минут, принялся одеваться.
Такаки сидел за одним из столов центрального зала и с выражением лица «как такое может существовать?» смотрел на стакан с той самой зеленой мутью.
— Приветствую, Такаки. Я смотрю, Вася-тян и над тобой пошутил.
— Доброе утро, Сакурай-сан, — поздоровался он. И, покосившись на стакан, продолжил: — Со стариками я договорился. Они будут ждать нас в кафе недалеко отсюда. — И, глянув на наручные часы, поправился: — Точнее, уже ждут. Я немного задержался, пока ехал к вам.
— Тогда поехали. Незачем заставлять ждать старших.
Первое, что пришло мне в голову при виде стариков, сидящих за одним из столиков кафе, это то, что маска у них хреновая. Сухонькие старички, сгорбившись, переговаривались о своем, о старческом, но при этом от них прямо-таки фонило военной закалкой и боевым опытом. Про таких говорят: старая гвардия. Они, поди, служили больше, чем я на свете прожил. В обоих мирах.
— Добрый день, — поздоровался я, поклонившись. — Сакурай Синдзи. Не против, если я присяду?
— Вот молодежь пошла, чуть что, сразу присяду, — проворчал старик, что сидел справа от меня. — Как будто у них ноги отвалятся постоять рядом со старшими.
— Кхм, кхм, — многозначительно покашлял Такаки.
— Что, Таки-тян, простуда замучила? — усмехнулся тот, что сидел слева. — Ты глянь, Торенчи, кто-то, кажется, думает, что мы должны тянуться, словно какие-то новобранцы, лишь только нам предложили работу.
Забавное прозвище у старика — Окоп. Что же он такое сотворил, чтобы получить его? В окопах, что ль, сидеть любил?
— Похоже, что так, Кикку. — Ага, а его дружбан по кличке Пинок выпроваживал его оттуда. — Похоже, молодые люди забыли, что мы и на пенсии неплохо живем. Слава богам, что в этой стране не забывают про своих ветеранов.
Я потер переносицу.
— Не, ты видал, Такаки? О времена, о нравы. Раньше перед началом разговора хоть представлялись.
— Вы не совсем правы, Сакурай-сан. Старики во все времена были одинаковы, — философски заметил бывший прапорщик.
— Такие же наглые и хамоватые? — задумчиво произнес я в потолок. — Ну да, согласен. Тогда ладно.
— А мальчик-то с норовом, — заметил Торенчи.
— Его бы нам в учебку в свое время, — сказал Кикку, — быстро бы норов сбили.
— Я свою учебку уже прошел, господа ветераны. И ОЧЕНЬ сильно сомневаюсь, что вы бы смогли научить меня хоть чему-то.
После моих слов старики лишь оглядели меня, усмехаясь. После чего Торенчи — Окоп — почти незаметно поменял положение, а Кик-ку — Пинок — откинулся на спинку стула. Из такого положения, вроде бы расслабленного и не представляющего опасность, очень удобно вскакивать, одновременно подхватывая стул, на котором сидишь. Стул, конечно, не для меня, а для моего спутника, сомневаюсь, что они воспринимают меня всерьез. Впрочем, сейчас меня интересовало, для чего все это? Набивают цену? Или решили не принимать моего предложения? Судя по тому, что они все же пришли на встречу — именно что набивают цену. В любом случае мальчиком для валяния по полу я быть не намерен. Особенно по полу какой-то забегаловки. Так что в ответ на их действия я сменил опорную ногу. При этом улыбнувшись.
— А мальчик действительно не так прост, Кикку, — перестав ухмыляться, произнес «правый» старик.
— Похоже, нам придется выслушать его предложение, Торенчи.
— Предварительно предложив присесть, само собой, — дополнил своего приятеля этот самый Торенчи, поведя рукой в сторону свободного стула.
Со стариками я в конце концов договорился. Мне даже предложили свести знакомство с одним военным инженером, который может помочь с планировкой базы. Да и с материалами. Язык, как говорится, до Киева доведет, а знакомства — до имперского звездного разрушителя. Главное, с Дартом Сидиусом при этом не встретиться. Ну да ладно, шутки шутками, а заниматься еще и инженером у меня времени может и не хватить. Таро тоже загружен под завязку. И что делать, кому поручить? Упускать лишнее знакомство не хочется. Такаки со стариками могут быть разве что посредниками, все-таки они больше служаки, а там кроме переговоров еще и с финансами дела иметь надо. У проверенных людей из Шидотэмору и без нас дел хватает. Эх, блин. Вот потому большие люди, кроме мастера на все руки еще и порученца имеют. Как раз на такой случай. А у меня из достаточно надежных для такой должности людей только Фантик. Но у него мало того что профиль другой, но еще и розыск за душой висит. Может, у Кояма кого попросить? В смысле, с инженером разобраться. Да и вообще, с постройкой на моей частной собственности базы охранной службы. А что? Это идея. Главное, все правильно организовать, чтобы этот человечек чего лишнего не узнал. Криминального о моих делах он бы ничего и не узнал, но… ладно, об этом чуть позже. Сначала этого гипотетического помощника еще выпросить надо.
Забравшись в свою машину, расслабленно вытянулся на сиденье, благо место и комплекция позволяли, и задумался, куда ехать дальше. Тир, словно заговоренный, опять отменялся. Туда наобум можно не ездить, никогда не знаешь, кто конкретно сегодня там будет. Хотя туплю, как мне еще-то узнать, кто и когда там будет? Еще можно съездить в оружейный, но это не горит. Я еще с неделю могу об этом не задумываться. Да и потом, в клубе на первое время запасов хватит. Человек на двадцать. М-да. Лучше, наверное, съездить. Забавно, впереди целый день, а я уже не знаю, что делать и куда податься. И ведь секретаря не заведешь — все тот же кадровый голод. И пока я окончательно не выйду «на свет», с этим у меня будет туго. Да и потом тоже не очень. Наверное, стоит для начала отметиться дома, заодно, если вернулся кто-то из старших Кояма, и о помощнике поговорю. Да и о домике с гаражом перетереть можно.
— Домой, Вась. Надо хоть перед охранкой тамошней засветиться. А то Кагами-сан волноваться будет.
Глава 4
— Добрый день, герр Шмитт, — обратился я к старику за прилавком. — Рад вас снова видеть.
Джернот Шмитт был владельцем маленького с виду оружейного магазинчика на северо-востоке Токио. Этот магазин, кроме владельца немца, отличался от других небольшим тиром в подвале и, конечно, просто потрясающим выбором представленного оружия. Здесь было если и не все, то очень многое. Род старика Шмитта уже не первый век занимался продажей оружия, и, даже не будучи аристократами, их семейство было достаточно известно и уважаемо в определенных кругах. Данный представитель этой семьи, в противоположность своему двоюродному племяннику, занимался продажей в розницу, специализируясь на различных редкостях и новинках.
