вечер в доме Семьи Основателей, билет туда стоит дороже, чем весь дом, в котором я жила на Синте. А я вам напомню, он высотой в сто этажей. В доме Семьи Основателей соберутся только те, кто участвует в ставках. Сегодня последний день, чтобы подать заявку на участие. В рейтинге я до сих пор была на первом месте, но теперь меня и Чейза разделяло всего ничего – пара сотен баллов. Скольким суммам равны эти баллы мы не знали, по экрану этого не сообщили, но могу предположить, что очень много.
Завтра на вечере с нами смогут пообщаться и потанцевать.
Завтра на вечере на нас будут смотреть как на диковинку.
Завтра на вечере Семья Основателей представит наших противников.
Завтра на вечере нас смогут купить для более близкого знакомства.
И последний пункт страшил меня больше всего.
Немногим позже пришли люди и принесли нам одежду, в которой мы должны будем появиться в доме Семьи Основателей. Это были разнообразные костюмы из черного и серебряного цветов. Не будь мы в такой ситуации, одежда мне бы понравилась.
Примерно через час экран в холле снова включился сам, и мы вышли из комнат и стеклись в холл, сели за стол и стали ждать. На экране появился взрослый мужчина со шрамом на лице.
– Я не буду говорить вам высокопарных речей. Вы подвергли нашу систему опасности. Дважды. Первый раз, когда вышли за пределы купола. Второй, когда выкрали из капсулы Гаррета Уорда. За это вы будете наказаны. Наказаны так, как вы к этому привыкли. Завтра вы придете в мой дом и будете там гостями. Если попытаетесь сбежать или причинить вред кому бы то ни было, ваши чипы взорвутся незамедлительно. Если вы будете хамить гостям или же им что–то не понравится, то по возвращению в зону номер семнадцать вся команда подвергнется физическому истощению. Поверьте, вы не хотите знать, что это такое. Жду вас завтра. Будьте благоразумны.
Экран погас. Этот мужчина только что дал нам понять – мы его игровые куклы, и он может сделать с нами, что пожелает в любой момент.
Для нас игры уже начались.
14. Русская рулетка
К вечеру в доме Семьи Основателей нас начали готовить с самого утра. В жилом блоке, как его ранее назвала Лисса сновало слишком много людей в серых передниках. Нас отмыли, намазали чем только было можно и нельзя, облили духами. Делали прически, наносили макияж. Потом составляли в ряд перед экраном, на нас смотрел вчерашний мужчина и говорил переделывать. Когда нас привели к экрану в последний раз, он утвердительно кивнул, напомнил нам о том, что наша жизнь нам больше не принадлежит, а потом обратился к группе людей, которые были выстроены за нашими спинами.
– Запомните, как они выглядят сейчас, и никогда впредь не старайтесь сделать из них столичных граждан. Только черный и серебро. Они должны выглядеть представительно, но ниже всех, кто будет на вечере. Ясно?
Естественно, им было ясно, как я поняла, этому человеку вообще никто никогда не перечит. Вчера Джек рассказал мне, что это первый наследник, по совместительству родной отец Чейза. Я видела, каким взглядом Чейз смотрел на мужчину на экране и не решилась подойти к нему с вопросами.
Меня облачили в обтягивающий костюм. Блестящие черные брюки плавно переходили в черно–серебристую водолазку с открытой спиной и голыми руками. Накрасили меня соответственно одежде. Броские черные веки с зауженными стрелками на висках, приподняли мне брови, что придало взгляду высокомерность. Налепили длинные серебряные ресницы и накрасили губы тоже в серебряный. Шанти была в черном комбинезоне с закрытыми руками, но шикарным декольте, которое она постоянно пыталась поднять выше. Вивиан вышла к нам в облегающем платье, с разрезом до середины бедра. Келли была в короткой юбке и топе, который еле как прикрывал ее грудь. Джеку и Чейзу повезло больше, на них надели черные брюки и серебряные рубашки. Макияж у всех был примерно одинаковый, единственное, что не сделали мужчинам, так это не налепили ресницы и не накрасили губы.
В холл въехал небольшой транспорт без колес. Мы сели на него и в жилом блоке отключили свет. Электричества словно вообще не было. Кромешная тьма окружала нас, но машина ехала. Из–за этого невозможно было понять, куда мы направлялись. Потом включился свет и нас пересадили в другие машины, и мы поехали. И опять было невозможно понять в каком направлении мы двигались. Казалось, что даже чувство времени меня подвело и я даже примерно не могла понять, сколько было затрачено на дорогу. Пятнадцать минут? Час?
Возле дома Семьи Основателей была неимоверно огромная толпа людей. Они стояли за перегородкой, вдоль которой ходили безопасники с оружием наперевес. Люди визжали, хлопали в ладоши, а те, что не хлопали, держали в руках плакаты. Наши напечатанные лица были повсюду.
Они сошли с ума. Что все это время транслировали по экранам центра Столицы, что граждане поехали головой?
Нас быстро втолкнули в двери, и мы оказались в большом помещении. Тут уже были люди. По их нарядам и украшениям с огромными сверкающими камнями можно было легко догадаться, что это самые богатые люди планеты. Столицы уж точно.
Нас встретили аплодисментами и изучающими взглядами. Сказать, что мне было неловко, ничего не сказать.
В нашу сторону бодрой и уверенной походкой шла женщина на высоченных каблуках в платье бордового цвета. Она держала в руках какую–то продолговатую вещь и говорила в нее, ее голос разносился по залу:
– А вот и они, виновники этого вечера! Прошу поприветствовать шестерку игроков команды Рэйвен из Синта! – Эти аплодисменты звучали еще громче, а взгляды стали более наглыми.
Женщина стала представлять нас по одному. Вокруг происходило невообразимое столпотворение. Взрослые и обеспеченные люди выглядывали из–за спин друг друга, как дети. Как только женщина кого–то представляла, к нам тут же стали подходить десятки людей, они практически собирались в очередь, они трогали нас, что–то спрашивали, говорили слова восхищения и поддержки. От них сильно пахло духами, настолько, что я хотела сбежать из этого зала, но приказывала ногам не шевелиться. С нами фотографировались, гладили по волосам, обнимали.
