Читаем без скачивания Самая страшная книга 2015 - Игорь Кром

До тех пор, пока уродливая стена изо лжи не рухнет под собственной тяжестью. Раздавливая в обломки ваш уютненький домик.

До тех пор все твои долги не продадут бандиту с пионерским именем Тимур и внешностью и повадками Чингисхана....

...Глупости, как говорил франт. Морок прошел через секунду. Саня качнулся к чудесному сверкающему празднику. К завораживающему цоканью клавиш, музыке, и звону монет, льющихся рекой в руки ликующих счастливчиков.

- Жетоны, - напомнил Санин спутник.

- Я... – пробормотал Саня, вспоминая про долг, который нужно вернуть к девяти утра Тимуру. – Дело в том, что...

- Конечно! – воскликнул франт. – Мы ведь пришли отыграться. Верно?

И подтолкнул Саню к невзрачной будочке со стеклянным окошечком. За окошечком обнаружился аккуратный старичок с седой бородкой, и быстрыми глазками.

- Пожалуйста, - сказал франт. – Нашему новому посетителю. Со скидкой.

- На время? – уточнил старичок, цепко оглядывая Саню. Вынул из-под стола калькулятор, перетянутый изолентой. Бодро застучал по клавишам, время от времени бросая на Саню короткий взгляд, будто художник, набрасывающий эскиз.

- Тэк, – сообщил он, откладывая машинку в сторону. – Скажем, для начала, два месяца.

- Годится? – спросил франт у Сани.

- Ну...

- Тогда давайте.

- Что? – удивился Саня. – Как?

- Голубчик, - вздохнул франт. – Ну что, вам жалко два месяца той самой жизни, которую вы давеча собирались под случайную машину приговорить? Или с моста? А?

Откуда он знает про мост? – изумился Саня.

И тут впервые с момента знакомства с франтом, ему стало страшно.

Почему-то даже страшнее, чем думать о долге Тимуру.

- Не жалко, - глухо сказал Саня.

- Вот и чудно. Давайте голубчик, не мешкайте, очередь не создавайте.

- Как? То есть, нужно какой-то ритуал, чтобы...

- Какой клиент пошел образованный, а? – восхищенно обратился франт к старичку.

- Нужно, - старичок посмотрел на Саню, и бог весть почему, от этого тяжелого взгляда Сане стало зябко и нечем дышать. – Нужно, молодой человек, только наличие предмета или свойства и желание его продать. Или отдать. Прошу.

Старичок протянул к Сане сухую костлявую ладонь – не то предлагая рукопожатие, не то выпрашивая денег.

- Ну же, - подтолкнул франт.

Саня, чувствуя себя наполовину во сне, наполовину – внутри некого идиотского розыгрыша, протянул свою руку навстречу старику. Собрал пальцы в горсть, будто удерживая в ладони невидимое и зыбкое. Воду? Воздух? Время? И медленно наклонил горсть над жадно раскрытой стариковой ладонью. Пальцы неожиданно обожгло холодом и Саня едва удержался, чтобы не закричать и сразу не отдернуть руку.

- Благодарю, - величественно сказал старик, и высыпал на пластмассовый лоточек возле окошка с десяток блестящих жетонов.

«Новичкам везет» - вспомнил Саня, сдерживаясь, чтобы не прокричать это во все горло. «Везет!»

Он торопливо нагреб в карманы прохладных блестящих монеток и быстро, опасаясь передумать, двинулся к выходу.

Впервые он сумел уйти сразу после выигрыша.

Наверное, потому, что был напуган. Ему хотелось убраться отсюда поскорее.

Картинки на автомате были чудные: некоторые двигались; одна милая женская фигурка все время горела в огне. Мультик? Но почему, когда эта фигурка выпадала, вроде как пахло дымом?

Где заканчивается зал, Саня так и не сумел разглядеть, хотя прошел вглубь. Потом, когда вокруг оказались одни автоматы, он остановился, вдруг испугавшись, что не сможет вообще выбраться обратно. К тому же, вдалеке, у высокого, выдающегося из ряда, агрегата, ему причудилась какая-то странная и вроде бы даже не совсем человеческая фигура.

Ладонь, из который он высыпал в руку старику невидимое, до сих пор болела. Иногда вспыхивала холодом, будто ее опускали в ледяную воду.

О том, что же такое он отдал старику в обмен на десяток жетонов, Саня старался не думать. Тем более о том, как такое вообще возможно.

Бежать, - решил Саня. Отдам долг Тимуру, и забуду об этой ночи. И вообще завяжу с игрой.

На пороге он обернулся.

Зал, как зал. И чего страшного? Разве что огромный. Ну, автоматы чудные. Надо как-нибудь потом разглядеть внимательнее. Вон там – совсем древний раритет, деревянный, резной, со скрипучим барабаном; и типчик рядом с ним подстать агрегату – похож на потрепанного ковбоя из вестернов.

Ладно, потом, - улыбнулся Саня, трогая наполненные звонкой тяжестью карманы, удивляясь, чего это он так хотел сбежать отсюда минуту назад.

А, может, вернуться? Он задумался, перебирая пальцами выигранные жетоны. Наткнулся на телефон. Анька! Лицо вспыхнуло от стыда, будто пахнуло жаром от невидимой печи. Анька не спит, сидит над чашкой с остывшим чаем, смотрит в темные окна. Однажды он застал ее такой, когда заигрался и вернулся за полночь. Открыл дверь, вошел, крадучись, как вор, надеясь, что Анька уснула.

Анька сидела в темноте, ее глаза были покрасневшими от слез.

Почему ты не позвонил? – глухо спросила она. – Я думала, что-то случилось. И телефон не отвечает.

Он долго просил прощения. Изобретал лихорадочно что-то на ходу про ненормальных клиентов и срочный заказ, который печатали вместе с шефом, а потом отвозили. Про телефон, забытый в офисе. Анька смотрела мимо, в темные окна и молчала. То ли слушала, то ли нет. То ли верила, то ли видела насквозь Санькино вранье. Странно думать, что ты можешь наврать человеку, с которым живешь уже много лет. И не просто так живешь, а как говорит заезженная, но оттого не менее верная фраза: душа в душу. Значит, не только тела переплетаются друг с другом, засыпая; но и души, где-то там, в своем невидимом мире, соединяются вместе, прижимаются друг к другу, становясь, пусть на короткое время, одной единой душой – живой, теплой и, наконец, цельной и совершенной. Наверное, поэтому, когда объятия тел размыкаются, остается это неосязаемое прикосновение душ. И потому близкие любящие люди чувствуют друг друга на расстоянии и умеют разговаривать мысленно.

Странно думать, что ты можешь что-то спрятать от такого человека, какую бы толстую и прочную стену изо лжи не построил. Если только он сам решит не заглядывать сквозь эту стену...

С тех пор Саня старался слишком поздно не возвращаться. И предупреждать, когда задерживался.

К тому же врать по телефону, не видя Анькиных глаз, было проще.

Скажите, - спросил Саня: – а можно…. Часть деньгами, а часть...

Временем?

Да.

Пожалуйста, - старичок ловко вынул из-под стола калькулятор. – Тэк. Ваш индивидуальный курс на сегодня… Восемь тридцать две. Итого. Смотрите.