Читаем без скачивания Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Итак, миссис Уорвик?

Вернувшись в комнату, миссис Уорвик с некоторой поспешностью начала говорить.

— До нынешнего вечера, — заметила она, — существовало разумное объяснение этой трагедии. Человек, которому мой сын причинил горе, случайно убив его ребенка, решил нанести ответный удар. Я понимаю, что это звучит мелодраматично, но, в конце концов, как известно, такие вещи порой случаются.

— Не буду спорить, — заметил Старкведдер, размышляя, в каком направлении пойдет разговор.

— Но теперь, боюсь, такое объяснение не подходит, — продолжала миссис Уорвик. — И следовательно, убийство моего сына опять становится внутрисемейным делом. — Она сделала пару шагов в сторону кресла. — Итак, есть два человека, которые определенно не могли застрелить моего сына. Это его жена и мисс Беннетт. Они были вместе, когда прозвучал выстрел.

Быстро взглянув на нее, Старкведдер опустил глаза, но возражать не стал.

— Несомненно, — лаконично сказал он.

— Тем не менее, — продолжала миссис Уорвик, — хотя Лора и не могла убить своего мужа, она, возможно, знает, кто это сделал.

— То есть она может оказаться пособником убийцы, — заметил Старкведдер. — Например, если она и этот ваш Джулиан Фаррар сговорились обо всем заранее. Вы это имеете в виду?

На лице миссис Уорвик появилось раздраженное выражение.

— Нет, я имела в виду нечто иное. — Бросив очередной взгляд на дверь, она продолжила: — Джулиан Фаррар не убивал моего сына.

Сидевший на ручке дивана Старкведдер поднялся на ноги.

— Откуда вы можете знать об этом? — спросил он.

— Уж поверьте мне, я знаю, — не допускающим сомнения тоном произнесла миссис Уорвик. Она решительно посмотрела на Старкведдера. — Мне необходимо сообщить вам, наш случайный гость, один секрет, о котором, кроме меня, не знает никто в нашей семье, — невозмутимо заявила она. — Дело в следующем… Я уже стара, и мне осталось не так долго жить на этом свете.

— Сожалею, но… — начал Старкведдер, однако миссис Уорвик, подняв руку, заставила его замолчать.

— Я говорю вам об этом не ради сочувствия, — заметила она. — Попросту говоря, так мне будет легче сообщить то, что в ином случае могло бы потребовать сложных объяснений. Бывают времена, когда выбираешь некий образ действий, который не решился бы выбрать, если бы впереди было еще несколько лет жизни.

— Какой же, например? — тихо спросил Старкведдер.

Миссис Уорвик пристально смотрела на него.

— Для начала я должна сообщить вам кое-что еще, мистер Старкведдер, — сказала она. — Я должна рассказать вам кое-что о моем сыне. — Она подошла к дивану и села. — Я нежно любила моего сына. Он рос чудесным ребенком, да и в юности у него было много прекрасных качеств. Удачливый, изобретательный, смелый и жизнерадостный, он был душой любой компании и очаровательным собеседником. — Она замолчала, видимо, углубившись в воспоминания, но вскоре продолжила: — Должна признать, что этим его качествам всегда сопутствовали известные недостатки. Он терпеть не мог никаких ограничений, с трудом сдерживал себя. Ему была свойственна некоторая жестокость, и он был невыносимо высокомерен. До тех пор, пока ему сопутствовал успех, все шло прекрасно. Однако он оказался не тем человеком, который может достойно противостоять превратностям судьбы, и в течение долгого времени я наблюдала, как он медленно катится по наклонной плоскости.

Старкведдер, опустившись на скамеечку, тихо сидел напротив нее.

— Если бы я сказала, что он стал чудовищем, — продолжала мать Ричарда Уорвика, — вы, возможно, сочли бы, что я преувеличиваю. И тем не менее в некотором отношении он действительно был чудовищем — чудовищно жестоким эгоистом и гордецом. Поскольку сам он сильно пострадал, у него возникло огромное желание причинять боль другим. — В ее голосе появился неприязненный суровый оттенок. — Чтобы окружающие тоже страдали из-за него. Вы понимаете меня?

— Думаю, да, — мягко проговорил Старкведдер.

Миссис Уорвик вернулась к своему рассказу, и голос ее вновь подобрел.

— Надо сказать, я очень привязалась к моей невестке. У нее широкая душа, она оказалась сердечной, отзывчивой женщиной, и у нее просто невероятный запас терпения. Когда-то Ричард потряс ее воображение, но я не уверена, любила ли она его на самом деле. Однако, я могу вас заверить, она делала все, что только может сделать жена, чтобы облегчить Ричарду жизнь, помочь выдержать его болезнь и неподвижность.

На мгновение задумавшись, она печально сказала:

— Но он не мог принять ее помощь. Он отвергал ее. Мне кажется, что временами он просто ненавидел Лору, и, вероятно, в его состоянии это было более естественно, чем представляется на первый взгляд. Поэтому, когда я скажу вам, что произошло неизбежное, то думаю, вы поймете, что я имею в виду. Лора полюбила другого человека, а он полюбил ее.

Старкведдер задумчиво поглядывал на миссис Уорвик.

— Почему вы говорите мне все это? — спросил он.

— Потому что вы — посторонний человек, — твердо ответила она. — Все наши страдания, любовь и ненависть ничего не значат для вас, поэтому вы сможете выслушать меня, оставаясь равнодушным.

— Возможно.

Словно не слыша его, миссис Уорвик продолжала говорить.

— И вот настало время, когда нужно было разрешить все наши проблемы… Казалось, остался единственный выход. Смерть Ричарда.

Старкведдер по-прежнему внимательно следил за выражением ее лица.

— И что же, — пробормотал он, — в подходящий момент Ричард умер?

— Да, — ответила миссис Уорвик.

Разговор ненадолго прервался. Старкведдер встал и, обойдя скамеечку, прошел к столу, чтобы потушить сигарету.

— Извините мою прямоту, миссис Уорвик, — наконец сказал он, — но неужели вы собираетесь признаться в убийстве?

Глава 17

Миссис Уорвик задумчиво помолчала. Затем она резко произнесла:

— Я хочу задать вам один вопрос, мистер Старкведдер. Способны ли вы понять, что человек, давший жизнь другому человеку, может также чувствовать себя вправе забрать эту жизнь?

Обдумывая ее слова, Старкведдер обошел комнату.

— Да, в известных случаях матери убивали своих детей, — наконец признал он. — Только обычно этому сопутствовали корыстные мотивы… страховка… Бывало также, что женщины, уже обремененные двумя или тремя детьми, не хотели брать на себя заботу об очередном ребенке. — Внезапно обернувшись и взглянув на нее, он быстро спросил: — Смерть Ричарда улучшает ваше материальное положение?

— Нет, это не тот случай, — твердо ответила она.

Старкведдер покаянно склонил голову.

— Вы должны простить мою прямоту… — начал он, однако миссис Уорвик перебила его.

— Вы поняли, что я пытаюсь сказать вам? — повысив голос, раздраженно спросила она.

— Да, полагаю, я понял, — ответил он. — Вы говорите мне, что мать, возможно, имеет право убить своего сына. — Он обошел диван и облокотившись на спинку, продолжил: — И вы сказали мне, в частности, что вы могли бы убить вашего сына. — Помолчав, он твердо взглянул на нее. — Являются ли ваши слова некой