«Боится, — думала в этот момент Настя, присев отдохнуть на заботливо подставленный ей почтарем рюкзак. — Наверняка что-то задумала против Юдаса и теперь хочет побыстрее оказаться на нашем берегу, куда он не сможет добраться. Но ничего, мы с Олегом что-нибудь придумаем. Главное — дождаться, пока эта ведьма уйдет в свои Дальние Выселки. И уж тогда можно будет поговорить по душам…»
— Понимаю тебя, — тем временем Олег кивнул в ответ на опасения Ели. — И все же я тебя успокою. Во-первых, я считаю шаги, прекрасно зная, сколько составляет километр. А во-вторых, учитываю любой наш поворот или разворот. Против геометрии не попрешь, Ель. За два километра ручаюсь.
— Что ж, — улыбнулась ведьма. — Убедил, почтарь. И спасибо тебе.
Последние слова она произнесла, как показалось Локову, довольно искренне. А вот в голове Насти творился настоящий кавардак.
«Зубы заговаривает ему, — со злобным подозрением думала девочка. — Либо что-то выведать хочет, когда он растает от ее улыбки… Либо — что еще хуже — и вовсе окрутить его вздумала, чтобы потом еще долго веревки из него вить. От этих служанок Мораны чего угодно можно ожидать, особенно когда с мужчинами разговор ведет».
Ель тем временем повторила все те движения, которыми призвала в прошлый раз путеводный камень — вытянула правую руку, раскрыв ладонь и словно подзывая что-то из почвы. Как собаку… Рыхлая земля легко разошлась в стороны, и серый камень, не встретив особого сопротивления, быстро достиг нужных размеров. Снова, как и тогда, сверкнул, выпустив ломаную светящуюся линию, и ведьма приглашающе кивнула Олегу и Насте.
«Нет, и что же мне глупости всякие в голову лезут! — маленькая ведунья словно почувствовала дуновение свежего речного воздуха, доносящегося до нее по этой путеводной нити, и ей как-то сразу стало легче. — И чего я на ведьму озлобилась, а до этого на Олега? Как будто бабка во мне какая-то заговорила!»
Настя выдохнула, радуясь, что никто не заметил ее слабость, и уже снисходительно посмотрела на то, как Ель взяла почтаря за ладонь. И ничего в этом пошлого нет… Все же ясно — при переброске с использованием путеводного камня нужно держаться вместе, лучше даже друг за друга. И нечего тут всякие глупости думать! Ну-ка, посмотрим, такая же теплая у ведьмы рука?..
Олег посмотрел на свою маленькую компаньонку, будто почувствовав что-то странное, но за те пару секунд, что получилось этому уделить, ничего необычного так и не увидел. Тогда он вновь сосредоточился на том, куда их вела пульсирующая дорожка. Втроем они одновременно сделали шаг вперед, вставая на пронзившую землю белую трещину, где она начиналась, и в тот же миг сила путеводного камня сорвала их с места, унося за тридцать километров. Прямо к берегу Волги.
На этот раз маленькая ведунья даже не пыталась разглядывать мельтешащие по сторонам детали маршрута, по которому они неслись с нечеловеческой скоростью. И это сделало свое дело — когда безумный полет закончился, Настя чувствовала себя просто отлично. Никакого сравнения с прошлым разом.
— Вот мы и на месте, — бодро объявила ведьма, едва заметно выдохнув с облегчением. — Ты действительно все правильно рассчитал, Олег.
— Ты уже поблагодарила, — отмахнулся от нее почтарь и пошел в сторону ожидающей их лодки.
Настя повернулась в сторону зарослей, стоящих стеной на небольшом расстоянии от берега, и почувствовала странную грусть. Будто бы она уезжает из дома, где остался кто-то близкий, кого не хотелось оставлять, а вместо этого взять с собой…
— Эй, ведунья! — окликнула ее Ель. — Давай вперед! Олег уже ждет, а нам еще нужно доплыть до нашего берега до наступления рассвета!
Настя обернулась к Волге и четко нашла восток. Над ним еще не поднималось восходящее светило, не было видно привычного зарева, но небо буквально кричало о том, что очень скоро все резко изменится. Ведьма права, им пора спешить. Если же они не успеют… Впрочем, в этом случае ничего страшного не случится — придется остаться на этом берегу в ожидании следующей полуночи. Но тратить целый день на то, чтобы вздрагивать от каждого шороха, не хотелось бы даже Ели, которая сама дитя Нави. Чего уж тогда говорить о них с почтарем.
