Читаем без скачивания Сердце змеи (СИ) - Turner Jane

– …я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым.

Озвучив ультиматум до конца – Волдеморт приказывал Гарри явиться в Запретный лес – голос стих, оставив после себя звенящую тишину, от которой закладывало уши. Казалось, во всем замке смолкла битва, больше не было слышно никаких звуков. Пожиратели перед ними не опустили палочек, однако не атаковали, а вместо этого, как по команде, окружили себя щитами с помощью «Протего» и начали отступать к лестнице. Покрасневшего, все еще отплевывающегося от воды Лестрейнджа под руки уволокли Нотт и Джагсон.

– Ты… – внезапно выдавил Долохов, не сводя взгляда с Миранды. В глазах отразилось узнавание. – Ты не постарела ни на один день…

Она чуть склонила голову, сохраняя непроницаемое выражение лица и не собираясь дать ему ни одной подсказки, но задерживаться маги не стали. Через несколько секунд все черные плащи скрылись на лестнице, но ребята выждали еще не меньше минуты, прежде чем опустить палочки. И только после этого потрясенные Миранда, Джордж и Корнер перевели взгляды на мертвую Тонкс.

– Не может быть… – выдохнул Джордж. – Вы слышали, что они сказали про Люпина?

– У них же только сын родился, – в груди что-то сдавило, когда Миранда представила себе очередного ребенка, которому предстояло вырасти сиротой, потому что его родители отдали свои жизни в войне с Волдемортом. В голове не укладывалось – Тонкс, всегда такая жизнерадостная, активная, дружелюбная…

– Надо спустить ее вниз, – сказал Майкл негромко, вытирая кровь с разбитого лица. Левая рука у него была вывернута под неестественным углом. – Нельзя просто бросить ее здесь…

Миранда и Джордж кивнули, и с помощью тройного левитирующего заклинания тело Тонкс взмыло в воздух. Медленно, аккуратно, следя, чтобы оно не задевало стены, ребята направились в Большой зал, минуя горы обломков, битого мрамора, стекла и щепок. Тут и там виднелись пятна крови. На первом этаже огромные песочные часы, отсчитывавшие баллы для Слизерина, были разбиты, изумруды усеяли весь вестибюль.

Столы факультетов исчезли. Зал постепенно наполнялся выжившими – родные и друзья отыскивали друг друга в толпе и бросались друг другу в объятия. В центре зала лежали рядом тела убитых, среди которых Миранда почти сразу узнала Люпина. Горло стиснуло, она едва не оступилась. Перед ними все расступались, давая дорогу, слышались всхлипы и вскрики, когда кто-то узнавал Тонкс. Неподалеку стояла семья Уизли. Миссис Уизли рыдала, по лицу Артура катились слезы. Лицо Джинни опухло, было странно пятнистым. Уже понимая, что самое непоправимое произошло, Миранда страшилась сделать последние шаги, увидеть, кто еще лежал там, на полу… Но нужно было положить тело Тонкс туда же, и они продолжали идти, как вдруг…

Она не сразу поняла, что за странный воющий звук раздался рядом – только с опозданием Миранда поняла, что его издал Джордж. Его лицо исказилось, глаза выкатились, губы повело в сторону, а затем она увидела тело на полу. Фред.

Пол сделал попытку уйти из-под ног, и мир вокруг завертелся. Миранда пошатнулась, и тело Тонкс в воздухе качнулось. Это помогло ей взять себя в руки, но последние шаги она еле преодолела. Воздух в зале точно стал вязким, не желал поступать в легкие, и Миранда принялась жадно хватать его ртом, пытаясь вдохнуть. Фред Уизли не мог погибнуть, его не могли убить…

