Она склонила голову и закрыла глаза, пытаясь не думать слишком много о том, что она должна была сделать.
— Мы, — прошептала она, — собираемся позволить ей это.
Глава 44
Тави проснулся, как обычно, спокойным и без намека на боль.
Он плавал в ванне с теплой водой, его голова и плечи поддерживались наклонной доской.
Он был голым. Пальцы ног виднелись над водой на дальнем конце ванны. Он приподнял голову, что далось ему с трудом.
На его животе, слева от пупка, там, куда вонзился меч королевы ворда, был участок воспалённой, красной, сморщенной кожи.
От места ранения расходились тонкие, красные, припухшие прожилки.
Тави огляделся вокруг затуманенным взором. Он в палатке целителей.
В одной из тех, что уцелели, очевидно. Магические лампы в палатке горели.
Похоже, он был без сознания несколько часов, но не очень долго. Если только не прошло больше суток.
Он ненавидел бессознательное состояние. Оно всегда портило его планы.
Он повернул голову налево и увидел, что соседняя ванна была занята Максимусом.
Он выглядел ужасно, как будто кожа на его плечах, шее, лице превратилась в один большой синяк…
На его друге не было живого места. И его нос был сломан — снова.
Его глаза были закрыты, но он дышал.
Тави чуть приподнялся и взглянул на следующую ванну.
В ней находился Крассус. Он был в таком же состоянии как и Максимус.
Молодой Трибун пошевелился, хотя, казалось, он чувствовал себя еще хуже, чем Тави.
— Крассус, — просипел Тави.
Хотя его глаза были открыты, молодой человек явно все ещё страдал от боли.
Он посмотрел на Тави и слегка приподнял подбородок в знак приветствия.
— Крассус, — прохрипел Тави. В его горле было сухо настолько, что было больно говорить. — Докладывай.
— Я ранен, — сказал слабым голосом Крассус, сглатывая. Он снова закрыл глаза. — Доклад окончен.
Тави пытался заставить молодого человека открыть глаза снова, но в палатке не было никого, чтобы разбудить его. Тави устало откинулся в ванне.
— Он очень устал, — сказал тихий голос.
— Было бы лучше, если бы вы позволили ему отдохнуть, Ваше Величество. Нападение на командный шатер было отбито, большинство нападавших убито. Мы потеряли двадцать два человека, все они из числа охраны, стоявшей вокруг командной палатки.
Тави поднял взгляд и увидел Доротею, тихо сидящую на табурете возле входа в шатер.
Она выглядела ужасно, ее глаза глубоко запали, щеки были бледны.
Ошейник на её шее отражал приглушенный свет лампы слабым, злорадным блеском.
Она поддерживала одеяло, в которое завернулась, несмотря на то, что ночь не была холодной.
— Ваше Высочество, — поправил он ее мягко. — Я ещё не Первый Лорд.
Рабыня устало улыбнулась.
— Вы просто встали перед кошмаром нашего времени, молодой человек. Вы подвергли свою жизнь опасности ради рабыни, которая когда-то пыталась вас убить. Спасибо. Ваше Величество.
— Если вы хотите поблагодарить героя, благодарите Фосса, — сказал устало Тави. — Это он спас вас.
— Ему моя благодарность больше не важна, — спокойно сказала она. — Да упокоится душа его.
Тави медленно сел.
— Где Китаи?
— Спит, — ответила Доротея. — Она очень устала.
— Что происходило после того как я отключился?
Рабыня слегка улыбнулась.
— Некоторые из нас были почти при смерти. Вы. Я. Максимус. Крассус. Она и сама была не в лучшем состоянии. Сил у неё оставалось только на то, чтобы исцелить одного человека. Ей пришлось выбирать, кого спасать.
Тави медленно вдохнул.
— О. И она выбрала вас. Как наиболее опытного целителя.
Доротея слегка откинула голову, как будто она боялась, что что-то прольется, если она двинется вперед.
— Мой старый родственник говорил… — она поежилась. — Вы должны понять. Китаи приняла рациональное решение, соответствующее обстоятельствам. Эмоции, как правило, мешают, когда одному больно и страшно за другого. А ее чувства к тебе сильны как ничто другое. Она легко могла позволить этим чувствам контролировать ее. И тогда я, мой сын, и ваш друг Максимус — все были бы мертвы.
— Она сделала правильный выбор, — сказал Тави глядя на Макса и Крассуса. — Как они?
Доротея подтянула на себя своё одеяло.
— Я предполагаю, вы знаете, что водная магия не может создать что либо из ничего. Она опирается на ресурсы тела, для восстановления повреждений.
— Конечно, — сказал Тави.
— Всему есть пределы. И… и у моего Крассуса было столько травм. Сломанные кости. Разрывы органов. — Она закусила губу и закрыла глаза. — Я сделала все, что могла, но есть пределы тому, что можно исправить. Далее тело должно восстанавливаться за счет своих собственных ресурсов….
Она передернула плечами и замолчала на несколько секунд.
Потом вдруг Доротея провела рукой по лицу, вытирая слезы, заструившиеся по ее щекам.
Ее голос стал дрожащим, но она пыталась использовать четкие, профессиональные термины.
— Повреждения Крассуса обширны и серьезны. Я излечила те из них, которые могли оборвать его жизнь. Если предположить, что нет инфекции, которая очень опасна, когда организм настолько ослаблен — он сможет снова ходить. Но его дни, как Трибуна, закончены.
Тави сглотнул и кивнул.
— Максимус?
— Королева ворда скорее била его по голове, а не по жизненно важным органам, — сказала Доротея с усталостью граничащей с раздражением. — Он в прекрасной форме. Или будет, когда он проснется. Это может занять некоторое время.
— Что насчет меня? — спросил Тави.
— Первоочередной задачей было вернуть вас в состояние нормального функционирования организма, — проговорила она, — на самом деле травма была не столь уж и опасна. Отравление было сильным, но не столь сложным для излечения, как должно было быть. Единственной проблемой было периодически заставлять вас дышать. Но если понадобится, вы снова можете сражаться.
Тави медленно кивнул. Затем он сел, и сказал:
— Вы выглядите ужасно. Отдохните. Битва грядет.
Доротея снова взглянула на Крассуса.
— Я не оставлю его.
— Вы уже сказали, вы сделали все, что могли, — аккуратно сказал Тави. — От вас будут зависеть и другие жизни. Вы отдохнёте. Это приказ.
Глаза Доротеи, обращенные к нему, вспыхнули, сверкнув буквально на мгновенье до того, как её губы медленно растянулись в вымученной улыбке.
— Вы не можете отдавать мне приказы, сэр. Вы не капитан Свободного Алеранского. Приказы ко мне исходят от него.
— Но я могу приказать ему, — с раздражением пояснил Тави. — Кровавые вороны, что человеку нужно сделать, чтобы заполучить хоть немного уважения в этом месте? В конце концов, Первый Лорд я или нет?