Мысли обо всем этом пронеслись в голове девочки в одно мгновение, и она тут же уверенными шагами направилась к лодке. Олег подал ей руку, помог взобраться на качающийся борт, затем она уже сама заняла привычное место на корме. Ведьма стояла у носа как заправский капитан, расставив широко ноги и сложив руки на груди. Почтарь налег на весла, послышался легкий всплеск, и лодка направилась к середине Волги.
— Чуть левее, — сказала ведьма. — Вот теперь хорошо.
Судя по интонации, она явно расслабилась. Что ж, они действительно взяли верное направление — Настя тоже увидела заросли могучих берез на их берегу. Они казались такими маленькими и далекими отсюда, что маленькая ведунья на секунду испугалась, что они могут не доплыть. Но уже в следующий миг ее голову заняли совсем другие мысли.
«Пожалуй, к этой ведьме стоит присмотреться, — думала Настя, неожиданно по-настоящему осознав, что они совершили. — Никто и никогда не мог забраться так глубоко в Навь… Но вот стоило служанке Мораны и почтарю заключить союз, и они сделали это практически без подготовки. Подобные люди, вернее, создания Нави новому роду, моему роду, вполне пригодятся. Тот же водяной Умырь стал частью Приграничья, а Ель и Юдас станут частью моей силы, что…»
Девочка так и не додумала последнюю мысль до конца — уж слишком сильно навалилась на нее усталость, и она не выдержала и прикрыла глаза, позволяя себе хоть чуть-чуть отдохнуть. Самую малость… Вот только мерный плеск воды убаюкал девочку, и проснулась она уже только от того, что лодку качнуло, когда они пристали к берегу. Настя спросонья похлопала глазами, повернула голову и неожиданно обнаружила, что проспала всю дорогу на коленях у Олега. А тот, несмотря на то что ему приходилось все это время грести, выводя их лодку против быстрого течения, даже не подумал ее поднять.
«Дурак он…» — фыркнула про себя Настя, вскакивая на ноги, но на ее лице при этом появилась какая-то совершенно глупая детская улыбка.
Ель уже стояла на берегу, ожидая их с Олегом, и наблюдала за девочкой со смесью тревоги и любопытства.
«Надо признать, она держится молодцом, — размышляла ведьма. — Другая бы на ее месте, кто поумнее, уже поняла бы все и, осознав, что скоро потеряет душу, прыгнула бы в Волгу. Та, что поглупее, уже полностью бы поддалась чужому влиянию и теперь рассказывала бы нам с почтарем идеи, как обустроить мир Яви. Или что там он ей внушил, это старое чудовище… А так, мысли полубога и эта девчонка — они как будто просто слишком разные. Она до конца не может почувствовать их, те же в свою очередь не могут подчинить ее. Как свет и тьма, нет, свет и сумрак… Ну, и почтарь, конечно, свою лапу тут приложил, хоть еще и не понял этого. Тоже ведь две сущности, которые никогда не должны были пересечься в его душе — жажда мести, подпитываемая печатью Мораны, и обычные человеческие чувства… Вот только, похоже, есть вещи, которые даже боги не могут контролировать. Сколько бы сил они ни вкладывали, а эти люди просто берут и делают друг друга свободными. Глупо, но ведь работает… Впрочем, еще ничего не кончено. Внушения Мораны и Юдаса продолжают спать в их душах и в любой момент могут попробовать нанести новый удар. Впрочем, я уверена, что эти двое найдут способ справиться».
— Еще раз спасибо, почтарь, — сказала Ель уже вслух. — Сегодня наши пути на этом расходятся, мне пора возвращаться к себе. Но если что — ты знаешь, как меня найти.
— Конечно, — кивнул Олег.
Их кони все так и паслись там, где они их стреножили, и, увидев хозяев, обрадовались. По крайней мере, их довольное ржание и оживленное потряхивание гривами свидетельствовало именно об этом. Ведьма проследовала к своей черной кобылице, освободила ее и, вскочив в седло, быстро умчалась прочь.
— Ну и путешествие, — улыбнулся Олег оставшейся рядом с ним Насте. — Предлагаю подкрепиться прямо сейчас, восстановим силы.