Они бережно опустили Тонкс на пол рядом с Люпином. Оба казались спокойными, умиротворенными, точно они заснули. Джордж рухнул на колени у изголовья брата, окровавленный Майкл ушел узнавать судьбу друзей. Миранда огляделась по сторонам, отстраненно замечая детали окружавшей ее картины: израненные, измученные защитники Хогвартса в пыли, в крови, тела на полу, рыдания и крики тех, кто утратил своих близких, какие-то потухшие, остекленевшие взгляды тех, кто находился здесь и видел то же, что и она. Настолько знакомый Большой зал, настолько знакомые люди вокруг – и настолько дикой, неестественной была обстановка, в которой они все очутились…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Она отступила, все еще слыша странный шум в голове, и очнулась, только когда ее поймали за руку. Миранда повернула голову и обнаружила прямо перед собой отца – Ричард был мертвенно бледен, в разодранной мантии, некогда белоснежная рубашка покрыта кровью, копотью и грязью, на лице отца были свежие ожоги, но он был жив и даже почти не ранен. При виде Миранды он задохнулся от облегчения и сжал ее в объятиях – и Миранда громко вскрикнула, когда острая боль пронзила ребра. Отстранившись, она приподняла край грязной футболки с пятнами крови и с удивлением уставилась на длинный багровый рубец, пересекавший ее живот наискосок от пупка до груди, который она до сих пор даже не заметила.

– Покажись мадам Помфри, – немедленно велел Ричард. – Если это какая-нибудь темная магия…

– Скорее всего, – подтвердила Миранда безразлично, рассматривая рану с каким-то отстраненным интересом. – Надо будет при встрече спросить у Беллатрисы, чем она меня наградила…

Отец ошарашенно моргнул, однако ничего не сказал, а только подтолкнул ее в сторону мадам Помфри. Школьная медсестра быстро осмотрела Миранду, поколдовала над ее раной и разрешила идти. Однако Миранда, понимая, что у нее нет сил просто сидеть в стороне тот час, что им дал на отдых Волдеморт, предложила свою помощь в спасении раненых. Это позволило отвлечься, не видеть горя людей, потерявших своих близких, и Миранда надолго забыла о времени, раздавая целебные зелья, залечивая несложные порезы, синяки и ушибы. Мадам Помфри, когда убедилась, что Миранда вполне знает, что делает, отошла к другим раненым, и Миранда осталась предоставлена самой себе. Короткая стрелка на наручных часах стояла около четверки, и Миранда никак не могла взять в толк, какое время суток они показывают – утро или вечер.

Она очнулась, лишь когда Большой зал вновь затопили звуки высокого ледяного голоса. Вот только на этот раз смысл его слов был настолько ужасен, что на разрывающую барабанные перепонки боль даже как-то можно было не обращать внимания.

– Гарри Поттер мертв. Он был убит при попытке к бегству. Он пытался спасти свою жизнь, пока вы тут погибали за него, – раздавались потрясенные, недоверчивые крики, окружающие обменивались непонимающими, неверящими взглядами. Макгонагалл с глубокой ссадиной на лице качала головой, отказываясь верить в услышанное, Рон гневно сжимал кулаки.

– Всякий, кто продолжит сопротивление, будь то мужчина, женщина или ребенок, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните предо мною колени, и я пощажу вас.

Миранда отыскала глазами в зале отца. Тот стоял рядом с Кингсли, и они, по всей видимости, обсуждали второй этап боя, когда грянул громоподобный голос. Сейчас отец молча слушал, а поймав взгляд Миранды, он только покачал головой в ответ на ее безмолвный вопрос. Она кивнула, без слов понимая, что он имел в виду. Фросты преклонять колени не будут. Не из гордости, а просто потому, что в новом мире под властью Волдеморта им делать нечего. Мысль о побеге на этот раз не принесла ей новой боли или огорчения. После всего, чему она стала свидетелем этой ночью, Миранда сама твердо знала, что подстроиться под новый порядок не сможет никогда.

Те защитники Хогвартса, кто мог стоять на ногах, все еще не до конца поверившие в эту страшную новость, потянулись из Большого зала на выход. Ричард дождался, пока старшая дочь приблизится к нему, и вместе они вышли в вестибюль.

Они вышли из замка одними из последних, но все равно видели все – тело Гарри на земле, отчаяние своих соратников, утративших последнюю надежду, торжество лорда Волдеморта и его сторонников, выстроившихся шеренгой перед Хогвартсом, слышали, как им пытался возражать Невилл. Разум Миранды впал в странное оцепенение, она бессмысленно смотрела на тело в траве и не могла поверить в случившееся. Поттер через столько прошел, столько выживал, скрывался, и все ради чего? Чтобы вот так вот… погибнуть?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})