была — без слез не взглянешь, — пробормотала шокированная архе-зэка.
Да, поднялась Дикси во всех смыслах. Попасть в пантеон — это не шутки. Эксклюзивность есть эксклюзивность, ее не пропьешь.
Надпись под фотографией расшифровать было трудновато, но вроде бы значилось — «ориентировочно первый век до нашей эры». Получается, собака канула вглубь веков? А почему нет? Хоть кто-то из членов экспедиции должен был достичь полноценного результата.
Катрин пожала плечами:
— Откуда нам знать? Истинная эксклюзивность и загадки теории времени — несомненно, теснейше связаны. А древнеегипетские крысы — это серьезный стимул. Хорошей охоты, собаченция!
Конец
Вариант 2. Предисловие переводчика
Автор благодарит:
Юрия Паневина за техническую помощь и вычитку,
Поборцеву Н.И. за терпение,
В.В. за всё.
Предисловие переводчика к академическому изданию
Данная книга является научным отчетом одной малоизвестной иностранной экспедиции, облеченным в легкую и занимательную научно-популярную форму. Так можно было бы формулировать, если бы автор и переводчик надеялись запудрить читателю мозги. Но мы уважаем нашего отечественного читателя (пусть и не каждого!). Поэтому честно говорим: эта книга не о научной экспедиции, а об отчаянных поисках сокровищ и иных смыслов жизни, во время которых, крови и пота оказалось пролито столько, что даже я, опытный профессор-практик, была несколько удивлена. Утверждение об иностранной принадлежности экспедиции тоже вопрос спорный, поскольку решающую роль в ее работе сыграли наши с вами соотечественники. Им же принадлежат добытые во время исследований научные материалы, дневниковые записи и всякие иные памятки. К тому же, это достаточно знаменитая экспедиция, хотя все материалы и документы до сих пор хранятся под грифом «совершенно секретно» (и лишь личные связи отдельных влиятельных профессоров позволили подготовить к изданию данную книгу). Осведомленность же узких научных кругов о результатах этой экспедиции позволила опомниться и более не предпринимать столь рискованных и бессмысленных предприятий. Разумнейшее решение!
Что касается формы повествования. Автор и ваша покорная слуга неоднократно спорили, дискутировали и даже ругались, решая, что можно рассказывать малоподготовленному читателю, а что из материалов лучше приберечь для следующих поколений (есть, есть уверенность, что в скором будущем человечеству вообще все будет «по барабану», и тогда любая сенсационная правда проскочит как диетический кефир). В общем, часть научных отчетов, многие технические детали и фрагменты отдельных глав были тщательно изъяты из окончательного варианта книги, скопированы на электронные носители и закопаны в труднодоступных, хорошо заминированных местах. Я посчитала это вынужденным, но правильным решением, и автор со мной согласился. Впрочем, хватит об авторе (его все равно никто не знает), несомненно, читателя куда более интересует мнение известного профессионального переводчика.
Да, меня настойчиво просили, можно сказать, умоляли, взяться за подготовку данного издания, пришлось изыскивать время в плотном научном графике и все же начать обработку столь сырых материалов. Наука требует жертв, и эта жертва была принесена! Должна признать, что одновременный перевод с французского на арабский, английский, шумерский, древнеегипетский, а потом обратно, оказалась нелегкой задачей даже для меня. Попытки сохранить деловой стиль диалогов XXI века, куртуазность бесед XVIII века, поэтичность описаний периода Среднего царства и наивность мировоззрений всяких иных веков, порой приводили к неожиданным и парадоксальным результатам. (Первый вариант перевода восьмой главы я так и не смогла расшифровать, пришлось вымарать главу целиком к черттям собачьим!) Что ж, это был непростой лингвистический вызов, и то, что результат работы в данное время номинирован на премию «Литературная Лагуна», приятно удивил как академическое сообщество, так и меня саму. Впрочем, за популярность представленного издания следует благодарить не только переводчика, но и исключительность ярчайших событий, описанных в книге, а так же использованный во время редакционной подготовительной работы замечательный *** (тут была реклама фирмы по производству великолепного рыбьего жира, но автор, дурень авитаминозный, заставил убрать).
Да, возвращаясь к деталям незаурядной литературной работы. Изначально книга носила логичное название «От тюрьмы до могилы и обратно». Но издатели отчего-то возомнили, что сюжет в легкой научно-популярной форме рассказывает о нравах и обычаях глорских тюрем, знаменитых немых «смотрящих» воровского мира Нового Конгера, женской каторге на Птичьих островах и прочих исправительно-образовательных интересных местах. Дабы предотвратить эти недоразумения рукопись была переименована в нейтральное «Шакалы пустыни». Отдельно отмечу: детям и натуральным натуралистам имеет смысл читать главы №№ 6, 7, 12 и 54 — про шакалов ТАМ! В восьмой главе есть немножко про гиену, во второй части про скорпиончиков и иных гадов. Но любителям живой природы разумнее подождать вариант книги, адаптированный для детей и натуралистов: там цветные картинки, а про любовь и зомбей все вычеркнуто.
Взрослым, интересующимся физикой сопредельных пространств, археологией и зеленоглазыми блондинками, имеет смысл ознакомиться с данным полным специализированным изданием. (Поля для пометок и заметок расширены по многочисленным заявкам читателей! Мы о вас помним и думаем!)
В заключение должна отметить, что все описываемые в книге события произошли в действительности. Пусть не там, не тогда, не с теми людьми и полубригадами, но произошли! Уж поверьте, я сама тому свидетельница. История поучительнейшая!
Итак, начинаем! Год 1798, бесстрашный экспедиционный корпус начинает бессмысленнейшее… Стоп! Что вы меня путаете?! Все совершенно не там началось. В общем, не маленькие, сами разберетесь.
Приятного чтения!
Ваша профессор Л. Островитянская
Глава первая. На пикардийской шконке
Ya na shkonke lezhu i smotryu na Sestru, chto pechalno mne svetit skvoz reshku.
Ya koki-ten molodoy, ya bez morya chervonets tyanu, peresokhlo nutro beskonechno…
(Стихи В. Петлюры в творческой обработке Л. Островитянской)
— Заключенная Кольт — к мадам директору! Катарина, поспеши, — со значением воззвали в коридоре.
Катрин не вздрогнула, хотя дыхание перехватило. Судя по тону надзирательницы — именно то. Наконец-то! Вот так ждешь, ждешь, а все равно бахнут как обухом по гладкому девичьему челу.
Заключенная Кольт покосилась на подруг — напряглись мордашки сокамерниц. Ничего девушки не знают, кроме того что вызов ожидаем и чрезвычайно важен.
— Думаю, это ненадолго, — пробормотала Катрин, садясь на кровати и погружая ступни в узкие туфли.
Надзирательница из конца светлого коридора вдохновляюще помахала рукой. Ну да, сейчас бегом побежим, теряя тапки и
