Читаем без скачивания Память огня - Роберт Джордан

— Эгвейн, — сказал Гавин, взяв ее за руку, — Что ты говоришь? Только потому…

Брин схватил голову руками. Затем он осел, так как будто вдруг его конечности потеряли свою силу.

— Я не знаю, что со мной не так, — прошептал он пустым голосом, — Я продолжаю делать ошибки, Мать. Человек ведь может исправить их, говорил я себе. Тогда я делал еще одну ошибку, и еще чтобы исправить их.

— Ты просто устал, — сказал Гавин голосом полным боли, глядя на него.

— Мы все устали.

— Нет, — тихо сказал Брин, — Нет, это больше, чем это. Я устал раньше. Это как… мои инстинкты вдруг стали неправильны. Я даю приказ, а после этого, я вижу уязвимые места, проблемы. Я…

— Принуждение, — сказала Эгвейн, чувствуя холод. — Вы были под Принуждением. Они атакуют наших великих полководцев.

Несколько женщин в комнате, обняли Источник.

— Как это возможно? — запротестовал Гавин, — Эгвейн, у нас есть сестры проверяющие лагеря на наличие признаков направления!

— Я не знаю, как это случилось, — сказала Эгвейн, — Возможно, это было введено в действие месяцы назад, еще до начала битвы.

Она повернулась к Восседающим.

— Я предлагаю Совету снять Гарета Брина с должности командира нашей армии. Это вам решать, Восседающие.

— Свет, — сказала Юкири, — Мы….Свет!

— Это должно быть сделано, — сказала Дозин. — Умный ход, способный уничтожить наши войска пока мы не увидели ловушку. Мы должны были видеть… Великие генералы должны были быть лучше защищены.

— Свет! — сказала Файзелле, — Мы должны послать сообщение Лорду Мандрагорану и в Такан'дар! Это может включать и их, слишком похоже на попытку разбить все наши четыре армии сразу в скоординированной атаке.

— Я прослежу за этим, — сказала Саэрин, двигаясь к пологу палатки. — Прямо сейчас, я согласна с Матерью. Брин должен быть отстранён.

Одна за другой кивали. Это было неформальное голосование Совета, но что делать. Рядом со столом, Гарет Брин сел. Бедный человек. Он был потрясен, несомненно, обеспокоен.

Неожиданно он улыбнулся.

— Генерал? — поинтересовалась Эгвейн.

— Спасибо Вам, — расслабленно сказал Брин.

— За что?

— Я боялся, что схожу с ума, Мать. Я продолжал видеть то, что я сделал…

— Я оставил тысячи людей умирать… но это был не я. Это был не я.

— Эгвейн, — сказал Гавин. Он хорошо скрывал боль. — Армия. Если Брин был вынужден привести нас в беду, мы должны немедленно изменить нашу командную структуру.

— Приведите моих командиров, — сказал Брин, — Я должен буду отказаться от контроля над ними.

— А если и они были подвергнуты тому же, а? — спросила Дозин.

— Я согласна, — сказала Эгвейн, — Это пахнет одним из Отрекшихся, возможно, Могидин. Лорд Брин, если бы вы попались в этой борьбе, она знала, что ваши командиры будут следующими на командование. Они могут иметь такие ​​же неисправные инстинкты, как и вы.

Дозин покачала головой.

— Кому сейчас мы можем доверять? Любой проклятый мужчина или женщина, которого мы назначим командиром может пострадать от Принуждения.

— Нам, возможно, придется командовать самим, — сказала Файзелле.

— Воздействовать на человека, который не может направлять легче, чем на сестру, которая будет ощущать направление и заметит женщину, умеющую направлять. Мы, скорее всего, должны быть чистыми.

— Но кто из нас обладает знаниями о тактике боя? — спросила Феране.

— Я считаю себя достаточно начитанной, чтобы контролировать планы, но, чтобы воплотить их?

— Мы будем лучше, тех, кто, возможно, был поражен, — сказала Файзелле.

— Нет, — сказала Эгвейн, стиснув руку Гавина.

— Тогда кто? — спросил Гавин.

Эгвейн стиснула зубы. Тогда кто? Она знала только одного человека, который гарантировано не был под Принуждением, по крайней мере не от Могидин. Человек, который был застрахован от последствий саидар и саидин.

— Мы должны поставить наши войска под командованием Мэтрима Коутона, — сказала она, — Пусть Свет присмотрит за нами.

Глава 32. Жёлтый цветочный паук

Мэт осматривал поле боя через проход, открытый в полу командной палатки.

Мэт потер подбородок, все еще под впечатлением, хотя он уже почти час использует эти дыры для наблюдения, после того как разгадал ловушку приготовленную Брином для армий Эгвейн. Он послал дополнительные силы кавалерии Шочан укрепить оба фланга войск, обороняющих реку, и дополнительных дамани, чтобы противостоять вражеским направляющим и остановить поток Троллоков давящий на их защиту.

