— А зачем вам это нужно? – юноша закусил губу, понимая, что поступает неправильно, отвечая настолько хамским тоном на безукоризненно вежливую просьбу. Но ничего поделать с собой Драко не мог.
— Видите ли, мистер Малфой, — Мартин по–прежнему говорил очень вежливо, — никто не знает, как и почему ваш начальник и вы попали на драконью речку. Нет, непосредственная причина происшедшего – ваза из красного стекла – известна всем, но важно понять, почему данная вещь имеет такие волшебные свойства. Кстати, узнав о случившемся, мракоборцы очень тщательно обыскали весь особняк Уилкинсона, где вы работали, но эту вазу так и не нашли. Мы все были бы очень признательны вам, мистер Малфой, если бы вы согласились рассказать о том, что сохранилось в вашей памяти об этом происшествии. Конечно, мы не требуем от вас вспоминать наиболее тягостные моменты, но может быть важна любая мелочь…
Юноша некоторое время размышлял, есть ли у него хоть малейший шанс отказаться, не начиная конфликт, но пришел к выводу, что это невозможно. Даже если сейчас сослаться на усталость, завтра Колдуэлл снова заговорит на ту же тему, своим официальным тоном давая понять, что это не приказ старшего по боевке, а просьба коллеги. И новый отказ будет означать объявление войны, на которую сейчас абсолютно нет сил… Взвесив все, Драко кивнул и начал говорить. Поначалу он рассказывал неохотно, но потом увлекся, тем более что слушали его очень внимательно, не охали, не ахали, дурацких вопросов не задавали, а если и спрашивали что‑то, то только по делу.
— Значит, там компас не работал? – уточнил Мартин. – Неужели драконы и впрямь способны как‑то влиять на магнитное поле Земли?
— Что за чушь! – резко сказал не похожий на остальных студентов боевки — «Д» тихий задохлик, который, казалось, не слушал нового соученика, а увлеченно ковырял еду вилкой. – Не знаю, могут ли драконы влиять на магнитное поле Земли, но в данном случае они просто вывели из строя компас. Это гораздо проще. Впрочем, от обожженных людей трудно ждать интеллектуальных умозаключений, практически бесполезных в той ситуации…
Драко, сдержав раздражение, продолжил рассказ. Когда обед завершился, студенты отправились на занятие по магловедению. До начала урока юноша не успел закончить свое повествование, и, следуя настоятельной просьбе Мартина, согласился продолжить завтра.
Мышцы болели почти так же сильно, как и прежде, поэтому большую часть сказанного преподавательницей Драко не запомнил: все силы уходили на то, чтобы терпеть боль…
Когда он вернулся в свой отдел, все остальные уже сидели на местах. Из последних сил стараясь держать спину прямо, юноша прошел к своему столу, сел, – надеясь, что не плюхнулся как мешок, – на стул и с наслаждением закинул ноги на стол.
— Ну и как это было? – жадно спросил Песик.
— Великолепно, — ответил Драко, прикрывая глаза и стараясь не стонать. – Великолепно.
Вернувшись домой и поужинав, он не особенно удивился, вновь обнаружив на столе синюю полупрозрачную наклейку. Тот факт, что его рука опять не выбросила мерзость, а наклеила ее на щеку, юношу тоже не слишком изумил.
* * *
ВНИМАНИЕ! Поскольку данный фик был задуман до выхода "Даров смерти", отца Полумны, издающего журнал "Придира", здесь зовут Юпитер (сокращенно — Джуп) Лавгуд. Вот таким я этого персонажа вижу! :)
Когда писала эту главу, часто слушала «Shine on You Crazy Diamond» группы «Pink Floyd» и «Bonzo’s Montreux» группы «Led Zeppelin».
20 августа – 18 сентября 1999 года
Синий круг, часть VI
На следующее утро мышцы болели и руки дрожали еще сильнее, чем накануне. Мысль о том, что сегодня вчерашний кошмар не просто повторится, но и будет дополнен драками, вызывала даже не ужас, а панику. Перед тем, как бросить в камин летучий порох, Драко несколько минут стоял, прижавшись лбом к стене и собираясь с силами. Они не узнают! Они не узнают, что он сейчас чувствует! Он не позволит им себя сломать!
Чтобы настроиться должным образом, юноша взглянул в большое зеркало, висящее в холле, впервые за последние недели внимательно рассмотрел себя — и вздрогнул, понимая, что ничего не сможет скрыть. Одетое в уродливые магловские тряпки тщедушное существо с красным лицом, затравленными глазами и распухшими руками выглядело настоящим нищебродом, лишенным всякого чувства собственного достоинства. Права была Жамба: даже детишки ублюдка Уизли во время учебы в Хогвартсе производили не столь жуткое впечатление…
Неужели ничего нельзя сделать? Наверняка ведь можно хоть как‑то выделиться среди студентов треклятой боевки — «Д»! Драко еще немного подумал, достал палочку и произнес заклинание, позволяющее мгновенно отрастить волосы. Взмахивая палочкой, он почти верил, что сейчас все получится, но, увы, результат оказался точно таким же, как и в прошлые попытки: короткий ежик светло–серых волос не удлинился ни на йоту, оставаясь точно таким же, как в день снятия бинтов.
Юноша прикрыл глаза и несколько минут стоял, успокаивая себя тем, что могло быть и хуже. В конце концов, шрамы на лбу и подюбородке почти зажили, как и обещал целитель… Затем, кое‑как собравшись с силами, Драко бросил в камин горсть летучего пороха и отправился в Министерство на занятия с начальничком.
— Доброе утро, мистер Малфой! У вас все в порядке? Как вы себя чувствуете?
— Здравствуйте, сэр! У меня все великолепно, я готов приступить к занятиям…
На самом деле чувства, испытываемые юношей, были диаметрально противоположны слову «великолепно». Ощущение пенящейся, переливающей через край энергии, которое переполняло Драко последнюю пару дней в этом зале, сейчас практически исчезло. Линии Силы юноша видел по–прежнему, – но они казались тусклыми и… негостеприимными. Нелегко будет заставить их поделиться энергией…
— Мистер Малфой, вы готовы? Тогда начинаем!
Творить боевые заклятья оказалось невероятно трудно: от напряжения болели не только мышцы, но уже, кажется, и кости. Требовалось прилагать огромные усилия, чтобы просто стоять прямо и не стонать от боли. О том, чтобы даже не победить, а достойно отразить атаки нищеброда, не приходилось и мечтать…
Незадолго до конца урока Драко, не особенно веря в успех, попытался позаимствовать немного энергии у толстой золотисто–коричневой Линии Силы. Когда юноша понял, что ему это удалось, то с трудом сдержал слезы внезапной радости, острой, как нож и освежающей, словно порыв ветра. Драко казалось, что он даже чувствует вкус этой чужой энергии, подарившей ему так нужные сейчас силы, – сладкий, но не приторный, слегка горьковатый вкус темного меда…
— Ну что ж, мистер Малфой, на сегодня достаточно. Вы очень неплохо поработали! – ублюдок Уизли был, как всегда, спокоен и невозмутим. – Вы уверены, что хорошо себя чувствуете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
