её поведение пугает до икоты. Хотя лучше она их, чем они нас.
Марина поморщилась. Кровожадность таможенницы угнетала. Хорошо хоть, нечистая держалась в рамках и нападала лишь на откровенно злобных и подлых людей. Плату за службу брала свининой и телятиной, но в последнее время всё чаще намекала на человечинку. Хорошо хоть, потом заявляла, что это шутка и долго хохотала. Марина смеялась вместе с ней, но, как говорится, «осадочек оставался». А вообще, хранительница границы великолепно справлялась со своими обязанностями.
— Сегодня и завтра выпускники сдают последние экзамены. В течение месяца подросткам, получившим аттестат, рекомендуется обратиться к Марине Викторовне за татуировкой. Она очень просила приходить утром и количеством не более трёх человек. И последнее на этот час. У Коблевых вчера передохли все куры. Хозяйка утверждает, что их передавила собака Губичей, но мы-то знаем, что Коблевы по весне пытались договориться с Велесом о плодовитости несушек, а нормальное жертвоприношение зажали. Напоминаю, с нечистой силой договоры лучше не заключать, а если вы всё же хотите рискнуть, не пытайтесь её обмануть, боком вылезет. И лучше проконсультируйтесь поначалу у Марины Викторовны или Татьяны Петровны.
Вновь зазвучала музыка. Герда, ощерившись, подошла к калитке и замерла. Сычкова щёлкнула пальцами, радио затихло.
«Чужой. Не зверь! Не человек. Не опасен».
«Покажи».
Естественно, псина не видела гостя, которого скрывал высокий, усиленный магией двухметровый плетень. Зато чуяла.
В нос ведьме ударила смесь запахов — полыни, томатных листьев и подгнивших яблок. Аромат навевал тоску.
«Герда. Место».
Собака, умница, порысила в будку. А Марина подошла к плетню и попыталась рассмотреть гостя сквозь прутья.
— Кто там?
— Ведьма, помоги.
У калитки с ноги на ногу переминалось существо. Ростом с человека, оно, узкоплечее, худое и сутулое, казалось в два раза ниже. Ощущение усиливала одежда — розовая рубашка, застёгнутая на одну-единственную пуговку, подчёркивала впалую грудь, узкие джинсы с отворотами открывали лодыжки, покрытые редкой шерстью, а лимонные кроссовки, оказавшиеся неожиданно большого размера, выглядели и вовсе нелепо.
Над всем этим возвышалась треугольная голова с коровьим носом и маленькими глазёнками. Огромные лохматые уши вяло трепыхались на ветру.
Сычкова узнала гостя. Семейство Бесов было богато на подобные экземпляры. Бондаренко одно время пытался описать все известные ему Роды и Виды, но, в конце концов, понял, что это неблагодарное занятие. Хихитуна люди терпеть не могли, хоть он и не причинял вреда.
Бес обладал слабеньким даром предвидения. Чувствуя, что где-то есть человек, которого в ближайшее время ждут неприятности, нечистик пристраивался у него за спиной и ждал. Ждал, периодически мерзко подхихикивая. Человек, естественно, его не видел. Но ощущал дискомфорт. Обычно это называли интуицией и другими, иногда забористыми эпитетами. Если жертва прислушивалась к ощущениям, то несчастья обходили стороной. Но чаще всего на присутствие хихитуна не обращали внимания, и он, уже не скрываясь, громко и злобно хохотал, наблюдая, как смертный страдает. А кому понравится то, что кто-то издевательски смеётся над твоими слезами?
— Чего тебе, нечистый?
— Богиня магии и колдовштва! Прекрашная и ужашная Марина Викторовна! Нижайше прошу чебя о шнишхождении и помошши!
— Ты поконкретней давай.
— Жубы. Жубы мои. Штыдно и больно. Поштрадал жря. Бешпочвенно униженный и ошкорблённый!
Сычкова с трудом понимала шепелявую речь. Хихитун выглядел несчастным и безвредным, поэтому женщина отворила калитку. Правда, во двор существо не впустила.
— Ну, что у тебя случилось?
Едва колдунья вышла за ворота, нечистый сделал шаг назад. Мелкая шушера боялась человеческих магов и по собственной воле взаимодействовала с ними лишь в крайнем случае.
— Сбежать собрался, что ли? Ты подумай хорошенько — нужна помощь, или всё же по ошибке зашёл. — Марина присела на лавочку у плетня, положила ногу на ногу и выжидающе уставилась на хихитуна.
А тот, решившись, подошёл ближе и раззявил лягушачий рот. В передних зубах зияла дыра величиной с кулак. Да и узкие губы оказались разбиты в кровь.
— Это кто тебя так, бедняга?
Сочувствие в голосе ведьмы произвело странный эффект. Существо всхлипнуло, потом вдруг зарыдало и бухнулось в пыль:
— Я жжади шёл, а они повернулишь и увидели. По-наштоящему увидели! Мужик как двинул! Ещё и пониже шпины шапогом наподдал. У-у-у, ненавижу!
Марина хихикнула, но потом посерьёзнела:
— Ну, а что ты хотел? Работа у тебя такая. В первый раз, что ли отделали? Нечего над горем людским смеяться.
Жалобы полились потоком. Хихитун то прижимал большие уши к голове, то возмущённо их выпрямлял, постоянно шмыгал коровьим носом, утирал слёзы и шепелявил, шепелявил.
По его рассказу выходило, что от него людям сплошная польза. Если человек прислушается к своим ощущениям, то беда обойдёт стороной. В противном случае получит урок и в следующий раз будет внимательней. Женщины вообще с ним проблем почти не имеют, потому что «интуицию» свою уважают и слушаются. Обычно люди даже не понимают, что происходит, а эти, из деревни, заметили, поняли и избили.
— Ты за кем следил, дурачок?
— А туточки рядом, у речки три шела. Вот, в одном иж них мужик ш бабой по дороге шли. Я и почуштвовал — у бабы неприятношти шкоро. Шо ждоровьем.
Марина решила обязательно выяснить, кто побил нечистого. Возможно, неприятности женщину ожидают мелкие, вроде простуды или зубной боли, но лучше подстраховаться. Вслух же она сказала:
— Ты что, не знаешь? У здешних людей защита есть от таких, как ты. Я лично, каждому, татуировку специальную делаю. Естественно, тебя увидели. Скажи спасибо, живым отпустили.
Хихитун снова зарыдал.
— Горе ты луковое. — Покачала головой ведьма. — Ладно, давай, подлечу немного, время есть. Может, даже получится зубы отрастить.
— А больно? — Пискнул нечистик.
— Конечно, больно. Я ещё с огромным удовольствием хохотать над твоим горем буду.
Глава 10.3
Странники подошли к воротам в полдень. Это не был караван из Житомира — двоих мужчин и женщину дежурные видели впервые.
Карточки оказались красными. Причин не доверять Бабе-Яге у приреченцев не было, поэтому о том, чтобы пустить чужаков в поселение, даже речи не шло. Кроме того, следуя инструкции, вызвали подмогу — нескольких дружинников. Обычно на странников с красными карточками приходили посмотреть оба силовика, но сегодня воевода принимал у детей экзамены, поэтому пропускной пункт посетил только участковый, Олег Буревич. Милиционер не очень любил общаться с чужаками из группы риска, но служба есть служба.
Путники особо и не рвались за частокол. У них была какая-то тайная важная миссия, связанная с длительным походом сквозь «Царство Теней», и они просили лишь временный приют на сутки — отдохнуть, помыться, пополнить запас продуктов и воды. На обмен предлагали серебряные
