всех смертных, непостоянное и в то же время надоедливое, как насекомое, - ваше время кончается. Убейте меня. Те, что не знают света, споют обо мне в глубоких недрах Наккиги. Мои дети будут вспоминать мое имя с гордостью.
- Дети? - в голосе Изорна звучало откровенное недоумение. Пленник взглянул на него с презрением, но не сказал ни слова.
- Но зачем? - спросил Джошуа. - Зачем вам вступать в сношения со смертными? И какую угрозу мы представляем для вас в вашем далеком северном доме? Что получит от этого безумия ваш Король Бурь?
Норн лишь пристально смотрел на него.
- Говори! Да будет проклята твоя бесцветная душа!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
