казначей, – то тот поможет ему вернуть расположение Стафиса. Сам же Стафис, пока находится по близости к кукольнику, лишён всех нужд и совершенно беспечен; ему по душе такая жизнь, он даже боится лишиться подобной опеки. Кукольник это понимает, и щедро пользуется.
– Время ему ничуть не навредило, – впервые улыбнулся часто задумчивый мужчина, внимательно выслушав рассказ.
Отвлечённый от наступившего обеда император, не заставил отвлечься от восполнения сил Евразийских граждан. Алан и Милена, к примеру, пожаловали в дворцовую столовую. Раньше свои трапезы здесь проводили Артур и Инесса; теперь их дочь, и её кузен.
У сомкнутых дверей стоял солдат, одетый в форму «Реокрацу», с повязанной на руке единицей. Паренёк похожий всем, кроме разве что лица, стоял у широкого окна, даруя детям безопасность.
Запас изысканных блюд в тарелках наследников быстро истощался, хотя Алан явно опережал свою «сестру»; Милена, как обычно, медлила.
– Чем займёмся, когда доешь? – проявил мальчик дальновидность. – Погуляем где-нибудь, или послушаем книгу? – внимателен был он к кузине.
– Нет. Сегодня, я предлагаю подумать. Подумать о нашем будущем, нашем короле, нашем с Империей разделе, – предложила она, начав вытирать рот салфеткой.
– Это что-то новое, – усмехнулся Алан. – Я совсем не против. Давай подумаем… будешь доедать? – спросил он, заметив Миленин настрой встать.
– Нет. Я хочу поскорей приступить к разговору. И хочу провести его наедине, так что, проводишь в мои покои? – безрадостно попросила девица.
– Конечно, – согласился Алан, вскочив с места. Вначале он помог кузине встать, затем, опустив сжатые руки вниз, они неспешно зашагали к выходу. Дверь им открыл служитель «Реокрацу», он её и закрыл, преследуя наследников со спины.
Помешать уединению детей двух королей не посмел никто; даже приставленный охраной паренёк, остался за закрытыми дверьми.
Милена присела на свою кровать, Алан же – на кресло в углу комнаты.
– Скажи что-нибудь, чтобы я знала, куда смотреть, – смущённо прозвенел девичий голос.
– Ты можешь смотреть, куда тебе удобно, – покачал головой мальчишка.
– Мне удобно смотреть на тебя, – повернувшись точно к кузену, призналась Милена. – Скажи Алан, ты хочешь быть королём?
Юный принц задёргался, перебирая варианты ответа. Он знал, что лгать – смысла не было…
– Я хочу, но боюсь этого. Я боюсь навредить кому-либо, своей случайной ошибкой. Я люблю Евразию, и желаю ей только процветания, но не знаю, смогу ли подарить его ей.
– Ты честен, и это похвально. Но ты малодушен, и это беда. Каждый человек платит за жизнь, и у каждого жизнь своя. Твоя – дороже миллионов других, как раз потому, что её цена – забота об этих миллионах. Я встречала множество людей; со многими говорила, и практически в каждом видела ложь. Но только ни в тебе. Если я скажу, что знаю человека, более достойного бархатного трона, чем ты – солгу. Тебе нельзя бояться ответственности, если не ради народа – ради Кира, и меня.
Алана радовали эти слова; они вызывали улыбку, хотя заставляли нерешительно смотреть вниз.
– Если подумать, твой отец был королём до моего, и ты на год меня старше. В какой-то степени, трон и твоя привилегия.
– Власть всегда ходит в ногу с опасностью. Что сможет сделать слепая девочка? Я лучше стану достойной опорой для тебя – короля по всем правам, – непоколебима была уверенность Милены.
– Мне кажется, ещё рано об этом думать. До возраста, когда коронация допустима – мне ещё четыре года, а тебе три. За это время может уйма всего измениться…– деликатно отошёл от темы Алан.
– Думать рано не бывает, – молвило белоснежное дитя. – Ты слишком полагаешься на Фрая. Поверь, он не такой хороший король, каким ты его видишь.
– Почему? Отец доверял ему, вся когорта «Реокрацу» доверяет по сей день. Он умён, справедлив и добр. По-моему – Евразия в надёжных руках.
Милена молчаливо выдохнула. Покачав головой, она отвернулась, и тихо произнесла:
– Какой абсурд… слепые люди могут видеть больше зрячих. Ты помнишь, последние слова Кира? – повернув голову к кузену, направила Милена взгляд к его коленям. – Помнишь, чего он желал?
– Да, – стыдливо ответил сын. – Он желал свободы нашему миру, от мира холодной стали. Он желал гордиться мной, в день раздела материков. И боялся за те времена, когда на свет родится его одиннадцатый внук…
– Правда. Помимо жизни принца, ты унаследовал и долг – быть хорошим королём. Так ведь?
– Да. Так, – покорно согласился Алан.
– Я хочу услышать от тебя только один, как всегда правдивый ответ – ты станешь достойным сыном своего отца? – волевым голосом надавила Милена на чувства кузена.
– Я сделаю всё, ради этого, – озвучили уста, над которыми зажглись глаза уверенности.
Милена улыбнулась так чисто, как не улыбалась ещё никогда.
– Правда, – кивнула она головой, источая душевную радость.
Чем позже к делу приступишь, тем позже его окончишь. Наглядным примером стал король Фрай, чей обед начался позже полудня, и завершился только сейчас. Мальчишка не отказывал себе в удовольствии пользоваться властью; полноценный рацион ему доставили прямо в зал, за рабочий стол.
Сложив приборы на поднос, что хранил опустевшую посуду, король обратился к стоявшему у двери солдату седьмого отряда «Реокрацу».
– Тебя ведь не затруднит унести это? – придвинув кружку с горячим шоколадом, попросил он.
– Не затруднит, – с ноткой обиды, ответил паренёк.
Забрав поднос, солдат направился к выходу. Но прямо перед ним дверь отварил седой старик, известный в Евразии, как генерал основных войск. За ним стояли недовольными ещё двоя: паренёк лет двадцати пяти, чьё плохое зрение выдавали толстые очки, и тридцатилетняя женщина, обольстительно- Добрая на вид.
Пред составом министров служитель когорты отошёл в сторону, позволив им войти. Каждый по очереди смятённо оглядел солдата, и поднос в его руках. После этого, когда проход освободился, паренёк с семёркой на руке покинул зал.
– Наши защитники у вас на побегушках? – обратилась к королю светлая дамочка.
– Это небольшая услуга, он не был против, – приветливо ответил кукольник. – Проходите, садитесь, нам стоит обсудить замену министра финансовых учётов. Кто бы мог подумать, что прежний подаст в отставку, – наигранно опечалился король, пока советники занимали места около его стола.
– Зачем эти формальности? У вас наверняка уже есть тот, кем вы его замените, – неучтив был генерал.
– Хах, поверьте, был бы такой человек – он бы уже сидел среди вас. Но, как видите, четвёртое место пустует. Так что… каковы ваши кандидатуры?
– Не трудно найти любителя бюрократичных подсчётов, – вставил паренёк в очках – действующий начальник программного развития. – Куда важнее будущее меча Магнэрайс, и проекта «Раздел». Я не вижу поводов откладывать его, ведь последней волей короля Кира, было именно это. Мы не должны нарушать традицию выполнять просьбы покойных. Особенно, когда они так важны.
– Это я хотел обсудить сразу после нового Минфина…– задумчиво, не спеша произнёс король. – Но ладно, пропустим «Раздел» вперёд. Вот скажите, разве этот проект безопасен? Он создан ради