Конечно, было бы лучше присутствовать на поле боя самому. Может, ему снова выйти и немного подраться. Он взглянул на Туон, которая сидела на троне… огромном, десятифутовом троне… у стены штаба. Туон сузила глаза, как если бы знала, о чем он размышляет.

Она Айз Седай, твердил себе Мэт. О, она не могла направлять — она все еще не позволяла себе узнать это. Но она в любом случае треклято одна из них. «И я женат на ней».

Все-таки она потрясающая. Он чувствовал волнение каждый раз, когда Туон приказывала, и делала это так естественно, что Илэйн и Найнив могли бы брать у нее уроки. Туон подходил этот трон. Мэт пристально посмотрел на нее, что принесло ему в ответ сердитый взгляд, и это было совершенно несправедливо. Если муж не может покоситься на свою жену, так на кого же ему смотреть вообще?

Мэт повернулся обратно к полю боя.

— Хорошая уловка, — сказал он, наклоняясь, засунув руку в отверстие. Они были высоко. Если бы он упал, то успел бы спеть три стиха «Она нагая, вот что я вижу», прежде чем коснулся земли. Может быть, даже успел бы спеть припев.

— Это изучила она, — сказала сулдам, обращаясь к своей новой дамани, — Наблюдая за плетениями Айз Седай. — Сулдам, Катрона, чуть не подавилась словами «Айз Седай». Мэт не мог винить ее. Эти слова могли быть жесткими для них, чтобы говорить.

Ему было слишком трудно не смотреть на дамани, ни на эти татуировки цветущих веток на ее щеках, достигающих от ее затылка к рукам, чтобы придать ее лицу чашевидную форму. Мэт был ответственен за то, что она была захваченна. Это было лучше, чем ее борьба за Тень, не так ли?

«Кровь и кровавый пепел, — думал он про себя. — Ты делаешь хорошую работу в попытке убедить Туон не использовать дамани, Мэтрим Коутон. Захватывая одну самолично…»

Его расстраивало, как быстро Шарская женщина подчинилась своему захвату. Все сулдам заметили относительно этого. Только минута борьбы, затем полное подчинение. Они ожидали, что недавно захваченную дамани обучить должным образом займет месяцы, но эта была готова в течение часов. Катрона фактически сияла, как будто она была лично ответственна за характер Шарской женщины.

То отверстие было замечательным. Мэт стоял прямо на краю, смотря вниз на мир, считая знамёна и подразделения, потом отмечал их в своей голове. Что Классен Байор сделал бы с одним из этих открытий, задался он вопросом? Возможно Битва Колесар сложилась бы иначе. Он никогда не потерял бы свою конницу в болоте, наверняка.

Силы Мэта продолжали сдерживать Тень на восточной границе Кандора, но он не был доволен текущей ситуацией. Природа ловушки Брина была тонкой, настолько же трудной, как увидеть желтого цветочного паука, лежащего на лепестке. Мэт знал, что это так. Нужен истинный военный гений, чтобы поставить армию в такую плохую ситуацию, но и этого не требовалось, чтобы увидеть, армия была в плохом положении. Такие штуки не происходят случайно.

Мэт потерял больше людей, чем он рассчитывал. Его войска были прижаты к реке и Демандред, несмотря на продолжающиеся бредни о Драконе Возрожденном, то и дело испытывал защиту Мэта, пытаясь найти слабые места: посылая рейды тяжелой кавалерии на один фланг, затем организовывая атаку Шарских лучников и Троллоков на другом. В результате чего, Мэт должен был сосредоточить своё внимание на действиях Демандреда, чтобы вовремя на них отреагировать.

Скоро наступит ночь. Отступят ли приспешники Темного? Троллоки могут сражаться в темноте, а вот Шарцы скорее всего нет.

Мэт раздал следующую очередь приказов, и гонцы проскочили через врата для их доставки. Казалось бы, прошло всего лишь несколько минут, прежде чем его войска отреагировали.

— Как быстро… — сказал Мэт.

— Это изменит мир, — сказал генерал Галган. — Ответ приходит мгновенно, командующий может наблюдает за сражением, и составлять план одновременно.

Мэт хмыкнул в знак согласия.

— Держу пари, что, однако, все еще требуется весь проклятый вечер, чтобы дождаться ужина из кухни.

Галган на самом деле улыбнулся. Это было все равно, что увидеть трещину в камне.

— Скажите, генерал, — сказала Туон. — Какова ваша оценка способностей моего супруга?

— Я не знаю, где Вы нашли его, Ваше Величество, но он — алмаз большой ценности. Я наблюдал за ним в течении этих прошедших часов, пока он спасал силы Белой Башни. Несмотря на… нетрадиционный стиль, я редко видел командующего сражением, столь же одаренного как он.